капитан, исчезнуть надо, – произнес я. – Убивцев твоих завтра заказчики хватятся. Эту квартиру они знают. Засаду-то от нее в двух шагах устроили. И в твой город тебе теперь тоже возврата нет: оттуда за тобой приехали.
– Да, ты прав. Не додумал я, что так обернется. – Капитан встал, открыл холодильник, достал бутылку горилки и шмат сала. Включил газ на плите, поставил на огонь большую сковороду. Настрогал в нее сало. Дождался, когда оно зашкворчит и вбил десяток яиц. Пока жарилась яичница, нарезал крупными ломтями хлеб. Набулькал по стаканам горилку.
– За твой второй день рождения, – поднял я свой стакан. Чокнулись, выпили. Закусили. Прожевав, капитан задал вопрос:
– А куда ты тех двоих дел? Там в цоколе хоть и есть окно в подвал, но они в него явно пролезть не могли. И бумага зачем?
– Я, капитан, их в шестнадцатый век отправил, с запиской, чтобы в тюрьму посадили, в кандалах. Потом, когда вернусь, отправлю их на каменоломню, в пожизненные каторжники.
Участковый изумленно посмотрел на меня, а потом расхохотался:
– Ты! Их! В шест… ха-ха-ха! Шестнадцатый век! Отправил! Скажи еще, что вечерним дилижансом! Через Париж! Ха-ха-хааа!
Наконец он устал смеяться и замолчал. Только время от времени фыркал и вытирал платком появлявшиеся на глазах слезы. Я понимал, что этот смех не от веселья. Он – нервная реакция на пережитый страх смерти. Я взял бутылку и разлил по стаканам. Капитан, все еще пофыркивая короткими смешками, сгреб свой всей ладонью и махом вылил в горло. Скривился, посидел, зажмурившись и, став серьезным, сказал:
– А теперь отвечай на мои вопросы. Только правдиво, без уверток и выдумок.
– Хорошо, спрашивай!
– Кто ты? Откуда оружие? Почему мне помог? И куда действительно дел бандосов?
Предварительно просканировав его сознание и не найдя гнили и червоточин, я ответил на все его вопросы. Правда, о себе и о приборе пространственно-временного перехода выдал адаптированные под его мировосприятие версии. Капитан сидел, слушал и не верил.
– Да ну! Ты, парень, гонишь! Какие перемещения? Я никакого портала не заметил.
«Ага», – подумал я. – «Ты в то время танк бы перед носом не заметил, не то, что черный портал в темноте». Но говорить этого я ему не стал. Сказал другое:
– Не веришь? Можешь проверить! Только сначала представься, имя назови.
– Донов Иван Титыч, капитан полиции. Был опером в убойном, сейчас участковый в поселке. Так как я могу твои слова проверить?
– Единственный способ подтверждения моих слов – пройти через портал. Готов?
Капитан посмотрел на меня совершенно трезвым взглядом и решительно поднялся из-за стола.
– Готов!
– Назвался груздем – полезай в кузов! – я открыл портал. – Шагай, капитан, и не трусь.
Только мгновение он вглядывался в бездонно-черное ничто, и вот уже в нем скрылся. Я шагнул следом.
Точку выхода выбрал на склоне той самой горы, вернее, внушительного холма конусообразной формы именем Эль Серро, увидев которую испанский матрос завопил: «Монте видео!» – «Вижу гору!». С нее открывается великолепная панорама, потому для знакомства капитана с местом моего постоянного жительства я ее и выбрал. Итак: на юге – величественно катит свои воды Рио де Ла-Плата, на севере простирается холмистая уругвайская саванна, заросшая травой и кустарником. Три реки пересекают саванну, две из них впадают в обширный залив Монтевидео: одна, хорошо видимая, названа нами Тихой за спокойное медленное течение. В ее устье стоит построенная князем первая цитадель, прикрывающая и вход в реку, и вход в две бухты: Птичью – гавань нашего флота, и Узкую, что выше по течению реки. Ну и город Новороссийск заодно. Эта цитадель – сердце крепости, чьи стены только начали возводить.
Показывая рукой, что где находится, я рассказывал капитану историю появления в этих местах русского города. О том, какие трудности пришлось вынести, отвоевывая эту землю у воинственных племен индейцев чарруа. Рассказал и о том, что в скором времени нам придется столкнуться с агрессией со стороны Испании. Капитан смотрел, слушал, задавал вопросы, но было видно, что до конца он мне все же не верит. Я заметил, как он сунул в карман несколько камешков и пучок травы. Вещественные доказательства, что это реальный мир, а не иллюзия. Правильно! Не верь глазам своим, а верь тому, что можешь руками потрогать.
– Ну что, капитан. Возвращаемся?
– А в город не пойдем?
– Там людей полно. А наш внешний вид никак не вписывается в это время. Да и ты, все-таки, очень от местных отличаешься. Меня, правда, по-любому узнают. Но начнут вопросы задавать, я ведь сейчас должен находиться в Бразилии, за несколько тысяч верст отсюда. А я не хочу раскрывать свою возможность мгновенного перемещения в пространстве. И тем более – во времени. Так что возвращаемся туда, откуда пришли…
Ментально связался с Вито. Поинтересовался, куда дели двоих мной телепортированных бандосов. Сын удивился, услышав меня, но вопросов задавать не стал, а ответил, что «все в порядке, сидят в зиндане, только народ не понял, откуда они взялись». Посоветовал ему говорить, что это я врагов пленил и прислал. И пусть все знающие о них заткнутся и не болтают.
– Боярин, значит. Воевода княжеский и граф испанский. К тому же телепат и пространство-время-проходец. Чудны дела твои, Господи! И это все реальность, – капитан высыпал на стол жменьку мелких камешков вперемешку с землей, сверху бросил пучок пожухлой зимней травы. – Значит, это правда.
– Правда, Иван Титыч, истинная правда, – я перекрестился. – И мне нужна твоя помощь.
– Подожди, Илья Георгиевич, с просьбами. Дай хоть немного с этим фактом смириться. Сжиться, вернее сказать. Выпить еще осталось?
– Сейчас схожу, – произнес я и нырнул в портал. Вышел из него ровно через шесть секунд с глиняной бутылкой моего самогона на апельсинах и большой тарелкой тушеного мяса. От него еще парок поднимался. И не мудрено: спер я его с княжеской кухни под обалдевшим взглядом кухарки. Почему не со своей? У меня в доме никто не знает об обретенных мной способностях. И им это знать пока ни к чему. А князь знает и заткнет рот кухарке, когда та побежит к нему на меня жаловаться.
Говорили мы с капитаном долго и конкретно. Криминогенную обстановку в своем городе он знал очень хорошо. Кто под кем ходит, кто кого крышует, у кого какой легальный бизнес прикрывает нелегальный, и так далее. Весь расклад был в его голове. Особо отметил «коммерческие» связи руководства, как полицейского, так и гражданского. И рассказал он мне далеко не все, что знал. Теперь понятно, почему за жизнью простого участкового послали аж двух
