Хякки Яко - Ступников

— Обещаешь?

— Угу…

Вновь сграбастав дочь в объятия, я, как мог, старался продлить это мгновение, но секунды неумолимо проносились передо мной, приближая неминуемый час расставания.

— Обними за меня всех дома, и знай, какой бы путь ты не избрала, я уже горжусь тобой…

На небольшой, залитой солнцем поляне, свернувшись в клубок, навзрыд кричала одинокая девушка, роняя горькие капли слёз на мягкий ворох зелёной травы, а вместе с ней плакал и Лес.

* * *

За тысячи миль от цивилизации, на одиноком острове затерянном в океане, стоял человек. Его длинные, пронзительно алые волосы развевались на ветру, пока сам он медленно сгорала в всполохах серебристого пламени, что, казалось, пожирало его изнутри.

Огонь ревел, смеялся, выл и хохотал, ежесекундно принимая тысячи форм, перманентно изничтожая, воплощая и изменяя всё, до чего только мог дотянутся, но человек этого словно бы не замечал. Его взор был направлен на север, а из единственного уцелевшего глаза текли слёзы.

Он исчезал, медленно растворялся в собственном Я, но даже не думал хаять Судьбу. Ведь именно она дала ему возможность прожить эту жизнь, встретить этих людей и влюбиться в этот жестокий, непокорный, но прекрасный Мир. И любая плата за эту возможность казалась смехотворно ничтожной.

Прошли минуты. Тело уже прогорело до основания. Даже скелет и тот почти истаял под напором серебристого урагана, но Человек продолжал стоять, до самого конца не отводя взгляд от горизонта, за которым лежала земля, где жили люди, вспыхивали Войны, начинались и завершались поразительные истории.

Когда последняя песчинка некогда смертного тела распалась, серебристый огонь вспыхнул столь ярко, что этот свет, на долю секунды, озарил всю планету. А после, кометой, под собственный громогласный хохот, ринулся ввысь, за облака, прямо в межзвёздную пустоту, где вскоре исчез без следа.

В то же время, в далёком-далёком Мире, яркая вспышка озарила полночный небосвод, а крохотный малыш впервые открыл свои глаза…