Попал – не пропал. Книга 5 - Ринат Камильевич Назипов

числе и в медицине, но и… скажем так, некоторые неизвестные земной науке возможности. И это не фокусы Мессинга, а самое настоящее волшебство. Я могу передать вам прямо сейчас некий артефакт, который за пару недель стабилизирует его состояние, сделает его иммунным к большинству ядов, так что, даже отравить его будет, практически, невозможно. К сожалению, вылечить он его не сможет. — Судоплатов задумался. Надолго задумался, молчал минут пятнадцать, а потом, вдруг, выдал.

— Руслан, а тебе известно, кто стоит за смертью Иосифа Виссарионовича в пятьдесят третьем?

— Точно вам этого, кроме непосредственных участников, никто не скажет, но, по некоторым фактам, можно говорить, что заговор против Сталина начал формироваться ещё в сорок шестом и основными действующими лицами, на тот момент, были — Маленков и Хрущёв, а уже позже к ним присоединился и Берия. Есть подозрения, что именно по его приказу, в ночь с двадцать восьмого февраля на первое марта, к Сталину не допускали врачей. Хотя, уточню, документальных подтверждений этому нет, а вот о преступном бездействии Хрущёва и Маленкова, есть.

— А почему, по-твоему, бездействовал Лаврентий Палыч?

— Я думаю, что в первую очередь потому, что к тому времени Сталин страной уже не управлял. А во вторую… он рассчитывал занять его место. И у него это, на какой-то срок, даже почти получилось, но… слишком уж рьяно он взялся за дело и очень немаленькое количество его решений вызвали отторжение у большей части Политбюро и ЦК. В общем, дело это очень запутанное и сложное.

— Ясно. Скажи, Руслан, а ты в любой момент и в любом месте можешь провернуть этот твой фокус с массовым сном?

— Да. — односложно ответил я и на этом наш разговор как-то сразу скомкался и затух, а я так толком и не понял, зачем они приезжали и чего хотели. Да и думать об этом никакого желания не было.

Глава 19.

Глава 19

Глава 19.

Все разъехались, разошлись и разбежались и в доме, в кои-то веки, стало непривычно тихо, а я смог заняться своими делами. Если честно, то я уже не раз пожалел, что связался с этим агрохолдингом, достаточно было бы и одного павловского колхоза, но… «раз уж взялся за гуж, то не говори, что не дюж», придётся и дальше тянуть эту махину, пока она не наберёт ход. И к счастью, ждать этого момента недолго, а пока придётся напрячься.

Двое суток я гонял специализированный ИскИн, пересчитывая рунную печать «Подобия» под «истинный» алфавит и у меня, даже, что-то получилось, а вот, что именно, покажет только практика, хотя, я, почему-то, абсолютно уверен, что всё у меня получилось и получилось на отлично. По сути, я получил в своё распоряжение почти идеальный генный манипулятор, или как там называется такая штука, пусть и в довольно узком спектре применения. Следующий день я пыхтел в амбаре, ну, как пыхтел, гонял мелкого ремонтного дроида, который и выполнил всю работу. В итоге, теперь у меня в амбаре аж целых две рунных печати, одна та самая «Подобия», а вторая обычная, универсальная, активно используемая магами Эдала при посевной. Ладно, пусть не совсем обычная, а чуть-чуть, самую малость, изменённая, ведь мне нужно как-то воздействовать на зерно, хранящееся в сумках с расширенным пространством. Правда, и тут я сплагиатил, используя наработки магов Эдала, но древних магов, для которых «расширенное пространство» не было чем-то необычным и активно использовалось как для перемещения объёмных грузов, так и для их хранения.

Погода уже почти установилась, и все колхозники во всю готовились к посевной, так что, времени у меня оставалось очень мало и терять его я не хотел. Целую ночь я превращал канадскую пшеницу в эльфийскую и, честно скажу, больше я на такие подвиги ни за что не соглашусь. Обновлённая, а по сути, совершенно новая, печать работала на отлично, вот только энергию жрала как не в себя. Хорошо, что я предполагал что-то такое и заранее подключился к двум слабеньким природным энерголиниям. В результате, к утру, я получил всего пятнадцать тонн эльфийской пшеницы, всего-то на шестьдесят-семьдесят гектар посевной площади. А ведь в нашем агрохолдинге почти три тысячи гектар отведено только под пшеницу, ещё порядка полутора тысяч под рож, и около четырёхсот гектар под овёс, а ещё ведь есть и картошка, и свёкла, и морковка, да и про ячмень забывать никак нельзя, а капуста, лук и прочие «корнеплоды». Всё это время меня никто не беспокоил, да и не смог бы, потому как я установил над домом и двором защитный купол, совсем слабенький, но человек или ещё какая животина через него не пройдёт, а за ним ещё и «Купол тишины». И каково же было моё удивление, когда, едва переставляя ноги, я выбрался из амбара, а вокруг моего дома целое столпотворение. И ладно бы местные, деревенские, так ведь нет — солдатики, с краповыми погонами, с новенькими калашами на груди, целых четыре штуки «Победы», пара грузовиков, и… злой, до усрачки, Воронов… приплыли.

«Купол тишины» я снял, а вот с защитой, пока, погодил, а то Воронов, вон, кабуру лапает и смотрит на меня, словно прицеливается.

— Что за шум, а драки нет? — спросил я полковника, подойдя к воротам.

— Как⁈ Что это⁈ — почти задыхаясь от избытка эмоций, зловещим шёпотом спросил меня тот.

— Обыкновенное защитное поле, чтобы, всякие там, не мешали работать. — невольно зевнув, ответил я. — Что хотел-то? И вообще, что тут за шухер?

— Что за шухер⁈ Вчера вечером позвонил Павлов, говорит, что ты уже третий день не появляешься из дома, и никто к нему пройти не может! Так мало того, говорит, что, дескать, амбар у тебя горит… а не сгорает. Приехал и что я вижу⁈ Во двор и правда не зайти, что-то, словно отталкивает, а амбар сияет, как новогодняя ёлка! Позвонил Павлу Анатольевичу, тот прислал два взвода солдат, пришлось выставлять оцепление. — давя в себе шквал эмоций, сообщил мне полковник.

— Так значит, этот «почётный караул» не по мою душу? — и тут я просто заслушался, минут десять полковник сыпал непереводимыми идиоматическими выражениями. Из всего этого монолога я понял только одно — полковник очень сильно сожалеет, что я появился на его жизненном пути. Дескать, был один инопланетянин, которого они потихоньку доили. Да, ублажали, да, чуть-ли не задницу ему подтирали, но жили тихо и