что-то в твоей афере есть. Я действительно никак не могу перестать беспокоиться о своей компании. Чую, эти недоумки все без меня развалят.
– Им же хуже, – уверенно поддакивала я. – Пусть знают, что без тебя они – пустое место!
– Пф-ф-ф, – снова рассмеялся он, покосившись на мое уверенно-грозное лицо. – Чем дальше, тем милее ты кажешься. Начинаю жалеть, что умер раньше, чем познакомился с тобой.
Среди волн ненависти, которые он источал непрерывно, действительно промелькнул след теплой нежности, отчего я слегка зарделась. Комплименты от такого мужчины не могли оставить меня равнодушной. Ну и кто здесь теперь ведет себя мило? Эх.
– Боюсь, если бы ты не умер, мы никогда бы не познакомились, – усмехнулась я, поднимаясь по лестнице на второй этаж.
Повсюду валялись бумажки от использованных талисманов, валялись осколки люстр и обломки картин, а в нескольких местах были вмятины на стенах. Похоже, вчера вечером Инь Ян устроил знатный погром, пока нас готовились женить.
– Мне так не кажется. Я ведь собирался приехать в Москву, чтобы подписать контракт с твоей сестрой. Так что непременно увиделись бы, – улыбнулся призрак.
Я рассмеялась и покачала головой:
– Нет, меня не было бы в Москве. За последние десять месяцев я и недели там не пробыла. Алина все время куда-то посылала для работы с проблемными клиентами. Приношу, так сказать, пользу семье. Но согласна, было бы интересно познакомиться с тобой при жизни. Ты, наверное, был очень популярен?
– Смотря в каком смысле, – невесело усмехнулся призрак. – При жизни кроме работы меня мало что интересовало. Я либо разбирался в бумагах, либо ходил на встречи, либо уходил один в горы, когда чувствовал, что близок к пределу. Всю жизнь гнался за достатком, хотел что-то значить, а в итоге ничего не успел сделать, кроме как нажить врагов в лице собственной семьи. Никогда не думал, что буду жалеть о том, как жил, но, если бы был шанс все вернуть, я сделал бы что-то иначе.
Такая откровенность заслуживает откровенного ответа, но что я могу ему сказать в девятнадцать лет?
– У меня никогда таких проблем не было. Всегда жила, как хотела. Я побывала в разных уголках планеты, видела много интересных вещей, поучаствовала в массе веселых приключений. Изначально у меня было гораздо меньше шансов дожить до этого дня, чем у тебя, учитывая, сколько рисковых шагов я совершила. Но вот я здесь, а ты погиб, значит, быть ответственным взрослым и упорно трудиться – не самый безопасный путь. Я всегда думала, что после смерти наступает забвение, но благодаря тебе поняла, что это еще не конец. Папа всегда говорил, что деньги не главное, так как на тот свет с собой их взять не получится, а теперь выясняется, что очень даже можно, главное – сделать костер побольше. Ну и иметь деньги, да. И что тогда получается? Кто из нас двоих был прав? Ты, который после смерти сможет жить, как хочет, или я, у кого после смерти даже фляжки под рукой не будет? С другой стороны, ты застрял здесь, не имея при себе даже юаня, а я имею все шансы после смерти сесть тебе на шею и ножки свесить. Дядюшка, если так случится, ты же не оставишь меня голодать в бесформенном мире?
Я ластилась к призраку, как кошка, выбивая себе условия получше. Потому что, как сказала одна хитрая девушка, инвестируй в посмертие и будет тебе счастье. Инь Ян не выдержал напора милоты, закатил глаза и обнял меня за плечи, притягивая к себе. Другой рукой парень взлохматил розовые волосы и солнечно улыбнулся:
– Смотри, какая хитренькая. А что мне за это будет, м?
– А чего ты хочешь? – сверкая большими серо-золотыми глазами, тихо спросила я.
Мы остановились перед обломками двери в комнату, в которой я провела первую ночь. Призрак опустил глаза, рассматривая мое лицо, а я притихла, непонятно чего ожидая.
Этот вопрос я ляпнула просто так, а теперь в груди началась игра «Джуманджи» и стучали барабаны. Казалось, там бегают носороги с жирафами и трубят слоны, а одна макака пробралась в голову и смешала и без того не самые стройные мысли в полный беспорядок.
Призрак внимательно посмотрел на мое совершенно невинное выражение лица, вздохнул и строго сказал:
– Я хочу, чтобы ты пообещала, что никогда больше не будешь участвовать в сомнительных ритуалах. Даже если ты не веришь в призраков и прочее, ты не можешь больше так рисковать. Чтоб ты знала: злые духи называются злыми не просто так. Был бы тут кто-то другой на моем месте, тебя уже бы… В общем, ничем хорошим это не закончилось бы. Пообещай больше не вести себя так легкомысленно, не оставаться в домах незнакомых людей и не участвовать в незнакомых ритуалах.
Я хитро улыбнулась, подавшись чуть ближе и пошутила:
– Дядюшка волнуется, что я соберу гарем из призраков? Не беспокойся, ты будешь главным мужем, аха ахаха!
Выкрутившись из рук опешившего президента, я, звонко смеясь, побежала в комнату, а в след понеслось возмущенное:
– Какой еще гарем?! Мультик, что за шутки, а?! Ты где? Вернись! Никакого гарема!
Шутка разрядила странную атмосферу, которая сгущалась между нами минуту назад, однако у одного из нас зародились неправильные мысли о другом. Жизнь и смерть всегда отделены нерушимой границей, но один человек эту границу уже нарушил. Кто знает, что еще неподобающее он сотворит?
Я носилась по комнате в поисках своих вещей. Обнаружила и одежду, и рюкзак. Наряд невесты, конечно, хорош и выглядит, как крутой халат, но не очень удобен в носке. Не повседневная одежда, прямо скажем. Забрав стопку вещей, ушла в ванную и уже оттуда продолжали беседу с парящим возле окна призраком:
– Дядюшка, а ты случаем не видел, кто тут вчера ночью погром устроил и в ванну меня бросил?
– Не бросил, а положил, – внес корректировку Инь Ян. Я стащила с себя всю свадебную шелуху и села натягивать носки. – Мультик, ты спала, как лягушка. До тебя вообще не докричаться было.
– То есть, разбитый телевизор – это ты так кричал, что ли? – припомнила я. – Зря старался. После пары бокалов я могу спать не то что в ванной, а даже на льдине. Не уверена, что меня вообще разбудить можно было. А зачем, кстати?
– Так шаманка эта пришла, чтоб ей пусто было, – пожаловался призрак.
