нового сырья, мастера и сами сообразят, как это сделать. Потом только сырье будешь поставлять и забирать готовое.
— Вот это да! Одним махом мои проблемы решил! Не из купцов ли будете?
— Эй, руку не снимай! Мог бы и подольше рассказывать между прочим.
— Уговорил. Голова меньше болит?
— Да, ты лекарка! Гораздо легче, правда.
Ох, не те у нас отношения завязываются! Отношения⁈ Это я сейчас подумала? Скорее бы выздоровел этот грой и перестал смущать мой покой. Хотя нельзя не признать, что совет его был полезен. Вечером закралась мысль, что мой пациент уже симулирует сильную головную боль, как бы проверить?
Утром, когда в очередной раз принесла Игнису еду, в комнату ворвался Трево и закричал:
— Грои приземлились на ближнем пастбище, сюда идут!
В попытке выскочить за дверь я уткнулась в крепкую мужскую грудь и замерла, отойдя в угол. Четверо мужчин в богатых одеждах вошли и окружили раненого.
— Нет, вы посмотрите! Мы все горы облетали, разыскивая погибшего героя, а он тут прохлаждается! Почему не известил? — прогрохотал один.
— О чем? Мое поражение все и так видели. Здешние фермеры спасли, с горы сняли, лечили, а то бы нашли вы, кого хоронить, Вергис, — ответил раненый.
— Да, брось! С кем не бывало? А в углу стоит твоя спасительница? Ну-ка, покажись дева, — с этими словами он выдернул меня из угла, схватив за руку.
— Поаккуратней, дружище, она и впрямь меня спасла, — вступился Игнис.
— Да она просто красотка! Повезло тебе, друг. Постой, что это? — палец гроя указывал на мою голову.
Как же я могла расслабиться и забыть покрасить волосы! Золотистая полоска проступала надо лбом. Это конец!
— Это ведь та, кого приказал разыскать король? Ты вдвойне удачлив, Иги!
— Перестань видеть в каждой ту, кого ищешь, Верг! С чего ты взял? — сделал попытку защитить меня грой, приподнимаясь.
— Ты и впрямь сильно головой ушибся, если не видишь очевидного! Лететь сможешь?
— Сомневаюсь, не пробовал. А девицу оставь, как властитель этих земель приказываю.
— Не обижайся, не сможешь лететь — доставим во дворец как человека. Насчет приказов советую поостеречься — королевский-то посильнее будет.
Пока они спорили, я сделала неудачную попытку выйти в дверь, но была поймана.
— Не смейте меня хватать! Я не подданная вашего короля и его приказам не подчиняюсь!
Они смотрели на меня как на диковинную зверюшку, которая вдруг заговорила.
— Бойкая какая! Не бойся, никто тебя не съест. Какие у короля на тебя виды, не ведаю, но приказ исполню. Держите её крепче, а ты, Игнис, вставай и пошли на поле, попробуешь взлететь.
Разозлилась на всех: на себя глупую спасительницу, на гроя, который не мог ничего сделать, не говоря уже о тех, кто меня почти нес на поле, держа за локти. Ещё двое пришедших, молча, теснили собравшуюся толпу кричавших людей.
Наше пастбище было ровным и покрытым молодой зеленью, с тоской подумала, что эти негодяи сейчас изроют его своими лапами. Неужто судьба опять приготовила мне крутой поворот? Верить в это не хотелось.
Игнис дошел до места своими ногами, из чего я заключила, что в последнее время он только притворялся больным, и моментально возненавидела его. Улетел бы — не приключилось со мной этого, притворщик чертов! Внезапно мной овладело равнодушие, раз ничего не могу сделать, какая разница, что будет дальше. Упала на свою землю, прощаясь с ней, и закрыла глаза.
Так, не открывая глаз, ощутила, как крепко, но бережно меня подхватили драконьи когти, и мы поднялись. Ничего не хочу видеть! Мое дурацкое любопытство уже не раз подводило, пора отвыкать. И вообще пора отвыкать от привычного — от сочувствия чужим бедам, от попыток понять и оправдать других. Я у себя одна, о себе и буду думать.
Летели мы недолго, это нам — людям — до столицы далеко, а этим — несколько взмахов крыльями. Меня опустили на землю, открыв глаза, безо всяких эмоций увидела мощеный темным камнем двор. Когда все та же пара по пыталась взять под локти, вывернулась и твердым шагом, не глядя по сторонам, пошла к распахнутым кованным дверям. Отныне я пленница, но пусть никто не думает, что покорная.
Войдя в большой зал, остановилась в ожидании, опустив глаза.
— Куда дальше? В темницу? — спросила безразлично.
— Ну, зачем же, — ответил чей-то мужской голос. — Вам отведены покои, следуйте за служанками.
Не поднимая глаз, видела только мелькающие ноги и послушно шла за ними. Сопротивляться здесь было бы глупо. Открылась очередная дверь и теперь женский голос пригласил войти. Нашла глазами кресло, села и замерла. Остальное не интересно.
— Нас поставили прислуживать вам, госпожа. Желаете сначала подкрепиться или освежиться в ванной? — защебетали девичьи голоса.
Я молчала и ни на кого не смотрела. Пусть пленница, но вести себя буду, как пожелаю, и никто мне в этом не указ. Прямо передо мной возник стол с красиво оформленными блюдами. Ладно, отведаю, умирать от голода в мои планы не входит. Насытившись, отодвинула стол и снова села. Кресло удобное и большое, поджала ноги, скинув туфли и устроилась. Однако покоя мне не дали.
— Позвольте сопроводить вас в ванную, госпожа.
Возражений это у меня не вызвало, хороша я, должно быть, после полета. Ванна была огромного размера, но без всяких хитроумных штучек, как во дворце серебряных. Вода пахла приятно и расслабила, девичьи руки промыли волосы, предварительно их чем-то намазав, водили по телу чем-то мягким. Затем мне предложили выйти и завернули в нечто мягкое и ароматное. Прошла и села в уже знакомое кресло, ожидая того, что будет дальше.
— Какую одежду вам подать, госпожа? Мы приготовили для отдыха, но вы можете выбрать любую.
Перед опущенными глазами возникли два шелковые подола — кремовый и дурацкий розовый. Показала рукой на первый и была тут же подхвачена умелыми руками, облачившими меня в выбранный наряд. Оставят меня в покое уже или нет?
— Позвольте удалиться, если больше ничего не желаете?
Кивнула. Наконец-то блаженное одиночество! Я просто лягу и отдохну. Однако взгляд удержать не удалось. Эту комнату можно было бы назвать будуаром знатной дамы, все, как положено — королевская по размерам кровать, туалетный столик с большим зеркалом, нечто вроде комода и куча штор по стенам, не считая той, что напротив кровати. На ней висела искусно вышитая картина с горным пейзажем.
Но отчего мне так неуютно здесь?
Глава 12
Валялась в постели бездумно, в который раз оглядывая убранство комнаты, которая совершенно не соответствовала моему вкусу, здесь всего было слишком —
