оставила? Тогда хоть переедем в столицу и будем жить по-человечески. Я тебе раньше не говорила, я ведь всегда мечтала в Москве жить, среди культурных людей, поближе к цивилизации, и чтобы ты в хорошей школе училась, образование высшее получила и все такое. Так что ты там посмотри, вдруг счастье передом повернется. Будет мне хоть радость на старости лет. А то в этой проклятущей станице уже житья никакого нет, сама знаешь. Да тут еще сегодня совсем все с ума посходили. Вся станица на ушах...
- Что?! О чем это ты?
- Да ты не волнуйся, со мной все в порядке. И с Юрой, слава богу, тоже. Ему даже, наоборот, в каком-то смысле повезло. Он теперь за разбитую машину деньги отдавать не должен.
- Мама, не нервируй меня, расскажи толком!
- Да что рассказывать. Приедешь и сама узнаешь.
- Мама!!! - рявкнула Светка, аж трубка задымилась.
- Ой, доченька, опять ты на меня кричишь, - с печальным вздохом проговорила мать. - Ну что случилось. Жена от атамана ушла сегодня, представляешь. Клава евонная, с которой столько лет душа в душу прожили, детей вырастили, серебряную свадьбу, ты ж помнишь, перед твоим отъездом сыграли, а сегодня вдруг как начала ни с того ни с сего скандалить на всю станицу, что все соседи посбегались, думали, убили кого. Говорит, ненавижу тебя, старый козел, и всю жизнь ненавидела всей душой, терпела только ради детей. Уйду, говорит, к сестре перееду. Атаман в слезы, давай на коленях упрашивать, а она ни в какую. Потом шашку его знаменитую взяла и на улицу выкинула. А там, на беду, как раз Петька Содовников на своем гусеничном тракторе проезжал. Ну и проехал по сабле. Ребятня потом куски на сувениры Растащила. Ужас, в общем. Так ладно, если бы все, а как она его еще унизила у всех на глазах, когда усы ему 3ачем-то выдирать начала. Точно говорю, спятила баба. Всю жизнь на эти усы налюбоваться не могла, а теперь на тебе. Один ус, правый, кажется чуть не вместе с губой отодрала.
- А что атаман?
- А что, он ведь любит ее до сих пор, надышаться не может, все прощает. Клавдия вещи собрала и к сестре уехала в соседнюю станицу. Сказала, что пока он перед всеми людьми грехи свои не замолит, она о нем и слышать не хочет. Вот такие дела, доченька.
- Так причем здесь машина, я не поняла?
- А, ну да. Атаман первым делом побежал эти самые грехи перед всеми, кому когда-то зло делал, замаливать. И к Юрке прибежал, сказал, что никаких денег ему уже не нужно, вернул все, что раньше взял, да еще и на новый бампер для "Запорожца" ему денег дал, который при аварии погнулся. Так что приезжай быстрее, и будем к свадьбе готовиться. Очень уж хочется внучат понянчить. Только не забудь завещание поискать. Бабка, конечно, зловредная была, но не могла же квартиру просто так бросить, верно? Деньги у нее вряд ли были, а вот жилплощадь в Москве - это не шутки. Ну все, а то потом не расплатимся за переговоры. Смотри, на похороны поприличнее оденься. Я не приеду, сама понимаешь, из принципа, как она к нашему отцу. Но свечку поставлю. Все, целую тебя, доченька.
- До свидания, мама...
Светка положила трубку и, обессиленная, опустилась на стул около тумбочки в прихожей. Все получилось именно так, как она и хотела. Вернее, она не хотела этого, а так, в запальчивости только подумала и сама бы ни за что этого не сделала. Бывает такое, когда что-то говоришь со злости, но это вовсе не означает, что обязательно этого хочешь на самом деле. Когда, например, говоришь кому-то: "Гори ты ясным огнем!", то не имеешь в виду, что прямо жаждешь посмотреть, как человек на самом деле займется на твоих глазах ярким пламенем, закричит от боли, начнет извиваться и наконец умрет в страшных муках. Упаси господи от такого! Точно так же она думала и про усы, которые ей на самом деле нравились, и про шашку, к которой, как и все станичники, она с детства испытывала невольное уважение как к единственному на всю округу предмету возрождающейся казачьей гордости.
Только сейчас Светка до конца поняла смысл еще одной фразы Софьи Давыдовны, касающейся того, что духи не понимают шуток. Под шутками подразумевались вообще все слова и мысли, особенно те, которым люди уже давно не придают того значения, которое они когда-то, видимо, содержали. А может, и вправду были такие времена, когда после сгоряча брошенных слов: "Провались ты сквозь землю!" - кто-то тут же исчезал меж разверзнувшимися под его ногами пластами твердой до этого почвы? Может, Действительно когда-то люди были так близки с этими астралами, или духами, что те выполняли все их желания? Судя по тому, что произошло сегодня, такое было вовсе не исключено. Тогда кто ж они такие, эти астралы, кем они являются на самом деле, если так всемогущи и так легко управляют людьми?
Светке опять стало страшно. Она решила не вдумываться, как советовала бабка, в суть, а просто пользоваться колдовством как инструментом власти. Только теперь нужно быть крайне осторожной в своих словах, желаниях и, самое главное, в мыслях, ибо духи читают их, как выяснилось, без особого труда. Любые мысли колдуньи они принимают за ее желания и выполняют их, как бездумные автоматы. Да, чтобы не навредить кому-то, не желая этого, ей впредь нужно быть внимательнее со своим излишне услужливым наследством.
Но хуже всего было не это. В жизни у нее было только двое людей, с которыми она могла поделиться своей болью или радостью, - мать и Юрка. Мать она любила, хотя и не уважала ее, всегда слабую и бесхарактерную, в отличие от самой дочери, с детства имевшей весьма крутой и независимый нрав. С Юркой она училась в одном классе, они дружили уже четыре года, год назад впервые по-настоящему сблизились, но, когда он находился рядом, она постоянно чувствовала, что в их отношениях чего-то недостает. Не было в них всего того, о чем она мечтала в ранней юности: волшебства, романтики, нежности и всепоглощающей страсти - короче, не было в их приземленных отношениях красоты и поэзии. И где- то на заднем плане ее сознания всегда сидела тайная для нее самой мысль, что она еще встретит
