Вальцев скрылся за молодым соснячком, и Вакарчук заторопился следом – незачем отсвечивать.
– Ждём.
Степан привалился спиной к дереву и погрузился в тишину. На своих птичьих наречиях перекликались пичуги, стрекотали букашки – природе не было никакого дела до вздорных фантазий самозванцев, мнящих себя её царями.
– Едут!
Вакарчук даже не вздрогнул, расслышав сдержанное рычание мотора. Из-за рощицы выплыл огромный «Кадиллак-флитвуд», пластаясь над дорогой. Сверкая чёрным лаком, приземистый лимузин сбросил скорость и замигал поворотником. Переваливаясь на ухабах, автомахина остановилась в тени сосен, и её покинули трое говорливых американцев. Похохатывая, они дружно щёлкали зажигалками, провожая глазами «Волгу», что висела у них на хвосте от самого Питера. Сохраняя лицо, чекисты проследовали дальше, к Выборгу.
– Выходите! – чётко выговорил высокий дипломат, и Степан узнал своего куратора «Айвена» – Джека Даунинга.
– Бегом! – скомандовал Вальцев.
Вакарчук выбежал первым. Даунинг кивнул ему, как старому знакомцу, и двое шустрых парней с сигаретинами в белых зубах распахнули просторный багажник.
– Залезайте! – «Айвен» сделал нетерпеливый жест. – Недолго осталось! «Миха»? Очень, очень рад!
– Сорри, – буркнул Максим, залезая в багажник, – но я не знаю, радоваться мне или не стоит.
– Стоит, мистер Зорин! – с чувством сказал Даунинг. – Стоит!
Вакарчук лёг, придавливая надутый матрасик, и крышка багажника плавно опустилась, отсекая свет.
– Вот тебе и весь сказ… – пробормотал он.
Их подвижное убежище задрожало, зашаталось. Через металл передался рёв двигателя и гул подвески. Степан закрыл глаза, чуя приток свежего воздуха. Жить можно…
Проехали Выборг. Срезали угол, двинув по Островной улице. Миновали Большое Поле и Можжевельниково. И вот мощная машина, упрямо не замечавшая выбоин, начала притормаживать.
– Торф! – выдохнул Вальцев.
– Чего? – не понял Вакарчук.
– К Торфяновке подъезжаем. Там КПП!
Приглушённый шум мотора забивал строгий говор погранцов и чопорный ответный «инглиш». Таможню наверняка предупредили, чтобы дала добро… Да и кто станет проверять автомобиль с дипломатическими номерами?
Глухо шаркнули шины – «Кадиллак» неторопливо переехал границу СССР.
– Хювяя пяйвяя! – вежливо поздоровались финские полицейские. – Терветулоа[124]!
Лимузин потихоньку разогнался, набирая скорость, но вот у машины словно силы иссякли – она прокатилась на холостом ходу и замерла, качнувшись.
Клацнул замок. Солнце, раздробленное ветвями сосен, ударило по глазам.
– Вылезайте! – бодро сказал Даунинг. – Дальше поедете бизнес-классом, хе-хе…
Моргая, Степан выбрался из чрева «Кадиллака» и ступил на твёрдую землю. Она ничем не отличалась от той, которую он только что покинул. Возможно, навсегда.
За дорогой шумели сосенки и журчала бурливая Ваалимаанйоки.
Финляндия. Прихожая «свободного мира».
«Миха» молча пожал руку «Айвену» и полез на заднее сиденье. «Вендиго» присоседился к нему, захлопывая дверцу.
– Вот тебе и весь сказ… – выговорил он осипшим голосом. Причудливо виражившаяся судьба описала резкий зигзаг.
Глава 8
Четверг, 26 июня 1975 года, деньСША, Южная Дакота, Пайн-Ридж
– Родерик Смит! – представился агент ФБР, по-коровьи жуя резинку и блестя зеркальными очками. – Просто Родди.
– Капитан Хартнелл, – лениво козырнул Пегготи, похожий на Джеймса Бонда в возрасте, седого и бестрепетного. – Командир специальной опергруппы ЦРУ.
– Ого! – подивился Родди. – Ну и занесло вас, ребята!
– У нас тут свои дела, – небрежно перебрал пальцами Хартнелл. – Покажи лучше, где здесь что!
Чарли Призрак Медведя сощурился, охватывая взглядом унылую холмистую равнину, что укатывалась к отрогам Соснового хребта[125]. Изрезанная оврагами, пятнистая от разрозненных чащ, местность выглядела пустынной и безрадостной. Резервация!
Подальности, на скудном лугу, стояли три дома вразброс, невысокие и блёклые. Зато между ними топорщились яркие палатки, целый лагерь, словно цветастая грибница.
– 18-е шоссе проходит чуть севернее, – начал агент ФБР в суровой манере полководца. – Оглала – в трёх милях к западу. А ранчо Скачущего Быка – это во‐он те дома. Видите? Краснокожих там человек сорок, каждый второй с оружием… Но наших в шесть раз больше! – хвастливо добавил он. – Мы подтянули бронетранспортёры и вертолёты, так что все подходы к ранчо блокируются.
Чарли Призрак Медведя презрительно сжал губы. Чистокровный дакота, он не считал бледнолицых за людей, особенно таких, как этот говорун, румяный и сытенький. В чистенькой рабочей рубахе и синих джинсах, в ковбойских бутсах и лихо заломленном берете, агент Смит любовно поглаживал новенькую кобуру с «кольтом» 45-го калибра.
– Я понял, – сказал Пег прохладным голосом (джи-менов[126] он не жаловал). – Та-ак… И где тут окопались ваши? Мало хорошего попасть под дружественный огонь!
Фэбээровец сплюнул жвачку и картинно вытянул руку:
– Команда СВАТ[127] рассредоточилась в оврагах к югу и востоку от ранчо, наши держат северное направление, а ГУНы[128] окопались на холмах с запада. Эти полукровки самые опасные, Дик Уилсон[129] набрал настоящих бандитов!
– Спасибо, учтём, – сухо ответил Хартнелл. – Выдвигаемся. Чак!
Призрак Медведя бесшумно канул в заросли молодых хилых сосенок.
– Смок! Райфен! За мной!
Цэрэушники исчезли в чахлом лесочке, и агент Смит только головой покачал – растворились как дым, ни одна хвоинка не дрогнула…
⁂
– Ну что, краснокожий брат мой? Карты на стол? – усмехнулся Пегготи, взглядом провожая молодых оперативников, что крались по склону холма. – Смок с Райфом засядут по ту сторону лощины, а мы – по эту… К-хм… Ответь мне сначала на один вопрос. – Он остро глянул на Чарли. – Тогда, во Вьетнаме… Почему ты меня спас? Мы ведь с тобой люди очень недобрые!
Призрак Медведя посмотрел командиру в глаза.
– Ты раскидал тех уродов в Дюранго, – спокойно проговорил он. – Не дал им изнасиловать индейскую девушку. Я запомнил.
– Понятно… – затянул Хартнелл, по-новому глядя на давнего напарника. – Тогда слушай. И учти – обо всём, что я тебе скажу, даже президенту ещё не докладывали, засекретили наглухо! Я и сам информацию по кусочкам собирал, как детский пазл. Мы здесь по очень странному поводу – надо проверить одно… хм… пророчество, что ли.
Чак слегка приподнял брови.
– Да я сам ни черта не понимаю! – раздражённо скривился Пегготи. – В общем, какой-то пророк объявился и предсказал, что сегодня снайпер из ГУНов снимет индейского парня Джо Стантца, а чуть позже, вот в этой самой лощине, кто-то прикончит двух агентов ФБР, Джека Коулера и Рона Уильямса. Вонючки те ещё! Ну того, кто услал Джо в Край Вечной Охоты, искать никто даже и не подумает, сам понимаешь, а вот за убийство джи-менов найдут кого посадить. Словят невиновного из ваших и впаяют ему два пожизненных! Сейчас он там, – Хартнелл кивнул в сторону ранчо. – Зовут Пелтиер, Леонард Пелтиер.
– Слыхал, – кивнул Призрак Медведя.
– Понял?
Чак не отвёл глаза под пристальным взглядом.
– Понял, – разлепил он губы.
Зашипела «уоки-токи», и Пегготи проворно скинул рюкзачок, выуживая рацию.
– Пи-Эйч на связи.
– Говорит Эр-Би! – возбуждённо забубнила «уоки-токи». – Информация подтверждается! Снайпер-коп стрелял в Джозефа Беделла Стантца. Тот убит наповал! Что у вас?
– На позиции.
