колоколом.
Глава 15
Тренировки, мыло и «парадка»
Ближе к полудню, я отправился «за речку».
Меня ведь, пока сидел, ждал приятеля, что называется «торкнуло» — я же давно собирался начать тренироваться! А всё никак — то одно, то другое. И лучшее, что я мог сделать в такой ситуации, это договариваться не с самим собой, типа: «С понедельника начинаю!», а с кем-то ещё. Причём лучше всего, чтоб этим «кем-то» был человек, которого мне сложно подвести. А ещё лучше, чтоб он тоже был заинтересован.
Гынек был заинтересован.
Хотя получилось не совсем так, как я думал!
— Давно пора-то, Хлуп! А то так и будешь получать в нос-то, от всяких пузанов, — расплылся приятель в ироничной улыбке.
И у него сейчас нашлись какие-то дела, в которые он меня не сильно посвящал, так что «за речку» мне пришлось отправиться одному.
На знакомой вытоптанной площадке, скрытой от глаз рощей, которую про себя назвал «рингом», уже топталась пара парней лет под двадцать.
Как интересно! Вроде кулачные бои здесь не заявляются как популярный спорт и даже, вроде как, не совсем легальны, но, как ни приду — кто-то тренируется. С другой стороны, а какие ещё развлечения? В инсту потупить? В тик-токе зависнуть? В доту зарубиться? У аристо хоть охота есть, а у таких как я разве что посиделки в корчме.
— Храни вас господь, добрые люди, — поприветствовал их стандартной, много раз слышанной фразой.
— Угу, — кивнул один из них, сосредоточенно выцеливающий ухмыляющуюся физиономию соперника.
Второй вообще не ответил, не сводя хоть и весёлого, но сосредоточенного взгляда с лица первого.
Ну и ладно! Мне то что?
— Надеюсь, не помешаю, — на всякий случай задекларировал я намеренья.
Отойдя в сторонку, разделся до пояса, скинул обувь и начал обычную разминку, из тех упражнений, которые помнил — в основном на подвижность и растяжку. Сверху, с шеи, и вниз.
— Чё пацан, тож что ль собрался помахаться? — через некоторое время подошёл ко мне один из парней. Тот который вначале не ответил.
Они закончили. Кто победил, я не заметил, сосредоточившись на своём.
Но прямой вопрос игнорировать было не вежливо, и я, не останавливая скрутки корпусом, хмыкнул в ответ:
— Да почему бы нет? Кто ж не любит кулаками помахать?
— Хех, — ухмыльнулся подошедший, кивнул мне, и шагнув вперёд протянул руку: — Я Пётр.
Я остановился, ответил рукопожатием:
— А я Хлупек.
Парень был на полголовы меня выше, шире в плечах, и весь перевитый мышцами-канатами. На бройлера-бодибилдера он точно не походил — накинь на него рубашку и на улице от обычного подмастерья не отличишь.
— Не слишком ли ты… хлипкий, Хлупек, — иронично поинтересовался Пётр.
В словах его не было ни оскорбления, ни желания поддеть, так что я в тон ему ответил:
— Так и ты, наверно, не всегда был таким?
— Я, паренёк, с двенадцати лет на каменоломнях, — подпустив снисходительности, по-прежнему весело, заметил Пётр.
— Ну, — вновь хмыкнул я, и, чтоб не стоять попусту, продолжил упражнения, — я, конечно, припозднился, но если ничего делать не буду, то ведь точно ничего не добьюсь. Так ведь?
— Эт точно, — подмигнул он мне. — А чё ты делаешь?
— Разминаюсь, — я пожал плечами и, наклонившись вперёд, приступил к «мельнице», попеременно доставая руками стопы.
— А зачем такое? — в его весёлом тоне послышалось удивление.
— Ну… — я выпрямился, и искренне пожал плечами, — наверно, чтоб не закиснуть.
Не говорить же: «мне такое показывали и говорили что надо».
— Чё ты с ним возишься? — крикнул Петру его спарринг-партнёр. — Это ж говнарь!
Чёрт! Я непроизвольно скрипнул зубами — наверно скоро за «говнаря» на людей бросаться начну.
— И чё? — хмыкнул Пётр. — Не человек что ль?
Чем заслужил мою искреннюю благодарность. Мысленную.
— Не трать время, пойдём лучше, пропустим по стаканчику, да мне пора… А то опять мастер последние космы выдрать попробует.
Я с удивлением оглядел его — под стать Петру, может чуть повыше и по здоровее. Хотя и не такой жилистый. И точно — лет за двадцать. И что — позволяет своему мастеру за волосы таскать? Хм… Кстати, «космы» у него точно были не последние.
— Да не… — поморщился в ответ Пётр, — мне тоже идти надо. Сёдня за камнем с монастыря приедут, на погрузку старшой всех собирает.
Но, на прощание, он дружески толкнул меня в плечо — толчок вышел, словно меня бык лягнул:
— Лан, Хлупек, пора мне. А ты, давай, занимайся. Эт правильно, что ты говоришь… — и, чуть приблизившись, добавил, понизив голос: — ты лучше кулаки набивай. Здесь хороший удар нужен, а не эти твои… Найди себе какое-нибудь дерево и бей его, что есть силы. Поначалу будет больно, но после, — он заговорщически подмигнул, — никто твоего удара не удержит.
И, помахав на прощанье, он пошёл вслед за первым, не одеваясь и не обуваясь, а просто собрав одежду и закинув на плечо.
Минут через пять появился и Гынек.
— Эт не Пётр-то был? — поинтересовался он, поглядывая вслед ушедшему каменотёсу.
— Он, — подтвердил я, — познакомились, перекинулись парой слов.
— Знатный боец-то, — уважительно покивал приятель, — мне-то против него не выстоять. Ну чё, начнём?
Судя по солнцу — а определять время по нему учишься быстро, когда больше не по чему — мы потренились часа два.
— Ладно, Гынь, — проговорил я, восстанавливая дыхание, — и мне пора. Зайду в купальню, да и поспать перед работой надо.
— Сходи-то, — подмигнул приятель, — тебе-то не помешает… Иль ты к девкам?
— Что? — не сразу вспомнил я, про «особые услуги» купальни. — Не… Помыться надо, да мыла купить надо.
— Эт правильно, — согласился приятель, и в голосе его мне опять послышалась ирония.
Меня такие намёки на необходимость помыться, если честно задевали, но я решил хотя бы с единственным другом не обострять. Тем более он уже переключил мои мысли:
— Да и мне-то вздремнуть не мешало бы… — он снова подмигнул, — не ты-то один по ночам работаешь.
Я только вздохнул и поспешил сменить тему:
— Слушай, а что, тут каменоломня рядом? Уже второго каменотёса здесь вижу.
— Ну как рядом-то? —
