после Эроса? Дюжину, если не больше. Холден утешал себя мыслью, что все это были плохие люди. Самая мерзкая порода стервятников, воспользовавшаяся для охоты военным хаосом и отходом флота Коалиции. Это были те, кто обдерет с твоего корабля все ценные части, захватит запасы воздуха и оставит тебя дрейфовать, умирающим от удушья. Расстреливая пиратский корабль, он, возможно, спасал десятки невинных судов и жизней. Но при этом что-то терял и порой ощущал потерю. Изредка, например, когда Наоми говорила: «Это не ты».
Если они обнаружат секретную базу, куда забрали Мэй, выручать девочку, по всей вероятности, придется с боем. Холден поискал в себе тревожные предчувствия в надежде, что насилие все еще пугает его.
— Кэп, ты в порядке?
Амос пристально уставился на капитана.
— Да, — вздохнул Холден, — просто пора менять работу.
— Сейчас не самое подходящее время, кэп.
— Справедливо, — признал Холден и махнул выбранному заранее пожилому охраннику. — Этот перекресток ваш. Инструкции прежние. Держите его, пока я вас не вызову.
Пожилой пожал плечами и обратился к Амосу:
— А мне гранату не дашь?
— Не-а, — протянул механик. — Ты не такой хорошенький, как Паула.
Он снова отсчитал на пальцах от пяти до нуля, и Холден прежним порядком ворвался в открытый люк.
Он настроился на очередной унылый коридор, а попал в широкое пространство. По залу были в беспорядке расставлены несколько столов, у стен осталось пыльное оборудование. Тяжелая 3D-копировальная установка, пустая и полуразобранная, несколько легких промышленных уолдо,[5K19] шкафчик автоматической доставки из тех, что легко пристраиваются под столом в лаборатории или медотсеке. Каменная паутина покрывала стены, но не затронула коробки и аппаратуру. В углу стоял двухметровый стеклянный куб, на одном из столов — груда то ли простыней, то ли пеленок. В дальнем конце помещения виднелся еще один запертый люк.
Кивнув на брошенное оборудование, Холден обратился к Венделлу:
— Проверь, нет ли точки доступа в сеть. Если найдешь, подключи вот это.
Он подал охраннику наспех сварганенный Наоми сетевой мост.
Амос велел двоим из оставшихся пинквотерцев охранять люк, а сам вернулся к Холдену и дулом указал на стеклянный ящик.
— Хватило бы места на пару ребятишек, — сказал он. — Как думаешь, их здесь и держали?
— Возможно, — ответил Холден, подходя поближе. — Пракс, вы не могли бы… — Он осекся, обнаружив, что ботаник стоит над кучей тряпья на столе. Только теперь восприятие сдвинулось: она перестала походить на груду тряпья, а показалась прикрытым тканью маленьким телом. Пракс стоял над ним, то протягивая, то отдергивая руку. Его трясло.
— Это… это… — проговорил он, ни к кому не обращаясь и продолжая двигать рукой.
Холден повернулся к Амосу и взглядом указал тому на Пракса. Рослый механик подошел, взял ботаника за плечо.
— Дай-ка мы посмотрим, ладно?
Холден позволил Амосу отвести Пракса от стола и только потом подошел сам. Когда он взялся за край простыни, Пракс резко втянул воздух, словно для крика. Холден сдвинулся так, чтобы закрыть стол собой.
Под простыней лежал маленький мальчик. Тощенький, с копной непокорных черных волос, темнокожий. И в яркой одежке: желтые брючки и зеленая рубашка с веселыми крокодильчиками и маргаритками. Холден не понимал, что его убило.
Услышав за спиной шум, он обернулся. Пракс, побагровев, рвался из рук Амоса к столу. Механик обхватил его одной рукой, то ли держа в борцовском захвате, то ли обнимая.
— Это не она, — сказал Холден. — Ребенок, но не она. Мальчик. Лет четырех; может, пяти.
Услышав его, Амос выпустил Пракса. Ботаник кинулся к столу, отодвинул простыню и коротко вскрикнул.
— Это Като, — заговорил он чуть погодя, — я его знал. Его отец…
— Это не Мэй, — повторил Холден, придержав Пракса за плечо, — значит, ее нужно искать.
Пракс сбросил его ладонь.
— Это не Мэй, — настойчиво внушал Холден.
— Но ведь здесь был Стрикланд, — забормотал Пракс, — он же их врач; я думал, раз он с ними, им ничего…
Холден промолчал. Он думал о том же. Если умер один ребенок, могли умереть и остальные.
— Мне казалось, это значит, они сохранят детям жизнь, — продолжал Пракс, — а они дали Като умереть. Просто дали умереть и прикрыли простыней. Басиа, как мне жаль…
Холден сгреб его за плечи и развернул к себе. Так, как в его представлении делали копы.
— Это, — сказал он, указывая на стол, — не Мэй. Ты хочешь ее найти? Тогда нам надо двигаться.
В глазах у Пракса стояли слезы, грудь вздрагивала от немых рыданий, однако он кивнул и отошел от стола. Амос с непроницаемым лицом рассматривал его. Явилась непрошеная мысль: «Надеюсь, мы не ошиблись, взяв Пракса».
— Наоми, ты здесь? — спросил Холден, снова прикрывая простыней мертвого мальчика.
— Здесь-здесь, — рассеянно, словно занимаясь обработкой входящих данных, отозвалась она. — Передачи в этом узле зашифрованы. Пошлю на обработку «Лунатику», хотя он далеко не такой умница, как «Роси». Потребуется время.
— Работай, — сказал Холден и дал знак Амосу. — Но если в сети есть сигналы, значит кто-то еще здесь.
— Подожди минутку, — сказала Наоми, — может быть, я смогу открыть для тебя камеры наблюдения и дать более свежий план помещений.
— Пошли, как только сумеешь, но ждать мы не будем.
Амос бочком придвинулся к Холдену и постучал в окошко шлема. Пракс в одиночестве стоял у стеклянного куба, вглядываясь внутрь, словно видел в нем что-то. Холден ждал, что Амос заговорит о нем, но механик его удивил.
— Ты за температурой следил, кэп?
— Угу, — ответил Холден. — Сколько раз запрашивал, ответ один: «Адский холод».
— Я сейчас подходил к двери, — продолжал Амос. — Там на полградуса теплее.
Обдумав новость, Холден заново проверил датчики своего скафандра и постучал себе по бедру.
— Следующее помещение отапливается.
— Похоже на то, — согласился Амос и, обеими руками подняв тяжелый автомат, большим пальцем сдвинул предохранитель.
Холден поманил к себе оставшихся охранников.
— Кажется, подходим к обитаемой части базы. Мы с Амосом идем первыми. Вы трое, — он указал на троих, оставив в стороне Венделла, — прикрываете нас с флангов. Ты, Венделл, держись позади и позаботься, чтобы никто не помешал нам сбежать, если дело обернется плохо. Пракс… — Взглянув на ботаника, Холден замолчал. Тот незаметно проскользнул к двери в следующее помещение. Полученный от Амоса пистолет был уже не в кармане, а в руке. На глазах у Холдена Пракс открыл дверь и хладнокровно шагнул за нее.
— Чтоб меня!.. — деловито произнес Амос.
— Дерьмо! — выговорил Холден. И выкрикнул: — Ходу, ходу, ходу! — уже бросившись к открытой двери.
У самого люка он услышал голос Пракса:
— Не двигаться.
Голос звучал громко, но срывался.
Ворвавшись в комнату, Холден метнулся вправо, а не отстававший от
