Кристин Раш - Мастер возвращений (сборник)

— У меня для тебя дело, — сказала Мэйз.

— Извините. Я лишь зашла отметиться и сразу пойду в зал судьи Вайса начинать сегодняшний марафон.

— Одно дело в обмен на десять твоих. Любых, даже самых трудных.

Это заинтересовало Керри. В первый месяц она согласилась бы не глядя. В первый год согласилась бы без лишних вопросов.

Но она пробыла здесь слишком долго, чтобы доверять соблазнительным предложениям,

— И что с этим делом не так? — спросила она.

— Это работа.

— Все дела — работа, — возразила Керри, запихивая туфли в нижний ящик стола. Совсем забыла, что одолжила их Мэйз для какого-то официального обеда ассоциации адвокатов.

— Эту работу должна сделать ты. Оправдательный приговор.

Керри замерла. Потом медленно выпрямилась и даже на полсекунды перестала тасовать в голове свой график. Она отключила все каналы, кроме срочной связи, оставив лишь часы, работающие в нижнем углу поля зрения правого глаза.

— Тогда почему вы сами не возьмете это дело? У вас ведь тоже никогда не было оправдательного приговора.

— Откуда ты знаешь? — спросила Мэйз, не улыбаясь. Ее темные глаза смотрели настолько серьезно, что Керри склонила голову набок.

— Так он у вас был?

— Не все хвастают своими успехами, — с горечью заметила Мэйз, и Керри ее поняла. Успехи здесь никогда не бывают стопроцентно позитивными. Большинство из них горько-сладкие.

— Так почему бы не добиться еще одного?

— Я же сказала. Это работа. Реальная работа. Исследовательская.

Керри не занималась исследовательской работой с тех пор, как попала сюда. Не было времени.

— Все дела требуют исследовательской работы, но ее никто не проводит, — сказала она, неожиданно осознав, что говорит как одна из «пожизненных». — И чем это дело отличается от других?

— Клиентка беременна.

Керри закрыла глаза. Она ненавидела дела с беременными. Они попадались ей один-два раза в месяц, и все были душераздирающими, тоскливыми и ужасными. Одна клиентка спросила, не сделать ли ей аборт, чтобы не проиграть свое дело, а другая поинтересовалась, не усыновит ли Керри ее будущего ребенка, чтобы тот не считался первенцем.

— Нет, — отрезала Керри. — Никаких дел с беременными.

— Клиентка говорит, что она из Черного флота.

После этих слов Керри окатила волна интереса — такого яркого, что он показался живым существом. Подобного чувства она не испытывала со времен Юридической школы.

— Она хочет признаться, что принадлежит к криминальной организации, чтобы дело не рассматривалось как межвидовое?

— Да, — подтвердила Мэйз.

— Все равно не понимаю, почему вы сами его не берете.

Мэйз скрестила руки на груди:

— У нее есть свой адвокат. Пейти.

Последнее слово она почти выплюнула. У пейти была репутация лучших юридических умов Земного альянса, но работать с ними трудно. Причина заключалась не только в их внешности — худые, как палка, и серокожие. Их дыхательные маски затрудняли общение, а настойчивость в соблюдении процедур до последней буквы обычно сильно раздражала судей.

От здешних судей требовалось рассмотреть за день как можно больше дел, иначе все могло рухнуть под бременем накапливавшихся задолженностей. И предотвращение задолженностей по делам было очень важно. Пожалуй, даже важнее самого правосудия.

На космической базе имелось немалое число тюрем, камер и судебных залов, а в сутках — лишь двадцать четыре часа. И любой обитатель Первого округа, нарушивший закон другой цивилизации, добавлял еще одно дело особому суду, который был создан для согласования законов одного вида с законами других.

Формально такие дела следовало бы предварительно рассматривать судам той цивилизации, чей закон был нарушен, но все отказывались от этой части процедуры, чтобы дело сразу попадало в Межвидовой суд. Он не был апелляционным — тот располагался на другой базе в другой части Первого округа, — но вполне мог считаться таковым, учитывая характер разбираемых здесь казусов. Доводы всегда основывались на процессуальной процедуре и специальной терминологии, а не на существе самого дела.

Керри никогда бы не смогла выучить прецедентное право двадцати пяти различных цивилизаций для работы по двадцати пяти различным делам, которые стояли у нее на очереди только сегодня. Ей нужно было действовать быстро, и судьи знали, что она торопится, и прокуроры знали, что она торопится. Тут помогали формальности, а также общие детали разных дел. Большинство слушаний касалось уже знакомых ей цивилизаций — дисти, вигнин, рев, и лишь иногда попадалось нечто более экзотическое, наподобие гийоннес или ссачусс.

— Ну, вот истина и проявилась, — сказала Керри. — Знаете, ваша предвзятость по отношению к пейти может навлечь на вас неприятности.

— Это не предвзятость. Мне просто не хватает терпения, чтобы работать с ними.

Отговорка не хуже любой другой, подумала Керри, но не сказала ни слова, а вместо этого спросила:

— Когда это дело будет разбираться?

— В полдень.

— В полдень? — Керри приподняла брови. — В каком суде?

— Судья Лангер.

Керри закатила глаза:

— Не самая легкая судья во Вселенной.

— Зато из тех, кто выслушает.

Керри знала, что это так.

— Я возьму это дело, если вы заберете все мои дела на сегодня.

— Не пойдет. У меня еще семь таких, которые я не могу перенести.

— Хорошо. Двадцать дел, на мой выбор.

— Я предлагала десять.

— А я хотела отказаться.

— Ты заинтригована.

— Не до такой степени, чтобы провести тяжелое дело в полдень, а потом и все остальные из моего списка. Двадцать дел на мой выбор.

— Пятнадцать.

— Договорились, — сказала Керри и начала перебирать дела. Четыре утренних, на которые она даже не взглянула. Три дневных и все пять из вечернего списка. Плюс три «боже упаси», которые никто не соглашался у нее забрать уже более двух месяцев.

Она заменила в файлах свое имя на имя Мэйз и переслала их, чтобы в судебных архивах не возникло путаницы.

Мэйз переправила ей свое дело, настолько объемистое, что канал связи выдал предупреждение о перегрузке. Ей пришлось переключиться на другой режим пересылки, чего она не делала со времен Юридической школы.

— Вы не сказали, что ваша подопечная уже имела судимость, — упрекнула Керри.

— Сказала, — возразила Мэйз. — Черный флот, не забыла? У тебя все получится.

— Хорошо бы, — ответила Керри, но Мэйз уже ушла.

Керри вновь перетасовала файлы и все расписание на сегодня. Теперь оно выглядело обманчиво простым: одно дело в девять утра в зале номер 61, и еще одно в полдень в зале 495. И неважно, что зал 495 расположен очень далеко от офиса государственных защитников. Неважно, что зал 61 оказался закрыт.