спина потом покрылась.
– Хе-хе, здрасти, – неловко улыбнулась я. – Эм… звали?
Пара черных глаз под очаровательно загнутыми черными ресницами посмотрела на меня, изучая с ног до головы. И чем больше человек смотрел на меня, тем большее недоумение проскальзывало в его эмоциях. Впрочем, на лице это почти никак не отразилось.
Его ресницы робко дрогнули, и он спросил все на том же английском:
– Извините, я правильно понимаю, что вы – мисс Обломова Яна, гостья дома Инь, которую выдали замуж за моего кузена?
Я в очередной раз вспомнила рекомендации Алины по поводу моего внешнего вида, но сейчас бежать переодеваться было уже поздно. Мы с Лю Юэ, может, и не подружимся, но чувствовать, как он недоумевает по поводу выбора спутницы в посмертии своего брата, было обидно.
– Я что, так плохо выгляжу? – спросила хмуро.
– Что? – невинно моргнула пара влажных глаз, а потом щеки парня слегка покраснели: – Извините, нет, я не это имел ввиду. Просто… вы выглядите несколько… необычно. Вот я и подумал, что, возможно, здесь закралась какая-то ошибка. Но, похоже, я не ошибся, не так ли?
Я оставила в покое свой кучерявый розовый колтун на голове, подошла к парню и, положив руку ему на плечо, проникновенно сказала на китайском:
– Какие могут быть церемонии между родственниками, зови меня Сяо Янь, дядюшка Лю. Мы так долго ехали сюда, не угостишь невестку чашечкой чая для начала?
Глава 20. Гретель в Пряничном домике
Лю Юэ можно смело назвать одним из самых сложных людей, которых я когда-либо встречала. Внешне передо мной стоял воспитанный, интеллигентный, нежный золотой мальчик, но эмоциональный фон, который его окружал, вызывал у меня чувство турбулентности. Кажется, мне посчастливилось встретить эталонного серийного убийцу.
Нежная улыбка обнажила пару очаровательных ямочек на порозовевших щеках. Парень кивнул и сделал приглашающий жест:
– Следуйте за мной, Сяо Янь. У меня уже все готово.
Я являюсь эмпатом уже больше шести лет, так что кое-какие личные наблюдения имеются. Люди могут не реагировать на слова, а также иногда могут неплохо защищаться от влияния навязанных эмоций, но еще никто на моей памяти не смог остаться непоколебимым после прикосновения.
Будь то друг или враг, но, когда другой человек прикасается к вам – это пересечение личных границ. Так или иначе, но вы отреагируете. Ваши отношения станут либо более доверительными, либо более напряженными. В любом случае, произойдет что-то из этого. По этой причине психологи советуют больше обниматься с близкими людьми и не трогать оппонента в разгар конфликта.
С самого начала я была вежлива и дружелюбна с Лю Юэ. Он увидел меня с неловкой и беспомощной стороны, счел бесхитростной и доверчивой. А когда человек видит, что собеседник не в состоянии причинить вред, он не будет защищаться. Хочет он того или нет, но он станет более открытым.
Лю Юэ привел меня в зеленую гостиную, наполненную диковинными растениями в горшках и светом. Пушистый ковер на полу скрадывал звуки шагов, а пара позолоченных клеток с пестрыми попугаями наполняла комнату весенним щебетом.
Лю Юэ заметил, что я с любопытством озираюсь по сторонам и время от времени восхищенно вздыхаю. Тонко улыбнувшись, он присел в светлое кресло с парой расшитых подушек и бросил на меня легкий взгляд из-под длинных ресниц:
– Тебе нравится здесь?
– Конечно! – искренне ответила я. – Тут очень красиво. Нет, ваш дом и так весь красивый, но этот зал словно из сказки. Такое чувство, что вот-вот появится единорог из-за угла или прилетят маленькие феи. Здесь просто чудесно!
Лю Юэ опустил глаза, его улыбка стала более явной, вновь явив пару сладких ямочек, а тихий голос неторопливо предложил:
– Присаживайся. Здесь чай и десерты. Я не знал, что тебе понравится, поэтому приготовил всего понемногу.
Среди всего этого великолепного сада посреди дома стоял стеклянный стол на золоченых ножках, а к нему приставлены два сделанных под старину кресла. Я села в свободное и тут же попала в плен пары подушек. Они были очень мягкие и уговаривали никогда с ними больше не расставаться. Я едва не застонала от удовольствия, оказавшись здесь после целого дня беготни и нервов, а в голове промелькнула подленькая мыслишка подружиться с Лю Юэ и поселиться у него. Но снаружи долетали звуки выламываемых мужем ворот, так что пришлось поумерить аппетиты.
Лю Юэ был настоящим королем невозмутимости. Несмотря на грохот снаружи, он стоически не замечал осадных работ Инь Яна. На его губах играла легкая улыбка, когда он разливал из дизайнерского стеклянного чайника свежезаваренный чай. Чашка с блюдцем в виде хризантемы была настоящим произведением искусства, и можно было бы подумать, что угощения отравлены, но радушный хозяин, опустив глаза, первым сделал глоток из чашки и осторожно отломил кусочек от какого-то крохотного пирожного.
Пусть я ничего и не сказала, но Лю Юэ гораздо умнее, чем может показаться на первый взгляд. Он сделал все, чтобы я поверила, что трапеза в его обществе не опасна. И я поверила.
– Как вкусно! – сделав глоток чая, восхитилась я. – Как это называется? Ничего подобного раньше не пробовала.
– Это цветочный чай, – скромно улыбнулся парень. – Бай Мэйлинь сама собирала лепестки из нашего сада за домом. Эту гостиную также обустраивала она. Рад, что тебе понравилось.
Нет, я понимала, что это должно было стать темой нашего сегодняшнего разговора, но не думала, что он начнет ее так легко! Едва не подавившись чаем, я кашлянула и отставила чашку в сторону, подняв на гостеприимного хозяина внимательный взгляд.
– В чем дело? – невинно моргнув, спросил он. – Тебе нехорошо?
– Кхм, прошу прощения, – стабилизировав дыхание, произнесла я. – Просто ты так неожиданно об этом заговорил, я была не готова. Но я не понимаю. Бай Мэйлинь… разве она не невеста другого мужчины? Зачем бы ей обустраивать твою гостиную и выращивать цветы?
Лю Юэ изящно взял в одну руку чашечку, в другую блюдце, и откинулся на спинку кресла. Бросив на меня взгляд из-под ресниц, он вздохнул:
– Так вот что они тебе сказали?
Среди общей мешанины не самых понятных чувств парня, я уловила поток чего-то странного. Это было похоже на теплый уют и негу, но одновременно более нежное и интенсивное. Как ласка слабым зарядом тока.
У меня не сразу получилось распознать это чувство легкого сексуального возбуждения, смешанного с колючими осколками
