Это ты точно подметил, но лучше другим так не говори, не поймут. Согласно договору военного сотрудничества на Жутких Болотах.
— Не тяни, зачем принц этот аранский сюда прётся?
— Полагаю, как гарант безопасности Ларгоса, — пожал он плечами. — У меня ведь и так ты в руках, никто не хочет, чтобы и второй из принцев оказался «пленён», — сделал он акцент на последнем слове. — Ещё и наследный, надежда всего королевства.
— В смысле «пленён»? — удивился я. — Разве я не добровольно пошёл с тобой?
Меня запоздало осенило. Пропал, потерял память, теперь ещё и якобы добровольно ушёл с врагом. Разумеется, тут каждый заподозрит неладное.
— Вот и я сказал твоему отцу, что никого не держу. Если хочет, пусть приходит и забирает. Или пошлёт доверенного за тобой. Ну и про дары за то, что нашёл тебя и защищал, разумеется, не забыл.
— Подожди! — удивился я. — Ты общался с моим отцом?
— Да, в письмах. Особая магическая курьерская служба.
— Но мне почему ничего не сказал?
— Не хотел тебя беспокоить, — он пожал плечами. — Мы ведь договаривались, что я отдам тебя отцу, когда придёт время. Но не обещал оповещать о всех нюансах. Тем более, ты был так увлечён обучением, что не хотелось сеять смуту в уме и сердце.
Я погрузился в свои мысли. Вроде и знал, что это случится, что долго у Ширейлина не задержусь, но как-то рассчитывал на полгода минимум.
— Почему так быстро? — спросил я спустя какое-то время.
— О чём ты?
— Почему они так быстро придут за мной? Сколько я у тебя?
— Хм, — задумался он. — С момента нашей встречи прошло почти восемьдесят дней. Во дворце ты двадцать четыре дня.
— Ого! — поразился я. — Так много? И так мало…
Много же я обучался без передыха, никогда бы не подумал, что имею столько упорства. А мало потому, что хотелось бы узнать ещё больше.
Хотя, стоп. А что мне помешает обучаться дома? Отец? Братья? Адмира же не бросили невеждой, он до уровня адепта поднялся. Достаточно придерживаться легенды, что имею проблемы с памятью. Мало ли, на что ксилтарцы способны, верно?
— Что, не хочешь уезжать? — Шир посмотрел на меня с подозрительным прищуром.
Я прислушался к своим ощущениям.
— Нет, мне и здесь хорошо, — ответил тихо. Почему-то было стыдно смотреть в этот момент на ксилтарца и я отвернулся.
— Правда? — услышал я его удивлённый голос. — Спасибо. Мне действительно приятно. Знаешь, что мне в тебе нравится? Искренность и прямолинейность. Даже немного завидую, что ты не помнишь, каково это «быть принцем». Почему-то кажется, тогда ты был бы совсем другим эльфом. Иногда мне самому хочется стать обычным, без всего этого груза ответственности, интриг, продумывания шагов наперёд.
— Что-то не верится, — я покосился на Шира. Он всегда выглядел уверенным в себе и довольным. Даже сейчас, слабый и никчёмный, но всё же держался как достойный наследник престола. — Я думал, что это всё твоя родная стихия.
— Отчасти ты прав, я научился разбираться во всём этом. И даже вошёл во вкус. Но иногда все мы хотим быть кем-то другим, не считаешь?
В ответ пожал плечами, хотя был полностью согласен. Меня никогда не устраивала моя жизнь, но всё изменилось кардинальным образом. Другой мир, другая раса. Вообще всё другое.
— А кем бы ты хотел быть? — спросил Шир.
— Не знаю. Возможно, я сейчас тот, кем и хочу быть. Просто не помню себя. По этому мне не по себе при мысли о возвращении домой. В голове крутятся образы, но всё это какое-то чужое, не моё. Тебя я хотя бы знаю, как и Этриана. Он ведь поедет со мной?
— Как хочешь. При подписании договора он согласился на подобный шаг. Я заплатил сразу на полгода вперёд, имей это ввиду.
— А чего не на год? — хмыкнул я.
— Не борзей, и так живёшь за мой счёт, обучение, еда, кров.
— Будто ты против, — улыбнулся в ответ.
— Скажем так, я очень надеюсь, что данные инвестиции не окажутся напрасными.
— Инвестиции? — засмеялся я. — Признавайся, какую сумму или эквивалентную ей цифру за услуги ты получишь?
— Прости, но это конфиденциальная информация, личное дело короны.
Мы посмеялись, но после некоторой паузы я всё же тихо сказал:
— Я тоже надеюсь, что смогу отплатить за твоё добро той же монетой.
— Ох, как умилительно, — улыбался Шир. — Сейчас расплачусь!
Внезапно поймал себя на мысли, что мне начинали нравится его улыбка и наглость. Возможно, это лишь реакция на информацию о скором отъезде, ведь неизвестно, когда увидимся снова и что переживём за это время. Я видел его официальный образ лишь мельком со стороны, но он казался мне в такие моменты совершенно другим эльфом. Редкие упоминания и рассказы учителей описывали его также иначе, чем я знал. Похоже, Шир умел играть роли, мне же оставалось только надеяться, что со мной он действительно искренен.
Несмотря на прогонку маны, пятую точку начинало саднить, а ноги неметь. Никогда я ещё так долго не ездил верхом.
— Ты точно скоро расплачешься, — смеялся я в ответ, — если мы не доедем до конечной точки наконец! Ненавижу лошадей!
— Не ной, немного осталось. Но если хочешь, можешь пересесть ко мне, сюда.
Он похлопал перед собой, я же устало вздохнул.
— Зачем тебе это?
— Что именно? — не понял он.
— Зачем дурачишься, словно ребёнок? Все эти гейские намёки — зачем? Ты же видишь, что мне не нравится, когда ведёшь себя так.
Ширейлин притих, задумавшись.
— Знаешь, если ребёнок внутри умирает, — сказал он, хлопнув себя по груди, — то такому эльфу можно только посочувствовать. Он уже не живёт, а существует. Я же веду себя просто так, потому что нравится, здесь нет дополнительных смыслов.
— Ты же не расшатываешь окно Овертона? — я с прищуром посмотрел на него. — Не думаешь же, что я внезапно полюблю мужчин, если часто говорить об этом?
— Что? — засмеялся он. — Какое ещё окно? Впервые слышу. И нет, я прекрасно знаю, что это так не работает. Эльфы рождаются с определёнными предпочтениями, разве что не всегда понимают их. И не смотри на меня так, — хмыкнул
