игру с чистого листа… Ну, так нам тогда казалось, что мы приняли меры…
— И что же случилось?
— Другая катастрофа, — сказал Федор. — В итоге нам снова пришлось все откатывать. В том числе и тебя.
— И сколько откатов уже было? — поинтересовался Гарри, чувствуя, что этим история не исчерпывается. И временных лагов не объясняет. — Три? Четыре? Больше?
Федор Сумкин вздохнул.
— Одиннадцать, — сказал он.
Глава 23
— Одиннадцать? — уточнил Гарри Борден.
— Одиннадцать, — обреченно подтвердил Федор.
— Это примерно между десятью и двенадцатью, — объяснил Дойл.
Гарри Борден сощурился. Могущественный волшебник и ректор целой магической академии, находящийся в своем месте силы, побледнел и сделал шаг назад. И еще один. На третьем шагу он наткнулся на кресло и упал в его объятия.
— Мне одиннадцать раз стирали память? — поинтересовался Гарри.
— Не только тебе, — сказал Федор. — Вообще всем. И я должен заметить, что в самый первый раз ты согласился на это добровольно.
— Почему?
— Из-за сопутствующих обстоятельств.
— Ладно, — сказал Гарри. Он подвинул к себе стул с изящной резной спинкой, сел на него и закурил. Сумкин поморщился, но ничего не сказал. — Ты говоришь, вы это сделали. Кто это «вы»? Ты и Мститель?
— Был еще один, — сказал Федор. — Здоровенный бородатый зомби с дробовиком. Страшный такой. Уууу.
И ректор замахал в воздухе руками и замычал, пытаясь изобразить, насколько страшный был тот зомби.
— Зомби с дробовиком, значит?
— Ну да, — сказал Федор. — Понимаю, звучит странно, но вот такая это игра. Тут все не так, как мы привыкли. Ну, почти все.
— Значит, вы пробовали одиннадцать раз, и каждый раз случалась катастрофа, и вы отменяли ее последствия?
— Э… не совсем, — сказал Федор.
Гарри курил и тянул время. У него в голове роилась целая куча вопросов, и он не мог решить, какой задавать первым.
И тут ему на помощь пришел Дойл.
— А как вы это вообще делаете? — поинтересовался он.
Федор смерил его взглядом, видимо, оценивая, насколько он вообще обязан отвечать на вопросы местного. Гарри едва заметно кивнул.
— Околоигровыми методами, — сказал Федор. — Нам… Мстителю удалось найти артефакт, предоставляющий админский доступ к Системе. Сам он им воспользоваться не мог, интеллекта не хватало… в смысле, системного интеллекта, так-то от далеко не дурак, и он пришел ко мне.
— Значит, все это устроил ты? — уточнил Гарри.
— Нет, — поспешно сказал ректор. — Я, так сказать, только нажал на спуск. Но пистолет заряжал другой человек. В смысле, он написал программу, а я только загрузил ее на сервер и активировал.
— Кто?
— Тот самый бородатый зомби, — сказал Федор. — Он в своей прошлой жизни был программист. И разведчик.
— Разведчик?
— А что в этом удивительного? — спросил Федор. — Ты же тоже разведчик.
— Я не разведчик, — сказал Гарри. — Я бизнесмен.
— Да? — изумился Федор. — А я думал… Ну, значит, в прошлой жизни ты был разведчик. Англия, Ми-6, мартини взболтанный, но не смешанный, все дела. Настоящая машина смерти… Ну, в принципе, тут ничего особо и не изменилось, да?
Гарри потер лицо, переваривая услышанное и пытаясь уложить его в голове. Джеймс Бонд, значит?
Конечно, ему частенько казалось, что он живет не своей жизнью, но его психоаналитик заверял его, что это нормально, и такое многим кажется. Но одиннадцать раз? Одиннадцать?
Внезапно идея вспомнить все показалась не такой уж и удачной. Что если в тот момент, когда на него обрушатся воспоминания об одиннадцати предыдущих жизнях, его мозг попросту взорвется от переизбытка информации? Одиннадцать школьных курсов, одиннадцать первых поцелуев, одиннадцать пришествий Системы…
Одиннадцать путей, ведущих в никуда и обрывающихся внезапно. Не удивительно, что на Земле население страдает от массовых психозов, а количество самоубийств растет от года к году.
— Этот артефакт, — сказал Гарри. — Он все еще у тебя?
— Да, — сказал Федор. — Храню его, как зеницу ока.
— С его помощью можно сделать так, чтобы я вспомнил?
— Э… нет, — сказал Федор. — То есть, я не знаю. Наверное, можно, чисто теоретически, но так как твоя потеря памяти…. не индивидуальна и завязана на общую потерю памяти всем населением Земли, для этого нужно будет вносить правку в основную программу, а я не смогу.
— Кто сможет? Зомби с дробовиком?
— Ну да, — сказал Федор.
Гарри не знал точно, что ему сейчас следует испытывать, облегчение или разочарование, но инерция тащила его за собой.
— Где сейчас этот зомби?
— Это часть общей проблемы, — сказал Федор. — Он сейчас на Земле. И он, насколько я понимаю, больше не зомби. Он снова человек и он, как и ты, ничего не помнит.
— Как это произошло?
— Откат же, — сказал Федор. — Откатились все. Вообще все. Мертвые воскресли, живые… обнулились до своего тогдашнего состояния.
— Ты не обнулился, — заметил Гарри.
— Это потому что артефакт был у меня, — сказал Сумкин. — Но все остальные… Только мы вдвоем и остались. Я и фи… Мститель.
— Он остался, потому что стал богом?
— Ну да.
— Богом его сделал этот артефакт?
— Нет, — сказал Федор. — Он стал бы им и без артефакта. В смысле, даже если бы его не добыл. К этому вела общая логика событий.
— Понятно, — сказал Гарри. — Значит, каждый раз, когда на Земле начиналась игра, происходила катастрофа и вы не придумали ничего лучше, как все время начинать сначала?
— Э… нет, — сказал Федор. — Катастрофа была только первые два раза. Потом… ну… последствия были разных масштабов…
— Тогда зачем же вы это делаете?
Федор вздохнул.
Федор сел поудобнее.
Федор посмотрел на здоровенный серебряный гонг, зачем-то висевший под потолком, так высоко, что ректор не смог ударить по нему даже в прыжке.
Федор перевел взгляд на чучело крылатого саблезубого крокодила, висящее чуть левее.
Федор зачем-то достал волшебную палочку, повертел ее в руках, а потом бросил в ящик стола и резко его задвинул.
Переложил какие-то бумаги на столешнице.
Гарри терпеливо ждал, уже понимая, что произнесенные слова ему не понравятся.
— Вы уверены, что мне нужно это все слышать? — спросил Дойл. — Я вот лично не уверен и готов подождать за дверями. Или где скажете.
Гарри посмотрел на Федора, предоставляя выбор владельцу кабинета. Да и всего учебного заведения в целом.
Федор вздохнул, снова достал из ящика стола волшебную палочку и нацелил ее на частного детектива.
— Может быть, все же не так радикально? — спросил Дойл.
Вместо ответа Федор буркнул заклинание, Дойла подхватило, подняло в воздух, привело в горизонтальное положение и уложило на диван.
— С ним все в порядке? — поинтересовался Гарри.
Дойл захрапел.
— Полагаю, что да, — сказал Федор. — Он спит, а когда проснется будет чувствовать себя бодрым, отдохнувшим и ничего
