Дор: Я знаю!
Мира: Мне только хотелось бы вместе работать, но иногда, хотя бы иногда, посидеть, пообщаться… культурно…
Дор: За рюмочкой мандраго с кьянти?
Мира: Я не про это!
Дор: Но это тебе нравится?
Мира: Да…
Дор: Ладно, не продолжай, я все понял. То есть о замужестве ты пока не помышляла?
Мира: О каком замужестве?
Дор: Замуж не собиралась?
Мира: УЖЕ нет.
Дор: И не думала в перспективе?
Мира: Нет!
Дор: Даже в своих мечтах, или, как там… предпочтениях?
Мира: Нет! Вообще нет!!!
Дор: Отлично!
Мира: Удали, пожалуйста, это астросю. Это не я! И вообще… это какое-то кошмарное «астро-зю». Ужас!
Дор: Не переживай. Удалил.
Мира: Спасибо!
Дор: Ты спать?
Мира: Пока не собиралась… *улыбчивый смайлик*… но скоро, наверное.
Дор: Спокойной ночи.
Мира: Спокойной ночи!
* * *
Дорвард улыбнулся смайлику и пихнул брата локтем.
– Все улажено!
– Уже? – с недоверием хмыкнул Гон.
– А то! Долго, что ли? Она категорически не собирается замуж.
– А что она собирается?
– Ничего!
– Она прямо так тебе и сказала?
– Ты слишком подозрителен!
– Я люблю конкретику и не хочу проблем.
– Ну-у… она хочет вместе работать и иногда вместе расслабляться.
– И всё?
– Всё.
– Ладно, я рад, что все уладилось.
– Я тоже.
– Почитай отчет, отправим Шадору и спать.
– Давай, – и Дор углубился в писанину Гона.
* * *
Ночью Мира долго не могла заснуть и все ворочалась, ворочалась. Потом залезла под одеяло и несколько раз перечитала свою переписку с Дором. Кто же все-таки переделал астросю в «астро-зю» и разослал его всем? Кошмар! Завтра она с Цайлы спросит! Сама же говорила, что никому…
Мира чуть не умерла со стыда! Ее сокровенные мечты, пусть и в измененном виде, выставили на всеобщее обозрение… Какой позор! А эти интимные подробности, которых в ее астросю не было? Ей бы такое и в голову не пришло! Но теперь… Мира настойчиво гнала от себя пылкие образы. Но как же сладко представлять… Поцелуй с Дором. Его объятия… Головокружительный полет на космокадиллаке в розочках! А если бы она вдруг оказалась с док-доками наедине вот так? Удержалась бы от соблазна? Несмотря на то что он-он – дуалы? Ведь нельзя же любить двоих сразу? А брак? Почему Дор заговорил о браке? В «астро-зю» про свадьбу упоминалось, но даже Мира догадалась, что это скорее пародия. Сарказм так и сквозил в каждой строчке. Таинственный «автор» определенно жертва несчастной любви… А может для Дора астросю – это предлог, чтобы… ммм… узнать ее поближе? Может, она ему нравится?
Об этом Мире было так приятно думать! Хоть какая-то компенсация за расставание с Кортесом. Он ей нравился как Джон, но в нем как в дейгарце она разочаровалась, и замуж за него точно не собиралась, но все равно замечательно, когда есть кто-то, кому нужна именно ты. А уж если это Дорвард…
Но, с другой стороны, мечты мечтами, а докторов двое. И как бы Мире ни хотелось… Это невозможно! И поэтому лучше вообще забыть про отношения. Про какие угодно! Она и Дору в переписке все объяснила. Только работа. Совместная. Разве что иногда посидеть за рюмочкой чего-нибудь. Но лишь когда предложат. Сама она даже намекать не будет. И надо сосредоточиться на учебе! О чем она мечтала всегда? Ни про какие отношения и речи не было. Цайла права – лучше любить придуманный образ, который жить не мешает. Да! Мечтать, работать и учиться. А всякие там поцелуи и взгляды, и… Потом! Вот станет она великим доктором и совершит прорыв в науке! Но с Цайлой придется разобраться… Наверное… Завтра… Если не забудет…
И с этими мыслями Мира все-таки уснула.
* * *
Странные у Кортеса наступили деньки. Впервые в жизни он чувствовал себя не на своем месте. Даже прежние рабочие неудачи не были для него проблемой, с которой он не мог справиться. А текущая ситуация – была…
Нет, формально он понимал, как надобно поступить, и запрос отцу все же отправил. Господин Аньес-старший знает, что делать со всякими околоюридическими загогулинами. Если, конечно, не захочет наказать сына за непростительное поведение. Кортес оплошал! И сам был недоволен собой. Как он мог перепутать девчонок? Ведь они совершенно не похожи! Мира – яркая, сильная и наверняка страстная! А эта? Сплошное недоразумение! Бледная, неуверенная в себе тихоня! Во время их последней встречи хорошо если пару слов сказала. Правда, защитничка себе в лице Варгеса заиметь ума хватило! Впрочем, тут скорее Торрес подсуетился. И надо признать (как ни обидно!), что Мира теперь потеряна навсегда. Все финансовые вопросы между их семьями улажены, да и у Кортеса отныне связаны руки.
Потеря невесты и приобретение бесполезной жены больно ударили по репутации дейгарца. Он всегда стремился предвидеть ситуацию и планировать свою жизнь на несколько шагов вперед. А теперь все его планы разрушены, расписанное будущее – неосуществимо, и, что самое неприятное, деваться ему от этого некуда. На Дейгар дорога закрыта, а туда, куда он собирался лететь с Мирой, отправляться в одиночку нет никакого смысла.
Вот поэтому Кортес сосредоточился на работе. Беспрекословно исполнял свои обязанности в РуВе, ни с кем особо не общался. Миру демонстративно игнорировал и терпеливо ждал весточку от отца. И даже постепенно привыкал к обстоятельствам. Все-таки подготовка разведчиков включала в навыки работы с неудачными проектами. Анализ ошибок и результатов, извлечение пользы из негативного опыта. И все бы хорошо, если бы не Арисса…
Она все время маячила рядом и оказывалась там, куда направлялся Кортес. В столовой неизменно сидела за соседним столом, правда, не делала попыток пересесть к нему. Как-то утром он застал ее за тем, как она расправляла складки покрывала на его койке в казарме. Отдала в починку лепреконам его магнонабойки. Прикрепила новые застежки на куртку взамен испорченных. Кортес и сам собирался, но Арисса успела раньше…
Дейгарца бесила эта навязчивая забота!
Она провожала его на вахту, следила издалека, притворяясь, что тоже чем-то занята. Однорувники уже подшучивали над «парочкой», а некоторые прямо намекали, мол, не теряй времени, бери тепленькой, девчушка сама на тебя вешается. Кортесу роль соблазнителя собственной жены претила вдвойне. Оставалось только не реагировать на подначки и штудировать юридический кодекс. С Дейгара по-прежнему не было ответа.
Однажды Харлад поручил Лже-Джону проверить резервный генератор бригадного отсека, и Кортес, как ни бился, не мог обнаружить неисправность. Он злился оттого, что у него ничего не выходит, а тут еще и Арисса притащилась. Уставилась на него во все глаза, ловила каждое движение, и Кортес не выдержал. Приблизился к ней и спросил в лоб:
– Что ты все за мной бегаешь? Делать, что ли, тебе нечего?
– Есть чего! – огрызнулась девушка. – Но ты мой муж, и я должна. Меня так учили… Что надо заботиться! Вот! – и она протянула ему объемистый сверток.
– Ничего ты мне не должна! Собой займись! – рявкнул на нее Кортес и оттолкнул протянутую руку. Пакет упал на пол. Холдеянка побледнела, отшатнулась, развернулась и убежала.
Кортес поднял сверток и заглянул внутрь. Там лежали еще теплые пирожки. Так впечатлившие его в прошлый раз. И дейгарец неожиданно почувствовал себя виноватым. Конечно, девчонка ведет себя по-идиотски, но она не так уж и плоха. Кортес чертыхнулся и занялся диагностикой.
Условным вечером он получил сообщение из медотсека с биометрией Ариссии Нуили. Подумал-прикинул, съел пирожок и почему-то информацию сохранил.
* * *
Шадору снились Кентрия и Энн. Неожиданно… Капитан уже не тосковал по родине, он и забыл, каково это – возвращаться домой… И там его никто не ждал. Никто из тех, по кому он мог скучать и кого любить. Но этот сон неожиданно разбередил давно забытое, сокровенное, похороненное где-то в укромных уголках его сердца. Может быть, он выпил на ночь слишком много кентрийского чая?
