всех.
— Я поняла. Но всё же…
— Некоторые Бессмертные считают, и это благо для нас, что ученики в нижних мирах сильнее, чем в верхних. Может, ты слышала, Сяонин, как некоторых называют «оранжерейными цветками»? Так вот и эти Бессмертные считают учеников высших миров такими из-за обилия Ци. В нижних же мирах, где надо бороться за ресурсы и шансы, только истинные таланты смогут пробиться на вершины культивации. Потому бессмертные спускаются сюда и оставляют свои могилы с наследием.
— Спасибо за разъяснение, старшая тётушка Ся!
— Пожалуйста. — она кивнула. — Так вот, около года назад наши школы нашли такую пещеру. Она была закрыта охранными формациями, и наши лучшие мастера формаций больше года их вскрывали. Позавчера от них пришло сообщение, что ещё неделя или две — и Могила Наследия будет открыта.
— Зачем же бессмертный запирает могилу, если хочет передать кому-то свой опыт? — я немного удивился.
— Чтоб оно не попало в руки слабаков. — пожала плечами женщина. — Каждый же хочет, чтоб наследник его дела был силён, а не слабак, который его бездарно растранжирит. Поэтому свои могилы такие практики закрывают формациями, а внутри создают множество испытаний, порой даже… смертельных, чтоб награда досталась самому сильному искателю.
— А я теперь должна…
— Не ты. — старейшина Ся хмыкнула. — К Могиле Наследия отправляют третью Святую Дочь Ян Вэнъцянь. Вместе с ней поедут ещё десять Нефритовых Дев, одной из которых выбрали тебя.
— Мы будем добывать наследие для Святой Дочери?
— По-сути да. — женщина кивнула. — Если сможете. Как я уже говорила, три школы открыли Могилу, значит, там будут ученики двух других школ с теми же целями. Так что вам придётся бороться и с ловушками Могилы, и с учениками Каменного Дракона и Призрачного Меча. Но, если получится забрать наследие, то достанется оно Ян Вэнъцянь.
Немного обидно, но ожидаемо. В смысле, не так же просто кого-то Святой девой школы называют. И вряд ли такую ученицу будет обделять в угоду обычных учениц. Скорее, обычные должны радоваться, что помогут своей Святой Деве.
Так, давай, начинаю радоваться! Пока не получается, буду работать над этим!
— Ты разочарована? — улыбнулась старейшина Ся.
— Немного. — не стал скрывать я. — Все хотят быть сильными, я тоже. Наследие Бессмертного может же в этом помочь? Не отказалась бы от него!
— Прекрасное стремление! — кивнула с улыбкой женщина. — Тогда тебе стоит самой стать Святой Девой.
— А то, что я не… дева, помешает этому?
— Очень!
— Ясно…
Проклятые предрассудки! Нефритовое Озеро реагировала на меня гораздо сильнее, чем на других учениц, но из-за какой-то девственности меня будут задвигать на задний план!
— В любом случае, вылетаете завтра на рассвете. Будь готова, когда реки зажгутся, ты уже должна быть на центральной площади.
— Слушаюсь, старшая тётушка Ся.
Выбора особо не было, к сожалению, выбрали так выбрали. Хотя обидно, что главный приз достанется кому-то другому. Но, уверен, в таких местах можно чего-то полезного перехватить. Как в той подводной пещере — жемчужину унёс демон, камни достались старейшинам, но два-то удалось прибрать к рукам. Так что, думаю, в этой вылазке тоже чего интересного найдётся.
Тем более, я тут уже засиделся. Заслуги, увы, без вылазок копятся слабовато — в моём амулете-флаконе светился лишь самый кончик. Там было двадцать делений, лёгких чёрточек, по всей длине, а света заслуг хватало разве что на четверть первого деления. Это я, пока кашеварил, брал задания на создание пилюль для внешних учениц. Хоть я не изучал алхимию специально для этого, но простые пилюли низшего и среднего Духовно ранга сварить могу без проблем, там всё не очень сложное. Вот и варил, за это получал заслуги и духовные камни.
Правда, скорость набора заслуг… За восемнадцать заданий на пилюли я получил вот эту вот четверть первого деления. Чтоб собрать весь флакон, придётся лет десять-пятнадцать варить алхимию для учениц. Впрочем, как я узнал, это вполне нормальная скорость для тех учениц, чтоб остаются в школе без вылазок наружу. Безопасно, но медленно. Я уже хотел взять какое-нибудь задание во внешнем мире, а тут подвернулась эта могила. Повезло!
Собирать мне было особо нечего, всё своё ношу с собой в амулетах, так что завершил все алхимические эксперименты, что вёл, затарился ингредиентами — мало ли что может понадобиться в Могиле этой? — и выспался ночью. Утро я встретил на площади возле Нефритового Озера, куда пришел ещё затемно.
— Сяонин Лянхуа? — ко мне подошла тройка девушек.
Первой и главное была красотка с острым разрезом глаз и тёмными, как местная ночь, волосами. Её глаза пробежали по мне вверх-вниз несколько раз, будто ощупывая меня взглядом, лицо же осталось нейтральным, как какая-то маска. Две девушки позади неё были более открытые, на их лицах читались любопытство и интерес. Всех троих я уже видел в школе, но так, не пересекаясь.
— Это я. — не стал отказываться от своего имени. — Рада видеть Святую Дочь Ян Вэнъцянь!
— Хорошо. — они отошли чуть в сторону.
Вскоре подошли остальные девушки, что были включены в нашу команду, и несколько младших тёть, наших сопровождающих.
Когда все собрались, одна из младших тёть вызвала летающий корабль, мы погрузились, и корабль полетел к Могиле Наследия, поднявшись в облака.
Лететь нам было не слишком долго, с неделю, как пояснили младшие тёти, но и немало. И Ян Вэнъцянь решила использовать это время для визитов — приходила к другим ученицам в каюты и расспрашивала их о талантах, чтоб знать сильные и слабые стороны группы.
На третий день она пришла ко мне.
— Добрый день, старшая сестра Ян Вэнъцянь! — я поклонился ей и жестом показал на уже готовый к чаепитию столик.
— Благодарю, сестра Сяонин.
Девушка села за столик, сегодня она пришла одна, две её сопровождающие в её визитах не участвовали, хотя по кораблю таскались за ней.
Я тоже сел, налил чаю ей и себе, пододвинул закуски в виде бутербродиков с сыром и маринованным мясом, змеиную икру, варенье и пирожки с халвой. Святая Дочь с улыбкой кивнула, отпила пару глотков чая и съела бутерброд. И пирожок с халвой. Потом ещё один. И ещё. Остановилась на седьмом. Ха! Я не зря в алхимической лаборатории сидел, я там и сладкие вкусы изобретал из духовных трав! А девушки часто такие сладкоежки.
И мне почти
