дверь, и медленно вошла Кунь с подносом, на котором дымился кофе.
— Ах, спасибо, Кунь, — сказал я с улыбкой, осторожно принимая чашку, стараясь не пролить ничего на Минь.
Кунь кивнула, слегка покраснев, и вышла из комнаты.
«Моя сестра становится смелее. Мне тоже нужно быть такой же смелой» — подумала она.
Улыбнувшись, я потянулся за чашкой кофе и начал неспешно его пить, наслаждаясь редким моментом покоя.
«Я надеялся, что после ритуала у меня будет время на отдых», — подумал я. — «Но я всё время носился с места на место, ни секунды покоя. Надо срочно разгрузить график».
Я тихо выругался и медленно расчесывал волосы Минь.
Тишина длилась недолго — её прервал звонок телефона. Я указал Минь, и она быстро достала его из кармана, включая громкую связь. Это была кузина Арина.
— Брат, я звоню, чтобы пригласить тебя на светскую вечеринку, — сразу перешла к делу Арина.
— Не интересно, — сказал я, не открывая глаз.
— Ты уверен? Твоя невеста будет там, — уточнила она. Минь слегка вздрогнула.
— Хм… Есть что-то ещё? — спросил я.
— Нет, больше ничего, — ответила кузина.
— Ладно, пойду. Пришлите за мной водителя вечером, — согласился я. — И я приведу с собой эскорт, — добавил я, положив трубку.
— Я должен был догадаться, но это не стало сюрпризом, — сказал я, бросая телефон на кофейный столик и ухмыльнувшись.
— Вы недовольны, молодой господин? — спросила Минь.
— Дорогая Минь, ты должна понимать, что аристократические семьи никогда не показывают свои настоящие клыки. Дедушка сделал меня элитой и объявил об этом, чтобы привлечь внимание. Настоящий доступ к семейным секретам мне никогда не будут доступны, — сказал я с ухмылкой. Большинство из них я уже знал.
— Ах, так он хочет, чтобы ты стал мишенью для других семей, скрывая истинную элиту! — догадалась она.
— Именно. Я это предвидел, — ответил я. — Что же теперь делать? — спросил я.
— Проявить себя? — робко предложила Минь, понимая, что вопрос не ей.
— Возможно, но мне это не нравится, — сказал я, прижимая её к себе. Если я действительно решу проявить себя, от меня будут ожидать самопожертвования и преданность семье. Но я прошёл все трудности не для того, чтобы жертвовать собой или служить другим. Я всё сделаю по-своему.
— Я сделаю то, чего они от меня не ожидают. Я буду самым большим извращенцем, которого они когда-либо видели, — сказал я со злой улыбкой.
Минь, увидев это, слегка ущипнула меня за бедро.
