– Задание? – спросил парень по имени Ора. – И что ты тут делаешь – тоже нам не скажешь, да?
– Не могу.
– Ладно, поможем Робу, – сказал второй парень. – Кого будить первым? Там есть разложившиеся тела, их мы точно реанимировать не сможем. Но если сильно надо, по ДНК сам клоны сделаешь.
– Нет, их не надо. В моей группе шестеро. Они должны быть живы до сих пор. Вы по маячку нашли меня?
– Да, твой персонализатор. Так бы помер тут, – ответил второй парень, чьё имя Лёня до сих пор не знал.
Они встали, и убедившись, что Роб чувствует себя хорошо, зашли в маленькую комнату.
– Ора, скажи мне, пожалуйста, я когда находился там, мне казалось, что я живой. Чувствовал своё тело, запахи. Мог думать. – спросил Лёня, заходя в комнату следом.
– Да, контакт с сапрофитом не проходит бесследно, – пояснил напарник Ора.
– Гриб проникает в твою нервную систему, присоединяя к себе. И все люди, в чей мозг попали его токсины, строят внутри себя иллюзию. Это пространственное состояние, когда все ваши мозги подключены к общему процессору, и объединившись вы создаёте вокруг себя иллюзорный мир.
– Типа коллективного сна, что ли? – не до конца поняв объяснение Ора спросил Лёня.
– Простыми словами – да. Вы все лежите и видите один сон. Когда каждый из этих людей очнётся…
– Если очнётся, – подправил напарника Ора.
– Да, если очнётся, будет частично помнить этот сон.
– Со своей стороны, конечно. Ладно, иди посиди, остуди свой мозг и не мешай нам, – договорил Ора и выпроводил Лёню из комнаты.
Наблюдатели, а это были именно они, провозились с полумёртвыми телами больше часа. Лёня сидел на стуле, вслушиваясь в лёгкий гул в ушах. Он вспоминал всё, что с ним произошло за последние сутки. И произошло не в гипотетической реальности, а именно во сне, который они же сами и создали благодаря плотоядному грибу. И что именно во всём увиденное правда – он не знал, ведь всё, что увидели, возникало благодаря их желаниям. Малышев, вероятно, хотел убежать, и во сне ему удалось это сделать. Андрей Гуцул полностью освободился, А Серёга Белов, понимая тяжесть ответственности за содеянное, искал способы всё это исправить. В рассуждения Лёни закрались сомнения, и он побежал по галерее к наблюдателям.
– Ора, Ора! – позвал он, зайдя в комнату.
Тот склонился над чьим-то телом и промывал ему глаза. Его напарник счищал остатки корневой системы гриба с другого человека. На Лёню они даже не обратили внимания.
– Ора, На севере я зафиксировал новую вспышку болезни. Я… – он сделал небольшую паузу, – я должен был выяснить природу происхождения этой болезни.
– Да чего там выяснять? – ответил он. – Очередные новоприбывшие с Земли притащили с собой. Непонятно только, сами они были заражены или нет. Вирус не так страшен, по предварительной оценке вымрет не больше тридцати процентов от популяции людей на планете. Так что можешь по этому поводу сильно не переживать.
– Откуда у тебя такая любовь к людям? – спросил напарник Ора, внимательно посмотрев на Лёню.
– Это не любовь. Медведи, узнав об ослаблении человеческой расы, могут начать войну. Всё просто.
– Да, точно. Но медведи – не моя проблема. За ними другие бдят, – ответил парень.
– Так, Роб, смотри. Эти пятеро стабильны. Слабы, но вероятность к выживанию большая. – Затем ткнув пальцем на полку, где лежал Малышев, продолжил: – этот, возможно, не выживет. У него обезвоживание организма и несколько хронических заболеваний кровеносной системы. Всё, что смогли сделать, мы сделали. Он сейчас на стимуляторах. Действие закончится через пару часов, поэтому, если вдруг умрёт, не стоит в своём отчёте винить нас. Договорились?
– Да, Ора. Спасибо за работу. А что делать с заражённым телом, которое использует грибница? Это его жилище, и я уверен, в скором времени он вернётся.
– На твоё усмотрение, согласно предписаных правил. Но будет достаточно просто изолировать его на некоторое время от грибницы, чтобы действие токсинов прекратилось.
– Хорошо. Спасибо, – ответил Лёня. Оба наблюдателя в знак прощания положили свои руки на его плечи и молча вышли из землянки. Оставшись наедине с безмолвными телами, лежащими на полу, Лёня вздохнул и тоже сел на пол. Он потрогал себя, всё было реально и осязаемо, но после случившегося остались сомнения, что это реальность. Приходил ли к нему наблюдатель по имени Валис? Или это было во сне, в том сне, который создали они все вместе. Также, возникли вопросы по полковнику Малышеву. Лёня предположил такой вариант, что он ничего предосудительного не делал, и вся группа до сих пор ищет пропавших инженеров.
Просидев с обрывками умозаключений ещё несколько минут, Лёня поднялся в ангар, и на всякий случай перепрятал оружие, прихватив с собой пистолет. Как дальше будет складываться ситуация – никто не знал.
Поставив ведро воды и кружку он дожидался, когда проснутся его товарищи. Им было что обсудить, а Денису – принять решение. Здесь, в этом мрачном месте, оставаться было опасно. Грибница, в которой они застряли, применяла весь спектр оружия, которым наделила её природа. И стать в очередной раз её жертвой не хотелось бы.
Первым очнулся Дима, старший из лукьяновских братьев. Он тихо замычал, а после, ощутив всю тяжесть в теле, застонал от боли, скрючившись в позу эмбриона. Лёня дал ему попить, и дождавшись, когда боль отступит, усадил его на пол. Когда человек в сознании и физически здоров, он в большинстве случаев сам чувствует, как себя вести, пользуясь инстинктами, чтобы в итоге оправиться от стресса и истощения.
В томительном ожидании прошло время, которое никак не поддавалось измерению. Вскоре очнулся и Андрей. Видимо, молодые организмы легче перенесли анабиоз, в который они попали не по своей воле.
Дима вышел к реке, чтобы приготовить подобие похлёбки из припасов, которые закупили ещё в Лукьяновке. Андрею было достаточно промочить горло, и он, охая, как старый дед, самостоятельно встал на ноги и побрёл на свежий воздух.
На улице стояла солнечная погода, и лучи светила мягко обогревали подставленные лицо и руки.
К вечеру на ногах были все, кроме Малышева. Обессиленные, они сидели возле костра и делились впечатлениями. Кто как мог, восстанавливал свои силы, Попченко и братья наотрез отказались заходить обратно в землянку, и после ужина лежали возле костра, подстелив брезент. Белов до конца не верил в происходящее, и уверенный в том, что гриб сможет спасти от пандемии, наблюдал за ним и оберегал от уничтожения, чтобы использовать в качестве лекарства. Денис едва встал на ноги, вооружился и собрал все изделия в один рюкзак, не забыв пересчитать их. Всё, что они видели, будучи парализованными грибом, частично оказалось правдой, Игорь действительно, совместно с Попченко и Беловым проводил операцию «Перепись населения». Но ни Саша, ни Сергей не знали, что за вирус или бактерия скрыта внутри корпуса пластиковых изделий. О том, что там могла быть «чёрная оспа» остались только предположения. Но очнувшись, оба молодых офицера пересмотрели своё мировоззрение. Каждый из них чётко помнил видения, которые они себе же спроектировали, о последствиях той эпидемии, что могла возникнуть в этом мире по их вине.
Игорь оставался в бессознательном состоянии. Его всё-таки перенесли в комнату отдыха. Они ещё не приняли решения, ибо не знали, на самом ли деле инженеры, которых они ищут, давно мертвы.
Лишившись доступа к биологическому оружию, полковник Малышев стал практически безвредным, а желание его убить исчезло, так как остался недоказанным факт, что он преднамеренно кого-то заразил. По рассказам Белова и Попченко, конкретно ни один из них не применял изделия на этом континенте. Оставили только среди медведей. И то факт применения был обусловлен тем, что они находились на пределе эмоционального и нервного срыва. Больных или умирающих никто не видел.
Абсолютно каждый вернувшись в реальность не был уверен в том, что это именно реальность. Каждый помнил и верил, что в памяти запечатлелись моменты так же из реальности, и опровергнуть этот факт рассказом о встрече с наблюдателями Лёня не мог. Потому что наблюдатель Валис тоже был, но ни его, ни других, кроме Лёни никто не видел. Да и сам он не был уверен, что видел его. Но настоящая реальность была более осязаема и оправдана, чем та, которую все они до этого ощущали. Способов проверки не было, а на себе никто не желал испытывать.
