совета я не могу. Уверен, что в интересах бизнеса я должен остаться в своей нынешней должности.
Селлингс больше не улыбался – на его лице проступило выражение нетерпения и раздражения.
– Спросите заведующих отделами и продавцов, не говоря уже о покупателях, – они все потребуют, чтобы я остался, – продолжал мистер Годдард. – Само предположение о моей отставке станет для них шоком.
– Вы так думаете? – резко оборвал его Селлингс. – А вот по моим сведениям, дело обстоит ровным счетом наоборот. Поверьте, выход на пенсию пришелся для вас как нельзя кстати. В последнее время я получил множество жалоб, и, если бы не этот повод, мне пришлось бы принимать соответствующие меры. Быстрые и радикальные.
В последний раз выходя из бухгалтерии, мистер Годдард оцепенело повторил про себя эти слова и понял, что не может в них поверить. Однако Селлингс был человеком ответственным и никогда не принимал единоличных решений по такого рода вопросам. А значит, он допустил огромную ошибку.
Или нет?
Совершая последний, прощальный обход и втайне еще надеясь, что известие о внезапной отставке вызовет сплочение его сторонников, мистер Годдард обнаружил, что Селлингс был прав. Проходя с этажа на этаж, из отдела в отдел, от прилавка к прилавку, он везде видел на лицах одно и то же выражение молчаливого согласия и одобрения… Люди радовались, что он уходит. Никто не выказал ни малейшего сожаления; многие ускользнули еще до того, как он смог попрощаться с ними, а остальные только коротко хмыкали. Кое-кто из коллег постарше, люди, знавшие мистера Годдарда по двадцать и даже тридцать лет, выглядели слегка смущенными, но слов сочувствия не последовало и от них.
В конце концов, когда в мебельном отделе от него просто отвернулись, демонстрируя нежелание разговаривать, мистер Годдард решил, что с него хватит. Потрясенный и униженный, он собрал свои вещи и ушел.
Путь домой занял, казалось, целый день. Повесив голову, он брел по тихим боковым улочкам, не замечая прохожих, стараясь справиться с ударом по всем его представлениям о самом себе. Его интерес к другим людям всегда был искренним и непритворным, это он знал точно.
Сколько раз он протягивал руку помощи, вникал в проблемы, чтобы решить их наилучшим образом. И что в результате? Ему ответили презрением, завистью и недоверием.
На ступеньках крыльца терпеливо ждал кот. Удивленный столь ранним возвращением покровителя, он подбежал к калитке и стал тереться о ноги. Но мистеру Годдарду было не до кота. Путаясь в ключах, он открыл дверь и механически, по привычке, запер ее за собой. Снял пальто, приготовил чаю, налил молока в блюдце – для кота. Наблюдая, как тот пьет, он безуспешно пытался понять, чем вызвал враждебность у столь многих людей.
Внезапно мистер Годдард отодвинул чашку и направился к двери. Не потрудившись подняться наверх, он сразу прошел в гостиную, включил свет и уставился на сейф. Объяснение случившемуся сегодня определенно крылось где-то там. И он отыщет его, если только не подведут глаза.
Отперев замок, он повернул ручку и, слишком резко потянув тяжелую дверцу, не сразу смог справиться с ней. Потом, подстегиваемый нетерпением и не обращая внимания на боль в плече, наклонился и схватил ящик.
Уже вынимая ящик из сейфа, мистер Годдард понял, что вес ему не по силам, и, подставив под ящик колено, положил руки на крышку и прислонился плечом к сейфу.
Поза была неудобная, и сил хватило ненадолго. Он попытался задвинуть ящик в сейф, но тут вдруг закружилась голова. Перед глазами завертелась маленькая спираль и, постепенно расширяясь, превратилась в глубокий черный водоворот, заполнивший всю голову.
Прежде чем он успел что-то сделать, ящик вырвался из рук и с сильным металлическим грохотом упал на пол.
Опустившись на колени рядом с сейфом, мистер Годдард устало привалился к его стенке.
Ящик лежал на боку, на границе круга света. От удара крышка сама собой открылась, и теперь внутренности ящика освещал лишь один-единственный узкий луч.
Несколько минут в комнате слышалось только неровное, затрудненное дыхание. Потом в промежутке между крышкой и полом обозначилось какое-то едва уловимое движение. Маленькая фигурка осторожно выступила из тени, огляделась и исчезла в той же тени. Секунд через десять появились еще три, за ними последовали другие. Маленькими группами они растекались по полу, создавая иллюзию ряби. За первыми хлынул целый поток прочих, все толпились и подталкивали один другого, торопясь как можно скорее выбраться из ящика. Вскоре круг света ожил; крошечные фигурки мелькали в нем, как рыбешки в освещенном пруду.
В темноте, ближе к углу, резко скрипнула дверь. Сотни фигурок как по команде замерли. Кот осторожно просунул голову и остановился, оглядывая сцену недоверчивыми глазами.
А потом, издав злобное шипение, прыгнул вперед.
Лишь через несколько часов мистер Годдард медленно поднялся на ноги и, бессильно прислонившись к сейфу, посмотрел на лежащий на боку ящик. Потом, собравшись, потер скулы и, болезненно скривившись, помассировал грудь и плечи. И только после этого прошел, едва волоча ноги, к ящику, поставил его как надо и, подняв крышку, осторожно заглянул внутрь.
И тут же, выронив крышку, обвел взглядом пол и даже направил свет в самые темные уголки. Осмотревшись, он повернулся и поспешил в коридор, включил свет там и внимательно, заглядывая за плинтусы и под решетки, обследовал пол.
Оглянувшись через плечо, мистер Годдард заметил, что дверь в кухню открыта. Подойдя к ней на цыпочках, он пробежал взглядом между ножками стола и стула, от угольного ведра к щетке.
– Синбад! – крикнул мистер Годдард.
Застигнутый врасплох, кот выронил из лап что-то крохотное и метнулся под диван.
Мистер Годдард наклонился и несколько секунд пристально рассматривал предмет, потом прислонился к шкафу и невольно закрыл глаза.
Кот вцепился когтями в добычу. Блеснули зубы… Он громко сглотнул…
– Синбад, – уже тише произнес мистер Годдард. Какое-то время он равнодушно наблюдал за котом, потом шагнул к двери.
– Идем!
Медленно виляя хвостом, кот последовал за ним. Они прошли по дорожке к калитке. Мистер Годдард посмотрел на часы. Они показывали 14:45. В соседних домах было тихо, далекое, безмятежное небо отливало голубизной. Тут и там солнечный свет отражался от эркерных окон, но улица оставалась неподвижной, а ее покой – полным и нерушимым.
Мистер Годдард выпустил кота на тротуар и закрыл за собой калитку.
Они вместе вышли в опустевший мир.
1960
The Last World of Mr Goddard. Первая публикация в журнале Science Fantasy, октябрь 1960.
Перевод С. Самуйлова
Пятая вилла
