держа в руках пульт от телевизора и рассеянно переключая каналы в поисках чего-то интересного.
Резкий звонок домофона внезапно разрывает уютную тишину вечера.
Оба супруга вздрагивают от неожиданности. До Тхань Тунг недовольно морщится, раздражённо откладывая книгу на подлокотник кресла.
— Кого это ещё чёрт принёс в такое время? — бормочет он.
Он неторопливо подходит к домофону, закреплённому на стене в прихожей, и внимательно всматривается в экран. Перед камерой стоит мужчина лет тридцати пяти в тёмном деловом костюме с галстуком. Волосы гладко зачёсаны назад, выражение лица нейтральное. В руках небольшой плотный конверт.
Нажав на кнопку, До Тхань Тунг включает микрофон:
— Вы к кому?
Из динамика раздаётся вежливый мужской голос с едва уловимым северным акцентом:
— Добрый вечер. У меня срочная доставка.
До Тхань Тунг хмурится, поворачивая голову в сторону жены:
— Ты что-то заказывала через интернет?
— Ничего, — недоумённо качает головой.
Глава семьи возвращается к домофону:
— Должно быть какая-то ошибка, — произносит он увереннее. — Мы ничего не заказывали и не ожидаем никаких посылок.
— Адрес корректный. Получатель — семья До, проживающая по данному адресу.
До Тхань Тунг в полном замешательстве нервно чешет затылок. Поворачивается к супруге и раздражённо машет рукой:
— Курьеры приезжают только к тебе! Вот и иди сама разбирайся.
— Ещё чего не хватало! — возмущается жена. — Никого я не собираюсь встречать среди ночи. Нормальные курьеры в такое время не работают!
Из динамика домофона снова раздаётся терпеливый голос:
— Я доставляю государственную корреспонденцию. Пожалуйста, примите отправление, в противном случае я буду вынужден официально задокументировать факт отказа от получения. Мне это необходимо для составления служебного отчёта.
— Неужели очередная бюрократическая выходка от семьи министра… — бормочет До Тхи Май себе под нос.
— А вы можете оставить отправление у входных ворот или в почтовом ящике? Утром заберём сами, — настаивает глава семьи.
— К сожалению, нет. Я привёз документ конфиденциального характера. Это именно то, что по протоколу передаётся строго из рук в руки при предъявлении документов под вашу подпись. Не иначе. Таков регламент.
До Тхань Тунг тяжело вздыхает, понимая, что отвертеться не получится:
— Ладно, хорошо. Сейчас выйду.
Как только муж выходит за дверь, До Тхи Май, движимая любопытством и недоверием, тут же подходит к домофону и включает режим наблюдения, внимательно всматриваясь в экран.
Курьер выглядит скорее как высокопоставленный офисный работник или даже чиновник среднего звена, но уж точно не как рядовой доставщик. Костюм недешевый, осанка военная, выправка уверенная.
До Тхань Тунг с внутренним напряжением выходит к незнакомцу и демонстрирует удостоверение личности. Вопреки тревожному предчувствию и смутным страхам, курьер лишь вежливо протягивает конверт с многочисленными печатями.
— Это вам, господин До. Прошу вас, проверьте целостность конверта и подлинность печатей перед тем, как расписаться в получении.
Глава семьи До при жёлтом свете уличного фонаря внимательно всматривается в отправление, поворачивая его в руках.
Первое, что бросается в глаза и заставляет сердце учащённо забиться, — широкая чёткая подпись с завитками и массивная красная восковая печать Генерального консула Социалистической Республики Вьетнам в Пекине, Китайская Народная Республика.
Он поднимает взгляд на курьера:
— А почему доставка среди ночи? Странное время для корреспонденции.
— Извините за причинённые неудобства, — курьер достаёт планшет для подписи. — Это срочное отправление непосредственно от Министерства иностранных дел. Почему в консульстве приняли решение организовать экстренную доставку документа, несмотря на позднее время суток — я, к сожалению, не осведомлён. Если у вас есть претензии к срокам или обстоятельствам доставки, прошу разбираться непосредственно с отправителем. Либо поставьте подпись в графе об отказе от получения государственной корреспонденции.
— Нет-нет, что вы! — До Тхань Тунг торопливо расписывается на экране планшета. — Я принимаю документ. Это от нашей дочери, она как раз сейчас в Пекине.
Попрощавшись с курьером, глава семьи возвращается в дом.
В освещённой прихожей, До Тхань Тунг небрежно вскрывает плотный конверт, разрывая восковую печать.
Вчитывается в документ на гербовой бумаге, брови от удивления взмывают вверх:
— Май, это от дочери! Она прислала нотариально заверенный отказ от прав на наследство! От всего нашего имущества без исключения!
— Что⁈
Жена мгновенно оказывается рядом и выхватывает бумагу у супруга. Быстро перечитывает каждую строчку:
— Как такое возможно? Я думала, она для вида его поддержала, а теперь оформила через консульство… — недоумевает мать. — Всё, мы теперь остались без дочери. Теперь и внуков можем не увидеть.
— Баба с воза — кобыле легче, — философски бормочет До Тхань Тунг.
— О чём ты?
— Она сознательно сделала выбор, — пожимает плечами глава семьи. — Ничего от нас не нужно? Прекрасно! Значит, всё наше имущество и бизнес перейдёт её брату. Они всё равно никогда толком не ладили между собой. Ты же прекрасно помнишь, как Чанг на него закусилась после той истории с женихом. Вот считай, что проблема решилась сама собой, без нашего участия. Нам же лучше.
До Тхи Май обречённо массирует виски, чувствуя приближение головной боли.
Её дочь уже больше года не контактирует с братом. С тех самых пор, как он предпочёл закрыть глаза на публичные унижения со стороны её бывшего жениха, не вступился за сестру.
Но что ещё ему оставалось делать в той ситуации? Он только-только с отличием закончил университет и крайне удачно распределился на перспективную должность, активно пытаясь выстроить успешную карьеру во вьетнамской спецслужбе. А открытые конфликты с влиятельными высокопоставленными чиновниками и их семьями могут серьёзно помешать, а то и вовсе похоронить карьеру на корню.
До Тхи Чанг следовало бы войти в положение старшего брата.
— На такой работе, как у нашего сына, если его вдруг распределят зарубеж, ему объективно не будет нужен ни наш дом, ни семейный бизнес. Он будет строить свою жизнь в чужой стране, вдали от родины. — Она начинает нервно ходить по комнате. — Нет, так дальше продолжаться не может. Надо срочно брать это дело в свои руки и что-то решать. Хватит, достаточно! Наигралась девочка в независимость, пора возвращать её домой!
До Тхань Тунг с явным неодобрением косится в её сторону.
Он прекрасно понимает, к чему всё идёт и чем закончится. В таком эмоциональном состоянии его жена слишком часто совершает импульсивные, необдуманные решения и поступки. И ни к чему конструктивному это обычно не приводит — только усугубляет ситуацию. В такие моменты у неё напрочь отключается здравый рассудок и
