высокого обрыва, пробитый тремя стрелами в спину и грудь.
Он машинально потер грудину под плащом.
— Как не сдох — загадка. Наверное, вода ледяная помогла. Выплыл ниже по течению. Семья от меня, естественно, официально отреклась — я стал врагом государства, убийцей аристократов. На лбу висела мишень размером с луну. За мою голову Гильдия назначила такую награду, что меня искал каждый наемник в княжестве.
Асаи перевел взгляд на Лиру. Та стояла молча, плотно сжав губы.
— Я прятался по лесам, гнил в землянках. Пока не началась война с темными и княжество не пало. В этой суматохе я наткнулся на отряд беженцев. Там была княжна.
Он снова поклонился Лире, на этот раз глубоко и искренне.
— Она меня не выдала. Более того, прикрыла своей властью. Я стал её слугой. Дал клятву Крови. Как и остальные.
Слова повисли в холодном воздухе. Я медленно переваривал услышанное.
— Остальные… — задумчиво протянул я, поворачиваясь к Лире. Пазл складывался в очень жуткую картинку. — И сколько же, милая моя, у тебя вот таких кровников? Тех, кто связан клятвой и готов порвать за тебя глотку любому, не щадя своей жизни?
Лира посмотрела мне прямо в глаза. Взгляд не отвела, но я увидел, как напряглись ее плечи.
— Все, кого ты видел в моем окружении с белыми лисьими ушками за эти годы, дорогой. Все до единой.
У меня дернулся левый глаз. Я вспомнил осаду крепости, бои в степях, вспомнил тех девчонок, что резали стражу в столице герцогства, вспомнил бойню в поместье, где они кидались под клинки «воронов».
— Такова цена, — тяжело вздохнув, Лира отвернулась к парапету. Ее голос задрожал. — Цена жизни любой слуги антивской княжны. Это не просто наемники. Это магия крови. Они живут, пока живу я. Или не отпущу сама…
Она замолчала на пару секунд.
— Изначально девочек было… три тысячи.
У меня дернулся правый глаз.
— Целая армия… — изумленно, почти по слогам произнес я. Три тысячи преданных фанатиков⁈ Да с таким ресурсом можно было перевернуть половину континента!
— Многие погибли, когда мы только бежали из княжества под ударами темных, — Лира понуро опустила голову. Ее идеальная, непроницаемая броня дала трещину. Передо мной стояла девчонка, раздавленная чувством вины. — Очень многие… погибли из-за моей глупости и гонора. Мы сильно повздорили с отцом. Всё из-за той самой династической свадьбы с графом, которому ты снес половину черепа. Я отказалась. Мы разругались вдрызг. И я покинула резиденцию князя, уведя своих людей.
Она виновато, как нашкодивший подросток, посмотрела на меня снизу вверх.
— Ты не подумай! Я их не в рабство брала! Княжество щедро вознаграждало семьи этих девочек, это огромная честь. И всё было только с их согласия и согласия родителей. Затем, когда мне исполнилось десять лет, все девочки моего возраста проходили инициацию клятвы.
— У всех княжен по три тысячи⁈ — я конкретно офигел от масштабов местной демографии и милитаризации.
— Нет, конечно, — Лира грустно усмехнулась. — Всё зависит от личной магической силы и потенциала. Сколько линий клятвы ты сможешь удержать, не сгорев. Я уже в десять лет имела три хвоста. Мой резерв был аномально огромным. Поэтому отец позволил мне прогнать через себя три тысячи линий клятвы.
Она обвела рукой пространство вокруг.
— Потом их учили. Мы росли вместе. Грамота, этикет, шпионаж, военное дело, высшая магия, владение клинком и ядами. Помнишь, там, в Торвальде, я сказала, что они — это часть меня? Так и есть! Это моя вторая семья. А те пару лет, что мы скитались по лесам в изгнании, они были моей первой и единственной семьей. Мы выживали, спали на земле, ели из одного котла. Они умирали за меня… И это было не самое худшее, что они делали…
По ее щеке скатилась одинокая слеза. Лира не стала ее вытирать.
— А потом меня занесло в твое герцогство… Где я встретила тебя, милый. И всё изменилось. Но каждый раз, когда я смотрю на оставшихся… Я понимаю, что мое личное счастье стоит на костях погибших девочек. Если бы я не сбежала тогда из-за своей гордости, многие из них были бы живы.
Я молчал. Утешать словами — дешево. Я просто подошел и крепко прижал её к себе, зарывшись лицом в светлые волосы. Она уткнулась мне в плечо.
— И семья счастлива, что вы сами сделали свой выбор, княжна. — Звонкий, девичий голос раздался откуда-то слева…
Я повернул голову. Из густой тени надстройки башни, где, казалось бы, и кошке не спрятаться, бесшумно вышли трое. Они не прятались, просто были там, охраняя свою госпожу.
Трое улыбающихся лисичек, одетых в простую темную кожу. Они подошли ближе и, не обращая внимания на меня и Асаи, синхронно, с глубочайшим почтением опустились на одно колено перед Лирой.
— Мы умираем не за клятву, госпожа, — тихо сказала та, что со шрамом, глядя на Лиру снизу вверх блестящими от преданности глазами. — Мы умираем за ту, кто разделила с нами грязь дорог и вкус крови. И мы рады, что рядом с вами теперь стоит тот, кто умеет убивать врагов, а не торговать нашими жизнями в кабинетах.
Лира шмыгнула носом, пытаясь сдержать эмоции, и строго посмотрела на них.
— А ну встать, лохудры. Распустили тут сопли на боевом посту.
Девочки с тихим смешком поднялись, мгновенно растворяясь в тенях башни, словно их и не было.
Я посмотрел на Асаи. Снайпер стоял, чуть заметно улыбаясь краями губ.
Да уж. Война никогда не меняется. Меняются только декорации. И, кажется, в этой войне у меня появилась очень серьезная, фанатично преданная армия, которой просто нужен был правильный вектор. Что ж, направление я им задам. Как и дам новое оружие…
Глава 22
Воротник парадного камзола, расшитого каким-то жестким, почти проволочным серебром, впивался в кадык с упорством тупого ножа. Я дернул шеей, пытаясь ослабить эту средневековую удавку. Не помогло. Портной, видимо, считал, что Железный Герцог должен страдать не только на поле боя, но и на собственной свадьбе.
— Не дергайся, — едва слышно, сквозь намертво приклеенную светскую улыбку процедила Лира. Её пальчики, обтянутые тончайшим кружевом, впились мне в предплечье чуть сильнее, чем требовал протокол. — На нас все смотрят.
— Пусть смотрят, — так же тихо буркнул я, не меняя каменного выражения лица. — Я им не картина в галерее. А этот хренов воротник меня сейчас задушит.
Мы шли по центральному нефу главного храма столицы княжества. Точнее, того, что заменяло беглым кицунэ храм в их временном, хоть и пафосном, пристанище. Огромный зал.
