Нам?
— Вы не столько инженеры, сколько командуете самой большой группой инженеров в Газарии и единственной, которой я доверяю. И тут мы подходим к цели вашего визита.
— Да, было бы любопытно узнать.
— А всё очень просто. Берёте десяток самых лучших чертёжников, математиков и инженеров, в том числе Старых шахтёров и делаете мне расчёты для катамаранов. Исходя из расчётов — корректировку чертежа. Какое дерево, где центр тяжести, водоизмещение и так далее. Мне нужен проект, с которым я пойду к Ибрагиму и скажу — построй мне таких вот судов пятьдесят штук.
— Пятьдесят этих двухголовых мотыльков… — задумчиво пробормотал Мурранг. — Но босс! Мы ничего не смыслим в судостроительстве!
— Конечно, ничего. И я тоже. И ваши гномы, которые являются лучшими инженерами-математиками Газарии, тоже. Но… Мы очень часто сражаемся в условиях, когда нам некуда бежать, некуда отступать, у нас нет никого под рукой лучше нас. Нет никакого более взрослого, мудрого, сильного, на кого можно положиться, кроме нас самих. Вы думаете, почему вы стали министрами, братцы?
— Потому что мы с тобой пот, кровь и слезы проливали вместе, босс, наматывали километры и жрали дерьмо по разным уголкам Гинн.
— Ну, это да, это тоже. Но ещё и потому, что вы напрасно думаете, что есть профессионалы лучше вас. Более толковые организаторы с широким кругозором и изощрённым умом. Мне не на кого больше опереться, а корабли больше некому проектировать, кроме ваших гномов. Понятно я объясняю?
— Ладно, босс, — Мурранг решительно сгрёб эскизы в широкую охапку, в том числе прихватил и черновые варианты и стал скручивать их в рулон. — Правильно я понимаю, что времени нет и это надо было сделать «вчера»?
— Да. Я таким выражением не пользуюсь и к истерикам не склонен. Но времени, само собой, нет. Вы видели, что к нам только что нагрянул вражеский флот? И противопоставить нам ему нечего.
— Что-то мне подсказывает, что и эти двухголовые не станут с ними тягаться. Только если… Ты хочешь поставить на палубы взводы гвардии в среднем доспехе, чтобы они штурмовали вражеские суда? Абордаж⁉ Мы захватим их флот? Клянусь молотом Скафса, мы дерёмся лучше, чем вонючие пираты!
— Гм. Я обязательно учту эту подкупающую своей новизной идею, но сейчас локальная задача — сделать проект и как можно скорее.
— Недостатки проекта не убрать при строительстве, — назидательно сказал Хрегонн.
— Знаю, но плохой солдат лучше, чем никакого, — ответил я.
* * *
Треугольная бухта встретила нас тягучим ветром и едким запахом кипящей смолы. Возведение здесь временных верфей было пока что именно временной мерой.
Условия войны делали постройки за пределами города очень и очень рискованными. И опять-таки, бежать было некуда.
Ко всем прочим проблемам к Треугольной бухте не было нормальной дороги. И я даже не мог тыкнуть пальцами и озадачить сапёров её построить, потому что я и так напряг всех, кого можно, мобилизовал магов, беженцев, воров и тунеядцев, нанимал бригады из других регионов.
Поэтому дерьмовая дорога, по которой с трудом доезжают грузовые биндюги, останется.
Морская пена оседала на прибрежных камнях грязными серыми хлопьями. Иртык тяжело ступал позади меня, его металлические доспехи тихо позвякивали в такт шагам. Для моего телохранителя настало тяжёлое время. Если другие правители сидели во дворцах, попивали винцо и кушали всякого рода фуа-гра (или что они тут хомячат?), то у меня вообще не было дворца. Вместо дворца у меня были бесконечный обход стройплощадок, инспекция стены, разбор завалов в порту, приветствие капитанов и брожение в местах, которые даже на вид были опасными.
Иртык не ворчал, он брёл, экономя силы, временами стреляя глазами по камням и кустам, не притаился ли кто?
Следом за ним шли два степенных гнома-инженера. Условно говоря, это были ГИП и ГАП (если эти термины вообще применимы к судостроению) проекта «катамаран».
Ибрагим из Лагона обнаружился возле наполовину собранного остова классической грузовой баржи.
До Ибрагима в Газарии были верфи, но они принадлежали Королевской торговой компании Вейрана и сейчас, пока Его величество не подписал со мной соглашение о свободной торговле и не прислал посла, эти верфи были арестованы. К сожалению, все работники оттуда сбежали ещё до моего возвращения, поэтому пользы от них никакой не было, да и находились они в другой части полуострова.
Строительство мелких лодок и судёнышек я в расчёт не беру. Кроме них только что созданные верфи в Треугольной бухте были самыми большими и, по сути, монопольными.
Человек, который не так давно стал главным корабелом Газарии, выглядел под стать окружающей погоде: мрачный, худой, в бороде опилки, весь покрытый толстым слоем въевшейся древесной пыли. Он зло ругался вполголоса, методично вколачивая тяжёлой киянкой деревянный клин в стык толстых досок.
— Доброе утро, мастер, — я остановился в паре шагов от ремонтируемого судна.
После начала войны у него много заказов на ремонт, хотя заказчики и боялись, что суда сожгут. Другое дело, что повреждения суда заказчиков получили тут, в Газарии, так что в другом месте ремонт для них просто не смогли бы выполнить.
Корабел неохотно отложил инструмент и вытер грязные руки о грубый брезентовый фартук. Его взгляд скользнул по моей фигуре, затем переместился на замерших гномов. Ибрагим смотрел на нас с явным подозрением опытного прораба, ожидающего от высокого начальства очередных невыполнимых и откровенно нелепых распоряжений.
— Утро добрым не бывает, Правитель, — хмуро буркнул мастер. — Особенно когда лес везут сырой, а половина плотников слегла с лихорадкой. Чего изволите?
Я кивнул гномам и те молча протянули ему первый развёрнутый лист пергамента.
Ибрагим небрежно взял чертёж, прищурился от слепящего утреннего солнца, присел прямо на деревянную балку и погрузился в изучение схемы. Секунды складывались в долгую, вязкую минуту. Брови корабела медленно поползли вверх, но он молчал.
— Что это за идиотизм, выполненный в тонких линиях? — Ибрагим ткнул испачканным пальцем прямо в центр чистовой версии чертежа. — Две узкие гондолы, плюс бревна, соединённые парой пластинчатых поперечин и дощатым настилом? У вас кто это чертил, оружейник?
Я зыркнул на гнома. Гном и правда был оружейником и при проектировании катамаранов, которые были сначала приняты гномами в штыки, они действительно применили очень много наработок именно из оружейного дела.
Например, балки крепились сразу в восьми местах, а сами были из клееных полос, по технологии плеч лука.
— Водоизмещение крошечное. Остойчивость под парусом вообще вызывает истерический смех. Кому нужна такая
