Виталий Вавикин - Кара за хебрис

– Да хоть десять девушек, – пожимает плечами Енинг. – Я же не предлагаю тебе постричься в монахи. Считай, что это просто сделка.

– С вашей дочерью?

– С тобой.

– А она?

– А что она? Не нравится? – Енинг снова показывает фотографию. – Говорят, похожа на мать.

– Но я ничего не знаю о ней, – говорит Арвал.

– Ну так узнай. Пригласи ее куда-нибудь. Займись с ней сексом.

– Сексом? – Арвал краснеет.

– У тебя с этим какие-то проблемы?

– Нет.

– Ну вот и у нее нет, – Енинг вглядывается куда-то за горизонт. – Все в ваших руках, мистер Арвал. Абсолютно все…

Пощечина Прис звенит в ушах.

– Я же не бросаю тебя! – кричит Арвал.

– Пошел ты! – она шагает на проезжую часть.

– Прис!

– Пошел ты…

Гул клаксонов, грохот, скрежет железа…

– Почему вы внесли залог? – спрашивает Арвал доктора Милта.

– Потому что я все еще предлагаю тебе работу.

– Какую работу?! – смеется Арвал. – Никто не верит, что я не толкал Прис под машину. Даже отец – и тот отвернулся от меня!

– Поэтому я и внес залог.

– Они все равно меня засадят. Вы будете ждать?!

– Нет.

– Что тогда?

– Ну, есть много разных способов уйти от наказания.

– Почему бы не сделать все законно? – спрашивает капитан «И-318».

– Потому что, если неприятности кончатся, он никогда не полетит на мою планету, – говорит Милт. – И никакая благодарность и даже никакие деньги не повлияют на его решение.

– А может, вы просто знаете, что он виновен?

– Какое мне до этого дела?! – пожимает плечами Милт. – Виновен, не виновен. Главное, чтобы полетел со мной.

– Но ведь его могут оправдать, а так… – капитан смотрит на голубое небо. – А так все его детство, вся его жизнь будут перечеркнуты.

– Они уже перечеркнуты. Он сам перечеркнул их. Я лишь даю ему второй шанс.

Помнишь, когда ты был маленьким, тебе приснился сон. Пустой аеробас несет тебя в центр города, а на соседнем сиденье, впереди, сидит девушка. Самая обыкновенная. Всего лишь еще одно лицо из толпы. Но ты почему-то счастлив, что она рядом. Счастлив не как ребенок, а как самый настоящий мужчина. И мысли в голове такие трезвые и взрослые. Может быть, поэтому ты и запомнил этот сон. А чувства, которых с каждым годом становилось все больше и больше, не позволяли тебе забыть его. Но чувства никогда не идут в ногу со здравым смыслом. Такая вот шутка судьбы. И неважно, была Прис той самой девушкой, которая приснилась тебе в детстве, или нет. Главное, что ты знал, что это она, как только увидел ее. Не догадывался, а просто знал. И все то, что было, оно должно было быть. Неизбежность, к которой ты готовился с раннего детства… Найти и потерять. Стать просто пассажирами в летящем в центр аеробасе. Взглянуть друг другу в глаза и забыть навсегда. Или обо всем. «Остановка на Ивовой улице», – говорит водитель. И ты выходишь. Или она. Но не вы. Кто-то должен ехать в центр. В этом аеробасе. Иначе зачем вообще он туда идет?! И двери закрываются…

Ты лежишь с Прис под цветущей яблоней и не думаешь о том, что будет завтра.

– Все хорошо? – спрашивает она. Ты киваешь. – Котяра! – Прис треплет тебя за волосы.

– У этого котяры, между прочим, большое будущее, – говоришь ты.

– У этого котяры, между прочим, все еще спущены штаны! – смеется она.

И нужно, вроде бы, сказать ей о дочери Енинга. И может быть, что-то объяснить… Но к чему слова? Ведь ты уже давно все решил. Поэтому просто смотришь на нее и улыбаешься. Улыбаешься, потому что веришь. Веришь, потому что видишь радужное будущее…

Но будущего нет.