Сфера тьмы, рождённая из многовековой концентрации тёмной маны в недрах кельдарского святилища, стала частью вашей сущности. Тьма признала вас достойным носителем.
Пассивная генерация: 2 капли Эфира в светлое время суток и 4 – в ночное (искусственный свет и темнота также влияют на объём накопления капель Эфира – максимум до 8 капель в сутки).
Наделяет вас способностями:
«Теневой шаг» – позволяет мгновенно переместиться в видимую тень в радиусе 30 метров. Перезарядка: 1 минута. Расход маны: 50 единиц.
«Абсолютное ночное зрение» – вы видите в полной темноте без потери детализации. Восприятие в тёмное время суток увеличивается на 15%.
«Родство с тьмой» – ваше тело поглощает тёмную магию, снижая её урон на 50%. Поглощённая тёмная мана частично восстанавливает запас маны.]
[Магическое мастерство: магия Тьмы поддаётся вашему контролю, мастерство магии Тьмы увеличено на 20 единиц.]
Вот это солидный куш! И капли Эфира будут капать шустрее в мою заначку, ещё и двадцать единиц мастерства одним махом получил!.. Это ж сколько мне капель Эфира влить надо было бы, чтобы поднять с пятнадцати до тридцати пяти единиц мастерство? Понятия не имею, если честно… В любом случае арсенал стал мощнее. Осталось потренироваться в использовании тёмных заклинаний.
Про «Теневой шаг» вообще молчу... Это же джокер против любящих прятаться в тенях ублюдков из Лиги Теней и контраргумент на любые попытки поймать уже меня. Причём дистанция контакта с тенью огромная! Единственное, что печалит, – перезарядка в целую минуту. У духа в моём Реликварии на перезарядку уходила секунда... Но требовался прямой контакт с тенью.
— Ну что там? — Алиса подошла и с любопытством заглянула мне в лицо. — Глаза у тебя изменились. Потемнели слегка... Мне, кстати, нравится... Сейчас посмотрю свойства... ОХ! Ну и везунчик ты, Лисоглядов!
— И ты везучая! Ведь это наша общая сила, верно?
— Вместе в любые дебри!.. Мне осталось сделать небольшой рывок. Только нельзя тратить божественность… И надо найти хоть что-то ещё с большими запасами божественности. Тогда можно будет создавать плавильню, — похвасталась она.
— Ладно, возвращаемся. Отряд, наверное, уже решил, что нас сожрали…Друзья, плохие новости: словил болячку. Если положат в стационар - прода будет под большим вопросом. Если нет - выкладка через день. Надеюсь за неделю очухаться.
Глава 4
Мы выбрались из подземелья тем же путём, каким и пришли. Ночной лесной воздух ощущался свежим и бодрящим после затхлости душных коридоров. Алиса, довольная нашим маленьким приключением, зажмурилась, подставляя лицо прохладному ветерку.
— Давно я так не наедалась божественности, — призналась она и облизнулась. — Даже в животе булькает.
— У тебя там не может булькать. Божественность не утка. И даже не гусь, — с сомнением покосился я на Лисоньку.
— Зато каждый хорошо приготовленный гусь и утка божественны. У меня аппетит разыгрался, вот и требует желудок вкусняшек.
Раз Алиса голодная, значит, буду надеяться, что от ужина в лагере нам хоть что-нибудь оставили. А то она мне плешь проест, и стану я лысым крепким орешком…
Возвращались мы неспешно. Обошли весь скелет гиганта, не спеша и болтая о гастрономических предпочтениях Алисы. И вот, наконец, добрались до стоянки.
Костры уже догорали, большая часть отряда спала. Караульные встрепенулись при нашем появлении, подкинули дровишек, чтобы стало больше света. Я помог им светлячком. Боец Ратмира разбудил лежащего у костра начальника и указал на нас.
Я окинул взглядом лагерь. Палатки, сопящие варги. Всё спокойно и тихи. Быстро они отрубились… Хотя мы с Алисой не сильно спешил. Финальная битва быстро прошла, но, пока зачистили подземелье, пока всё рассмотрели в поисках ловушек и сокровищ, прошло часа два.
Я уже хотел было предложить Алисе подождать до утра и выспаться, но не я один тут авантюрист. Мои кабаны и кабанессы мигом проснулись и потребовали новостей. А не понять, что случилось что-то хорошее, было невозможно: слишком довольные лица были у нас с Алисой. Даже Маша смекнула, что это не просто «хорошо проведённый вечер любви», а нечто куда более ценное.
Видя, как выбираются все из павоза и палаток, я дал отмашку дежурному:
— Ладно, буди всех.
Герда в полной боевой экипировке выскочила в ту же секунду, как я махнул рукой.
— Нападение? — с надеждой спросила она.
Уверен, надежда заключалась в том, чтобы она оказалась правой и ей дали возможность помахать топором.
— Нет. Но есть кое-что получше.
Она опустила топор, посмотрела на мои порванные доспехи и в целом помятый вид.
— Да ну нет! Нет! Не может быть! Ты опять дрался? И снова один? Без меня?! — обида в её голосе была такой, словно я у ребёнка конфетку отобрал…
— Так получилось. Я не специально…
— Очень даже специально! — сдала меня с потрохами Алиса.
— Дайте я ему стукну… чем-то тяжёлым, — произнесла наша валькирия, и я был рад, что это она так пошутила.
Она ведь пошутила?.. Зачем она тянется к бревну?..
К счастью, обошлось. Топор перерубил бревно, и то отправилось гореть в пламя костра.
Маша тёрла глаза, подтягиваясь на шум. Вася выполз из павоза зевая. Мэд держал один глаз закрытым, досыпая. Все, можно сказать, поднялись. Некоторые были счастливы, другие не очень…
Самым недовольным на словах был Брячедум, но его можно понять: он уснул с открытой бутылкой настойки в руках, и та разлилась. А вот молчаливую ярость эльфа определить было сложнее… Лишь его дёргающийся глаз выдавал напряжение. Хотя этот лес после эльфийских наверняка вызывает у него жуткую неприязнь.
Я жестом усадил всех вокруг костра и принялся делиться новостями:
— В лесу есть камни чёрные. Ну, мы думали, что камни. А оказались кости гиганта. Доходят до десятков метров в
