позицию, через магглорождённую отличницу. Но раз уж пришлось выступать ему, всё-таки столь грубых ошибок Поттер мог бы и не делать, это сбивает весь настрой. Тем временем мальчишка указал на одно из пустующих кресел в рядах судей и продолжил: — Убийц мистера Трэверса так никогда и не нашли. Никто не знает, каким образом профессор Локхарт стал одержимым маньяком и кто в этом виноват. Каким образом Питтер Петтигрю и его сообщники провернули налёт на Хогсмид, где они взяли деньги, оружие и людей? Кто устроил нападение во время турнира трёх школ, когда погиб мистер Аллертон, а я оказался проклят? Теперь уже много месяцев никто не может отыскать Беллатрикс Лестрейдж. А что же будет дальше?
— Вы хотите сказать, что авроры не справляются со своими обязанностями, мистер Поттер? — медленно произнесла Амелия Боунс.
— Они — герои, и я горжусь тем, что знаком с некоторыми из них, — быстро, и кажется вполне искренне ответил Поттер. — Возможно, я и сам после школы хотел бы попытаться стать аврором. Они делают всё, что могут, но их слишком мало. Первого сентября вокруг вокзала были, наверное, две трети всего состава, и даже так, они едва успели лишь к концу сражения. А если бы маньяков оказалось несколько и они ударили с разных сторон? Сейчас процентов двадцать посменно заняты охраной школы. Я думаю, что авроров и обычных охраняющих закон волшебников должно быть значительно больше, хотя бы в такие неспокойные времена. А ещё меня очень поражает, как один сумасшедший может заставить бояться целую страну. У магглов подобное было бы невозможно. При том, что каждый волшебник с палочкой может и, я считаю, должен сражаться, а не дожидаться чьей-то помощи. Все словно ждут, что, как и в прошлый раз, война закончится сама собой, каким-то чудом, злодей убьёт себя сам. Вот только в прошлый раз ради этого «чуда» умерли мои родители, а я едва остался жив, до сих пор не знаю, как именно. А если в этот раз чудо не повторится?
— Значит, вы считаете это войной, мистер Поттер? — спросил Крауч.
— Люди умирают, школа и Министерство на осадном положении, чтобы просто привести нас сюда, потребовался целый отряд авроров — как будто нападение могло произойти в любую секунду, — он обвел рукой многочисленных охранников в зале. — По-моему, это очень даже похоже на военное время. И ведь опасность угрожает не только мне, даже не только магглорождённым или полукровкам — в Хогсмиде солдаты стреляли в волшебников, не глядя на цвет галстука, возраст или документы о количестве чистокровных предков. А все делают вид, словно их это не касается…
— Ваше мнение будет учтено, мистер Поттер, — произнёс Дамблдор, поднимаясь с места. — Если у судей больше нет вопросов, то на этом мы заканчиваем работу с данной группой свидетелей. В заседании объявляется короткий перерыв. Мистер Шеклбот, будьте так любезны сопроводить ваших подопечных к выходу. Если кто-то из свидетелей потребуется Визенгамоту для дополнительных показаний в ходе данного дела, об этом будет объявлено позже.
***
— Что ж, немного не по плану, но думаю, получилось довольно неплохо, — произнесла Грейнджер, неторопливо шагая по пустому коридору к отведенной их клубу комнате.
Назад в школу их доставили ещё более коротким путем — в назначенное время на несколько минут в общую сеть был подключен транспортный камин декана Рейвенкло, после чего вновь замкнут только на перемещение внутри школы. Перед этим авроры вернулись в Министерство, а студентов Флитвик сразу отпустил по их общежитиям. Однако Грейнджер сказала, что хочет сначала что-то показать Мерфи в их клубе, а Лавгуд и Поттер просто отправились вместе с ними для компании, она не возражала.
— Да, подготовка ответов и проработка ролей стоили потраченного времени, — согласился Кайнетт. Выступление «героя Британии», на которое он делал основную ставку, получилось немного сбивчивым, вероятно, они переоценили возможности мальчишки. Так что теперь стоило полагаться лишь на то, какой авторитет в стране у него ещё остался и какой вес получат его слова в суде. Разыграть эту карту в любом случае стоило, раз уж его «подвигу» здесь приписывают такой высокий статус, его обвинения в бездействии кто-то может воспринять и достаточно близко к сердцу. Самым сложным было заставить его играть по сценарию, а не говорить то, что самому в голову взбредет, на одном вдохновении. Маг был более чем уверен, что так он в суде бы долго не продержался, его бы просто задавили, заставив кивать в нужные моменты. — Хотя я полагал, Малфой и его партия больше заинтересуются Поттером, а не тобой.
— Да, я тоже удивилась. Думала, мне придётся играть против директора, но в принципе, и так вышло достаточно эффектно. Может, это из-за соперничества клубов, что я его вдруг так заинтересовала?
— Я всё ещё считаю, что против Малфоя выступил бы лучше, — заметил Поттер. — У меня даже была пара заготовок специально против него.
— Не сомневаюсь, возможность ещё будет, — произнесла Лавгуд. Ведьма уже успела расстегнуть мантию, затем извлекла откуда-то пару резинок и теперь на ходу пыталась стянуть волосы в два длинных несимметричных хвоста. Очевидно, за несколько часов ей до смерти наскучило выглядеть «взрослой и серьёзной».
— Да, — согласился маг. — Очевидно, что у него большие планы на первое поколение. И после одной короткой отповеди он от всего не откажется. Хотя непонятно, отчего Малфой вдруг пересмотрел свои взгляды. Решил как можно дальше отстраниться от идей Реддла? Или, возможно, кто-то подсунул ему почитать Мильтона?
— Думаю, это ещё не самый безумный вариант. Кстати о литературе, — Грейнджер вдруг остановилась, взяла Поттера за плечи и с чувством произнесла: — Гарри, ты знаешь, что ты мой друг. И я тебя за многое уважаю. Но, прошу тебя, подтяни уже латынь! Не позорь нас так больше. А то ведь и впрямь, как Флитвик говорил, тебя когда-нибудь буйволом раздавит после очередного заклинания.
— А по-моему, даже забавнее получилось, — не согласилась Лавгуд. — «Пусть падёт завистник…»
— Да что я не так сказал?
— Потом в словаре посмотришь, — отмахнулся маг. — А вот что касается Люциуса и его идей…
— Знаешь, к чёрту Малфоя, — произнесла Грейнджер, резко махнув рукой. Затем достала волшебную палочку и заклинанием открыла дверь в класс. — К черту всех Малфоев. Пока давайте лучше о другом.
Не убирая мистический знак, она быстро подошла к столу у окна, затем сняла наложенные чары отвода внимания и взяла в руки небольшую черную коробку, раза в два меньше футляра для волшебной палочки. После чего вернулась к ним и вдруг сказала:
— В общем, я знаю, что немного опоздала, однако — с днём рождения, Джеймс.
— Благодарю, —
