Изенталь прикусил губу, он единственный понимал, что никакого приказа, который отправлял бы флот на помощь пальдонийцам, не существовало. Он попросил адмирала в устной форме, и тот, понимая его с полуслова, исполнил просьбу. Нигде это документально не отражено, как и присутствие флотов Комора и Пальдонии в секторе фронтира.
Пока все кричали и требовали вызвать посла колонистов на совет, он думал. Затем он поднял руку, призывая всех замолчать. За потерю флота кому-то надо будет отвечать, а он не хотел отвечать. Прошлые неприятности, из-за которых его сослали в эту глушь, тянулись за ним длинным и густым шлейфом.
Он сделал непроницаемое лицо и, когда установилась тишина, спросил удивленным голосом:
– Разве вас посылали навстречу флотам АОМ? Адмирал?
Адмирал вздрогнул и, моргая, уставился на председателя.
– Ну как же? – начал он. – Вы сами…
– Что я сам, господин адмирал? – жестко перебил его Изенталь.
– Вы сами приказали мне помочь пальдонийцам. Э-э-э… Попросили.
– Пальдонийцам? – с удивлением переспросил председатель. – А они тут были?
– Были, я докладывал вам, и еще коморцы. Как вы могли забыть?
– Сейчас посмотрю все ваши доклады, – успокоившись, произнес председатель и прикрыл глаза. Затем через полминуты он открыл их. – Нет, господин адмирал, у меня нет ваших официальных докладов.
Адмирал замер в изумлении, словно пораженный молнией. Его голос, обычно властный и уверенный, дрогнул:
– Как нет докладов?
Изенталь с холодной невозмутимостью ответил, будто бросая вызов:
– У меня нет ваших официальных сведений о присутствии флотов Пальдонии и Коморского союза в этом секторе.
Слова главы совета как ледяной ветер прокатились по залу, заставив членов совета замереть. Их лица мгновенно посуровели. Они поняли, куда ведет Изенталь, и замолчали, ожидая ответа от адмирала.
Адмирал, чувствуя, как почва уходит из-под ног, ответил с раздражением:
– Вам не удастся, господин Изенталь, свалить всю вину на меня. Я выполнял свой долг и докладывал вам. Если ваш секретарь не зафиксировал эти доклады, они все равно сохранились у меня.
Изенталь, опытный администратор, ощутил, что адмирал не так прост, как кажется. Собрав всю свою выдержку, он с улыбкой, полной невозмутимости, предложил:
– Господа члены совета, прошу вас оставить нас ненадолго. Я хочу обсудить с адмиралом наши вопросы.
Члены совета, словно подчиняясь невидимой силе, быстро покинули зал, оставив Изенталя и адмирала наедине. Глава совета с грацией хищника указал на столик у картины, изображающей бескрайний океан:
– Присядем, адмирал.
Они сели в кресла, и адмирал, настороженно глядя на Изенталя, почувствовал, как холодный пот стекает по спине.
– Итак, адмирал, – начал Изенталь, его голос был тихим, но в нем звучала сталь, – у нас нет официальных сведений о присутствии сил Альянса в этом секторе. Если мы будем настаивать на этом и сообщим в метрополию, то там выступят с дипломатическим демаршем к АОМ. Комор и Пальдония открестятся от своего присутствия, ведь это фактически объявление войны Шлозвенгу. В столице тоже не будут поднимать шум, и мы станем крайними. Что с нами сделают?
Адмирал долго молчал, глядя на картину, где волны океана бились о берег, словно пытаясь вырваться на свободу. Он понимал, что Изенталь прав. Если они пойдут на такой шаг, их судьба будет решена. Но и признать свою ошибку означало потерять лицо и, возможно, карьеру.
– Мы не можем допустить, чтобы наши действия привели к войне, – наконец ответил он, его голос звучал глухо, как из подземелья.
Изенталь усмехнулся, его глаза блеснули холодным светом.
– Тогда у нас есть только один выход, – сказал он, вставая и подходя к окну. – Мы должны найти способ сохранить мир, но при этом не потерять лицо. Итак, мы вынуждены признать: вместо флотов Пальдонии и Комора здесь оказался флот пиратов, – задумчиво произнес Изенталь, словно разгадывая тайну.
Адмирал подумал и кивнул.
– У пиратов редко встретишь большие корабли. У них были корветы, верно? – продолжил Изенталь, и его голос звучал уверенно, словно он уже знал ответ.
Адмирал вновь кивнул, его лицо оставалось настороженным.
– Пираты прибыли, чтобы захватить Суровую, – продолжил глава совета. – Вы покинули планету сразу же, как только получили информацию об угрозе. Вы сообщили мне об этом в устной форме. Я дал разрешение направить весь флот для защиты. Но пираты действовали неожиданно и хитростью захватили весь ваш флот с помощью абордажных корветов. Они представились… Кем они могли представиться, чтобы приблизиться к вам на маленьких кораблях? – размышляя вслух, спросил Изенталь.
Адмирал поднял глаза, его взгляд скользнул по потолку, словно ища ответа в небесах. Его лицо озарилось внезапной догадкой, и он улыбнулся, но эта улыбка была полна горечи.
– Они сказали, что сдаются, – медленно произнес он. – Я приказал им приблизиться. Они воспользовались моментом, когда были вне нашего сектора огня, и атаковали нас.
Изенталь кивнул, его лицо смягчилось.
– Вот, – сказал он, – уже лучше. Но нам нужно правдоподобно описать ситуацию, оформить все боевыми приказами.
Адмирал покачал головой.
– Их уже не составишь, господин Изенталь. Корабли в руках колонистов. И как отнесется комиссия, которая прибудет сюда для разбирательств, когда узнает, что флот находится у колонистов Суровой?
Изенталь улыбнулся, но его улыбка была холодной и расчетливой.
– А он не у колонистов, адмирал, – мягко ответил он. – Планету захватили пираты. Это мы тоже доложим.
Адмирал вздернул брови, его взгляд стал сначала удивленным, потом в нем мелькнуло понимание.
– Пираты? – переспросил он, и его голос прозвучал уже уверенно. – Это меняет дело. Я подумаю, как представить вам доклад.
Изенталь кивнул с располагающей улыбкой.
– Это правильно, – сказал он. – А где члены экипажей, адмирал? Почему вы прибыли один? И как вас отпустили?
Адмирал вновь нахмурился.
– Экипажи скоро прибудут, но только те, кто не захотел остаться и служить колонистам. Таких мало, им предложили высокие заработки и место на планете. А меня сюда направил их командующий силами обороны, адмирал Грех, молодой такой…
– Всех, кто вернется, тайно отправить на рудники, как будто их никогда не было. Я решу этот вопрос со службой безопасности, но члены экипажа не должны об этом знать заранее. Подержим их там год-другой, а когда утихнет шумиха, подумаем об их дальнейшей судьбе.
– Все это неплохо звучит, господин Изенталь, – вставил свое слово адмирал. – Но что скажут сами колонисты?
– Это я беру на себя, господин адмирал. Но вы должны будете после разбирательств покинуть станцию.
– Я? Покинуть станцию? – удивился адмирал.
– Да, господин адмирал, вы получите миллион кредитов отступных и исчезнете со станции.
– За миллион я готов хоть завтра же улететь, – ответил довольный адмирал.
– Тогда не будем откладывать это в долгий ящик. Пишите заявление об отставке, я его подпишу, и как только ваша отставка будет принята, на ваш счет прибудет миллион.
Адмирал довольно потирал руки.
– А до отставки можно получить миллион? – прищурившись, спросил он.
– Можно, – спокойно ответил Изенталь, – я переведу средства сразу после совещания.
Адмирал успокоился и покивал.
– Если мы все обговорили, господин адмирал, то прошу вас идти и заниматься тем, о чем мы договорились. Я обсужу эти вопросы с членами совета. – Он говорил спокойно, уверенно, и адмирал, удовлетворенный разговором, поднялся, отдал честь и вышел.
Изенталь с прищуром смотрел ему вслед. Затем связался со своей личной охраной:
– Через час арестуйте адмирала Аглона и посадите его в камеру для особо опасных преступников. – Затем позвал секретаря: – Шавмал, пусть члены совета вернутся в зал для совещаний.
Еще до начала совещания Изенталь приказал отключить камеры слежения в зале. Благодаря этому он чувствовал себя уверенно и спокойно.
