верю в тебя, брат мой , — проникновенно сказал Змей, глядя в тёмные глаза негра, и тот кивнул:
—Я не забуду, что ты сделал для нас. Можешь на нас рассчитывать.
—За свободу! — выдохнул Змей, стукнув кулаком в грудь, и негр, стукнув себя в ответ, прихватил снятые с боцмана ключи и поспешил в трюм, где держали пленников. Змей же, окинув взглядом суету, нашёл Мордрейка и вопросительно указал носом на рулевого. Мор скептически сощурился и отрицательно тряхнул головой, а затем указал на старпома.
Они стали проталкиваться к нему каждый со своей стороны. Корабль уже развернулся, и за телом отправили шлюпку. Что будет, когда, вместо капитана, матросы выловят пучок сена в его одежде, Змей старался не думать — не до того. Важно было лишь, что сам капитан благополучно сидел в трюме с козочками уже второй час и развлекал их мычанием сквозь верёвку. По плану к нему должен был присоединиться весь офицерский состав, но и Мор, и Змей знали, что план в любом случае пойдёт по…
— Пизда, ёбана! — выругался Змей, когда ему приставили ко лбу жёсткое дуло. —Я шёл сказать, что боцман ранен!..
—На шканцы нельзя! — гнусаво рявкнул тощий пиратский офицер, стоящий на ступенях. —Матросне пшёл вон!
Змей попятился, вполне натурально демонстрируя испуг, а затем взвизгнул и отпрыгнул, едва тощий повалился прямо на него, роняя пистолет.
— Живой? — уточнил Мор, опустив топор с окровавленным обухом. Но выслушать ответ не успел, потому что темнота, которая всё это время помогала им, уже не могла дальше скрывать начавшийся бунт. — Давай, вперёд! Как договаривались!
Ещё днём, после задушевного разговора на баке с несколькими матросами, которые задолжали крупную сумму боцману и его приспешникам, Змей с довольной рожей выложил другу свой вариант решения проблемы. Мордрейк довольно подкрутил отросшие усы и отправился подготавливать свою часть, а Змей продолжил вербовку. И сейчас плоды их совместной работы проявлялись стремительно, даже не давая успеть сообразить — как, потому что всё началось одновременно.
На палубу сгрузили соломенное чучело капитана; суеверный рулевой, похоже, боялся корректировать курс самостоятельно и истерично шарил по бедру, безуспешно пытаясь нащупать украденный компас; матросы на реях глядели на завязывающийся внизу бой, похоже, решая ввязываться или поберечь шкуры и примкнуть к тем, кто победит; Рыжий Джо остервенело дрался с кем-то из офицеров, пока второй пытался спеленать выдирающуюся девку, а идейный юнга, так некстати отвлёкшийся, старался быстрей перелезть через борт с гальюна и из-за этого путался в недозастёгнутых штанах.
—Бунт на корабле!!! — закричал кто-то со стороны шлюпки.
В это же мгновение из трюма высыпали освобождённые пленники и, вместе с другими матросами, которые из недавних, стали отвоёвывать свободу от долгового рабства. Повторилась утренняя картина сражения, только наоборот и без мешков и кошек через борт: суета, ругань и грязная драка. Ещё и совсем не кстати из бочки полез очнувшийся злой боцман, но остановить его никто не мог, и Мордрейк лишь ругнулся, высказав другу, что стоило бить посильнее, и они попятились в угол под лестницей, пережидая самый разгар сражения и оценивая, где лучше применить свои умения дальше.
Шканцы опустели, из офицеров остался старпом, который рядом с рулевым, ощетинившись палашом, тоже лишь наблюдал за исходом сражения. Их охраняли ещё двое, остальные дрались на шкафуте. И драка эта становилась всё кровавей и неприятней.
— Как-то быстро стемнело, ты не находишь? — внезапно спросил Мордрейк, склонившись к уху друга, и Змей недоумённо на него взглянул.
Но Мор не смотрел на него — он смотрел вперёд. Туда, куда указывал гордый, торчащий из носа корабля бушприт.
— Я же говорил, что всё пойдёт не по плану? — философски заметил Змей, глядя в ту же сторону.
— Ага. Задорные получаются неприятности. Мокрые, — кивнул Мор и усмехнулся в ответ сверкнувшей впереди молнии.
Суета боя, которая поглотила почти всю команду фрегата, не дала вовремя заметить надвигающуюся бурю, и единственный, кто узнал о её приближении раньше друзей, был рулевой. Он орал про кары небесные, но его никто не слушал, потому что горячка боя в этот момент была куда актуальней. Даже старпом, который, казалось, отбивался от бунтовщиков в пяти шагах от него, игнорировал предупреждения, по всей видимости, списав его крики на скорбь по утраченному талисману.
— Так, ну, у нас хотя бы есть люди, которые в состоянии справиться с управлением, — задумчиво сказал Мордрейк. — Предлагаю подняться на шканцы — ты договоришься со старпомом, а я приведу в чувства рулевого. Может, успеем сменить курс и уйти от бури. Компас же у тебя? — И, дождавшись быстрого кивка, констатировал: — Отлично! Главное, чтобы никто из них не сдох.
Друзья огляделись и двинулись в сторону цели. Схватились за перила, но почти тут же отпрянули в разные стороны, давая пролететь вниз телу одного из боцманских прихвостней, затем взбежали наверх, и Змей поднырнул под палаш офицера, давая Мордрейку топором выбить оружие из рук врага. Вряд ли офицер мог определить их намерения с ходу, поэтому пришлось его вырубить и не тратить время на разговоры. Старпом, завидев их, приготовился к атаке, но внезапно сзади раздался бойкий и по-мальчишески полный отваги голос:
—А ну стойте!
Друзья обернулись и увидели того самого юнгу с клеймом пирата.
— Откуда у него мортира?!! — срывая голос, истерично завопил Змей, но дальше успел лишь пригнуться, и ядро со свистом пролетело над головой. Пробило башку старпому, врезалось в переборку и отрикошетило в зубы рулевому. Тот, так и не убирая руку от бедра, где должен был быть его счастливый компас, упал и хлопнулся затылком о доски. Похоже, у бедняги действительно выдался очень несчастливый день.
Перезарядить пушку парень не успевал. Да и не спешил, потому что, опустив дуло, замер на месте с раскрытым в панике ртом и выражением «что же я наделал?!».
— Сиг — на тебе, — извиняющимся тоном предупредил Мордрейк и хлопнул друга по плечу. Затем проникновенно посмотрел ему в глаза и добавил: — На тебя теперь надежда. А я пойду приводить в чувства команду.
— В смысле «на меня»?! — ткнул себя пальцем в грудь Змей, но Мор уже отвернулся и в два шага приблизился к парню, который наконец отмер и потянулся за какой-то хлипкой саблей. — Блять, почему опять я?!
Но стенать времени не было, и Змей подбежал к штурвалу, который удерживал последний из оставшихся на шканцах офицеров. Судя
