и отпустить тебя туды не страшно.
А в голосе слышался страх. Боялась она этих посиделок. И я их тоже боялась. Я ж ведь и ляпнуть чего могу, и вести себя, как местные девки, не умею. Но дома отсидеться не получится. Иначе путь не пройдется. Сколько, интересно, там его, этого пути, осталось. Мне казалось, что я уже целую вечность здесь.
— Главное, сиди там тихонечко да помалкивай, — учила меня тем временем Меланья. — Песни петь будут, прислушивайся да запоминай. А в игры вообще лучше не ввязывайся. Особенно в ручеёк и в платочек*. А если вдруг на ночное купанье Ванька подбивать девчат станет, сразу домой беги. Останавливать будут, плачь да тятькой грозным прикрывайся, да свадьбой скорой. Ванька к просватанным шибко не пристает. Только обрядить тебя снова надобно.
Она осмотрела меня привередливым взглядом и заставила надеть ещё одну юбку поверх уже имеющихся трёх. Грудь она перебинтовала мне получше. Щеки красить не стала, а вот брови немного подвела. И теперь придирчиво осматривала, потом повесила мне через плечо холщовую сумку, типа нашего шопера и положила туда веретено с пряжей.
— Ну вот! Готово, — удовлетворенно произнесла она.
Только успели мы меня обрядить, как за окном послышался девичий голос:
— Что, тёть Мелань, снова Марьянку с нами не пустишь? Супротив княжича пойдёшь?
_________________________
Ручеёк и платочек* — подобные игры описаны в исторических заметках об играх молодёжи прошлых веков. Только правила в разных источниках отличаются, поэтому автор придумала к ним свои правила, не судите строго.
Глава 38. Марина
Только успели мы меня обрядить, как за окном послышался девичий голос:
— Что, тёть Мелань, снова Марьянку с нами не пустишь? Супротив княжича пойдёшь?
— Ох, язва, ты Нюська, ох и язва! — беззлобно ответила мачеха и подмигнула мне. — Когда-йто я князевы наказы нарушала? Марьянка уже выходит к вам. Ты уж пригляди тогда за ней, чтоб не обидел никто, а?
— Приглядим, тёт Мелань, приглядим, — послышался веселый голос той, которую мачеха Нюськой назвала, — отчего ж не приглядеть, да девки?
— Конечно, приглядим, — послышался нестройный хор из девичьих голосов.
А кто-то добавил:
— Нам же заняться-то больше нечем, как за чем-то приглядывать!
Но на него, вернее, неё, тут же зашикали.
Чувствую. Весёленький мне предстоит вечерок.
Пока наряжались, Меланья успела мне бегло рассказать, кто у здесь, в усадьбе, из девок самый языкастый, а кого лучше обходить десятой стороной.
Нюська была языкастая, но беззлобная и, по словам мачехи, вполне нормальная, ходила она в сенных девках *, но, когда не было хозяев, не гнушалась работой на скотном дворе, где служила её мать. Об этом мне тоже поведала Меланья, когда провожала у порога. Она ещё раз посоветовала мне молчать больше, сидеть тише, перекрестила трижды и только тогда открыла дверь и произнесла:
— Ну, иди уже с Богом.
Когда я вышла на улицу, Нюська сразу взяла меня под ручку.
— Ну, вот, будет теперь и у меня подружка, — сказала она остальным девчатам и совсем по детски показала язык. — А то я всё время одна хожу у вас.
— Дык мы ж всегда вместе все ходим, Нюськ, ты чего!? — воскликнула одна из девчонок и недобро посмотрела на меня.
Я решила не нарываться, скромно отвела глаза, типа я тут совсем не причём, и постаралась принять самый безобидный вид. Только она все равно буравила меня своими злобными глазюками. Вот и нажила я себе тут первого врага, сама того не желая. Неприятно. Но вырваться из цепких рук Нюськи я не решилась. С ней мне было как-то спокойно.
— А ни чо я, Глашк, ни чо! — ответила ей Нюська и повернулась к остальным. — Ну чо, девки, пойдём, что ли на полянку? Али прям тут усядемся? Пущай Ванька со своими дружками нас поищут, а?
— Ой, пойдём лучше, — ответила круглолицая девчонка с веснушками на пол лица. — Не будем его гневить. Сама знаешь, какой он страшный, когда злой.
— Ну, тогда запевай!
— Ой, вечер тихо к нам придёт,
Да соловей за рощей запоёт,
Да, девки наши вышли погулять,
Дорога вьётся — не догнать. **
Затянули несколько девчонок.
— Ай, люли-люли, свет зари,
Ты скажи, куда идти,
Где тот милый ходит и грустит,
На кого с небес звезда глядит? **
Подхватили другие. И мы пошли в сторону реки. Я же, пока шли, старательно запоминала дорогу. Хорошо, шли мы не долго, прямо у реки свернули в заросли недалеко от тех, где мы с Меланьей купались, и очутились на широкой поляне, край которой лежали брёвна, а в середине уже полыхал костёр.
Нюська потянула меня к одному из брёвен. Глашка тоже дёрнулась было за нами, но моя новая подружка так на неё посмотрела, что та уселась на другое место. Но мне было не до их неурядиц. Мне бы продержаться это вечер, а там, может, всё вернётся на круги своя. Сейчас я уже очень сильно хотела домой, и этот мир меня начал сильно напрягать. Но Нюська об этом не знала.
— Поругались мы с ней сильно, — снизошла она до объяснений их поведения. — Она, подлюка, на Ваньку метит, а в прошлый приезд он со мной время проводил. И я ей уступать его не намерена. А она вон смотри как вырядилась, сказала, что в этот раз всё сделает, чтобы он к ней переметнулся.
Вот, дела! Если я правильно поняла, то на князева сыночка тут прям очередь из девок стоит. И чем он их так привлекает?!
Эту мысль я додумать не успела, потому что на поляне появился сам виновник девичьих ссор.
— А чего это мы такие смурные сидим? Айда, хоровод водить! — воскликнул он и потянул первую попавшуюся девку к костру.
_____________________________
Сенная девка* — особая категория девушек из крепостных, которые не работали на полях, а постоянно находились при господах, выполняя самые разнообразные поручения. При необходимости им поручали любую работу по дому.
Песння** — типа народная, слова автора.
Глава 39. Марина
За Ванькой потянулись и другие парни. Принялись они выхватывать девок в круг. Мой несостоявшийся насильник тоже был среди них, выхватил он самую тощую из всех собравшихся девок. Но и до неё мне в моём новом обличии ещё жрать и жрать. Хотя сейчас благодаря мачехиным подкладушкам я не резко выделялась на общем фоне.
Отовсюду доносился визг и хохот. Молодежь у костра играла во что-то типа жмурок.
Ванька верховодил. Ему завязали глаза, и он ловил девок, а те с
