Мы спокойно подъехали к стенам этого монстра, проехали через них…
И с вечерних улиц попали на большую поляну, залитую светом огромнейшего количества факелов. Причём часть из них горела не привычным желтоватым оттенком, но зелёным, синим, красным и… чёрным. Чёрным, как нефть, огнём.
По этой поляне дорога шла к самым ступеням, где уже выстроилась целая очередь однотипных карет, в которых были запряжены крашеные носороги.
— Вон граф Анчутка, — показала Элизи на этого беса, что вышел из своей повозки и подошёл к…
Моё сердце защемило чем-то и дышать стало нелегко, словно корсет резко сжался.
Там на ступенях стояла девушка с фиолетовыми длинными волосами в белом пышном платье, которое отдавало нетипичной для этого замка чистотой. За её спиной возвышалась другая особа, с длинными белокурыми волосами, собранными в пучок. Я не мог разглядеть их лица, но я знаю кто они.
Девушка в белом платье протянула грациозно ручку и граф, низко поклонившись, поцеловал её.
— А это…
— Я знаю, кто это, — хрипло ответил я, вызвав слегка встревоженный взгляд Элизи. — Уж свою команду я смогу узнать.
— Ты как?
— Я… нормально, — я сделал глубокий вдох, беря себя в руки. — Просто непривычно видеть их. Представь, что ты увидела свою родню.
— Это навряд ли. Они все погибли, когда мне было два года. Захочу, не вспомню.
— Эм… прости, я не знал.
Да уж, неловко вышло.
— Ничего, — отмахнулась она. — Я никогда по этому поводу не волновалась.
Мы стояли в этой очереди не очень долго. Очередь двигалась довольно быстро, и к девушке в белоснежном платье выходили всё новые и новые люди. И те, кто на них был не похож.
Вскоре из карет начал выходить прекрасный пол. Ну как прекрасный, во-первых, мне их лица от сюда невидно; во-вторых, глядя на них, у меня появилось лёгкое чувство беспокойства и ощущения, что волосы на лобке шевелятся. Это лишь значит, что они опасны и от них сраку надо держать подальше.
Все они были разными: кто-то старше, кто-то младше, одни выше, другие ниже. Кто-то был в броском зелёном платье; кто-то в вызывающем обтягивающем для коктейльных вечеринок с разрезом на юбке до самых бёдер; кто-то в классическом для балов; кто-то вообще в мини-юбке и корсете, словно из секс-шопа.
Все они подходили к ней, но вместо поцелуя в руку обменивались поцелуями в щёки, словно старые подруги. Именно эти девушки вызывают у меня беспокойство.
— Её ковен, — сказала Элизи.
— Я поняла это уже. И одни бабы…
— Раньше они были единственными девушками во фракции. Она смогла сделать себе действительно очень сильную команду. Однако теперь появилась ещё одна девушка.
— Думаешь, они захотят тебя присоединить?
— Вряд ли. У меня нет магических способностей, да и нарушать баланс госпожа Эвелина не рискнёт.
И вот настал наш черёд.
Карета остановилась. Дверца открылась и там уже стоял мужчина во фраке и протягивал руку, чтоб Элизи смогла выйти. А позже протянул мне, и я смог без происшествий спуститься на ковровую дорожку и посмотреть на хозяев этого поместья.
Эви…
Это была действительно Эви, такая миниатюрная и светлая в своём белом милом платье на фоне огромного тёмного замка, похожего на чудовище. Она выглядела совсем маленькой на этом огромном пустом пространстве, на этих огромнейших ступенях, что вели к не менее маленькой арке с дверьми. А за её правым плечом, словно телохранитель, в платье для коктейльных вечеринок стояла Констанция с пучком её белокурых волос на затылке.
Но я не остановился ни на секунду.
Они ждали нас на ступеньках.
Мы сделали реверанс.
— Я Элизиана Транстава Дэ Санта Де Карсон Де Мартин Дэ Парилиони Дэ Капуста, приветствую вас, госпожа графиня Эвелина, — после чего Элизи потянулась к руке Эви, чтоб поцеловать её.
— Ой, да ладно тебе! Мы же обе девушки, — улыбнулась Эви и подставила щёку. — Мы не целуем руки.
— Да, гос…
— Эви, сегодня просто Эви, Элизия.
Они обменялись поцелуями.
Я всё это время искоса следил за ними. И если Эви выглядела очень беззаботно, так как я её запомнил, то Констанция буквально не спускала с Элизи глаз. Она словно что-то хотела увидеть или заметить.
— Прими мои соболезнования, Элизия. Мне очень жаль, что твой отец покинул нас. Он был хорошим человеком и очень помог нам при свершении правосудия. Он был настоящим волком, что готов был защитить своих людей.
— Благодарю вас… Тебя за тёплые слова, Эви, — слегка поклонилась Элизия, после чего посмотрела на Констанцию. — Госпо…
— Просто Констанция, Элизия. Сегодня же бал, — улыбнулась та.
Ничего не изменилось. Ни голоса, ни повадки — одна всё такая же беззаботная, другая всё такая же внимательная и строгая. Однако видя то, с кем они якшаются, могу поспорить, что Эви тут блять большей части сто очков даст. Невозможно сохранить власть в таком змеиннике, не умея чувствовать и видеть больше, чем остальные.
И пусть сейчас они вежливо встречают её, они тут же её и оценивают. Просто на лице Констанции это более заметно. Моя жопа подсказывает, что Эви помогает скрывать это её обаяние. Она просто не притворяется и ведёт себя так, как привыкла, при этом присматриваясь к собеседнику.
Взгляд Констанции на мгновение скользнул по мне. Но я ни дать ни взять, стою в сторонке от своей хозяйки. Глазки в пол, сама скромность и незаметность.
— Ну, идём Элизия. Я тебя давно не видела, — подхватила её под руку Эви и зашагала по ступенькам вверх.
— В прошлом году. Мне так стыдно, что я тогда сделала, — прикрыла одну из щёк Элизи, краснея.
Возможно там было чего стесняться, но мне кажется, что она просто притворяется.
Они продолжили щебетать, пока я наравне с Констанцией поднимался ровно за ними как слуга. Забавно, что поведение Констанции тоже как у слуги, однако она спокойно проявляет инициативу без разрешения. Словно просто играет роль с подругой.
Пока они поднимались, Констанция обратилась ко мне, и я аж вздрогнул от неожиданности. Слышать её голос было непривычно, но ещё более непривычным было то, что она обращалась ко мне.
— А тебя как звать?
— Мэйн, госпо…
— Пока просто Констанция. Мы же не на людях разговариваем. Ты, я так поняла, прислуга Элизии?
— Да, Констанция.
— Раб или… — она молчанием предложила мне закончить.
— Раб.
Мне это напоминает допрос. Такой, как между делом. Пока Эви занята с Элизи, Констанция, как более опытный дознаватель спрашивает меня.
Возможно, они ещё поменяются, потому что я уверен — бал из-за Элизи и такого громкого убийства графа. Они хотят просто посмотреть на нас и понять, а не кроется ли за этим нечто большее. Сейчас нам будет уделено очень много внимания от них. Не то что я не рад поговорить с ними, но не при таких обстоятельствах.
— Давно у Элизии?
— Я… не могу сказать точно, Констанция. Я постоянно чем-то занята и очень часто не замечаю, что прошёл уже целый день. Для меня неделя или две превращаются в дня два-три.
— Так много работы? — сочувствующе спросила Констанция.
— Да. После того, как меня купили, я то и делаю, что помогаю госпоже Элизиане.
— Знала прежнего графа?
— Нет.
Мы шли не так далеко от Элизи, так что она должна была слышать, о чём мы говорим. Да и в карете, пока добирались до города Анчутки, мы успели обсудить историю, которую будем выдавать — от моей истории жизни до того, сколько раз на дню я подтираю графине задницу.
А тем временем мы прошли через огромные входные двери и попали в холл замка.
Глава 123
Холл замка был подстать его размерам. Один только потолок здесь был на уровне пятого этажа обычной хрущёвки, наверное. Он был довольно длинным и очень мрачным, словно преддверия миссий про боссов. Заканчивался этот холл огромной лестницей, которая поднималась к такой же большой двойной двери. По бокам от неё вверх поднимались лестницы, что вели на балконы, которые нависали над нами. Это, не говоря о страже, что в чёрных доспехах выстроилась вдоль стен, сливаясь с тенями.
