президенту вышло семеро милиционеров, чтобы арестовать его, но в зал ворвались сорок военных. Милиция остановилась и разошлась по залу. Тогда Горбачёв объявил:
" Партия распускается. Объявляю себя Верховным лидером СССР с безграничной властью. Первый мой приказ — расстрелять, врагов народа в партии, на Красной площади. "
Сотни партийцев вывели на главную площадь, и расстреляли с пулемётов. Местные князья по всему государству в тот же день выехали со страны. Начались массовые репрессии. Западные страны резко засудили эти действия и потребовали возвращения всех старых долгов, но получили отказ.
На Красной площади была ужасная картина: сотни трупов, площадь действительно стала красной из-за крови. По всей Москве ездили солдаты и стреляли во " врагов народа". В Ленинграде взбунтовались и отказались принимать Верховного. Сталин зашёл в кабинет, там сидели: Привонский, Мудрин, Стрельник и ряд новых министров. Вождь закурил трубку и медленным, но уверенным голосом заговорил:
— Стрельник. Ты же глава КГБ.
— Так точно.
— А почему тогда в Ленинграде не признали власти?
— Не получилось у нашего человека.
— В других получилось?
— Пока что да, но нужно ввести войска. Не введём — война.
— Гражданская? — Вождь знал что это, и не желал повторять прошлого.
— Да.
Горбачёв взглянул на военного министра:
— Вам слово, товарищ, Мудрин.
— Армия верна вам, пока что нет проблем с её организацией.
— Отлично! Вводите во все столицы республик войска. Всех местных князей —. Вождь задумался, немного подумав громко сказал:
— Расстрелять! На площади!
— Будет сделано.
— Вы имеете все полномочия для разбирательств.
Дальше Верховный взглянул на Привонского:
— Чего расстроен?
— Думаю, как без займов страну вытягивать.
— А что не так?
— Мы отказались от выплаты старых. Страну отправили в блокаду. А зерна в Запада мы закупаем очень много. Нужно реформировать и распускать колхозы.
— Так делай.
— Нужно минимум год, до нового урожая. А до этого что делать? Голодать?
— Всё настолько плохо?
— Да.
— Золото есть?
— Да.
— За него купите зерно.
— Да с нами дело некто иметь не хочет!
— Вводи карточки, уменьшай пайки.
— А как это объяснить и без того злому народу?
— Это оставь мне.
Верховный вновь посмотрел на главу КГБ:
— Есть иностранные газеты, радио в СССР?
— Есть.
— Национализировать, мне не нужна вражеская пропаганда в государстве!
— Сделаем.
Во всех уголках страны начали расстреливать «врагов». Народ шокирован такими масштабами репрессий прятался по домам. Джон поражённый таким развёртыванием событий напился у себя дома и смотрел в окно. Шпион видел как его сеть рушилась, сколько же ему пришлось потратить времени, сил, денег. Всё было идеально, но в последний момент Горбачёв сошёл с ума. Мориссон заметил чёрную машину, которая тихо подъехала к дому. Он выхватил автомат Калашникова, прицелился. В его глазах начали появляться картины его жизни в этой проклятой, нищей стране.
Глава 7
Как он оказался в СССР
1980 год:
К новобранцу подошёл старый полковник. Всю жизнь он посвятил службе своему государству. На щеке был шрам, взгляд был холодным, который мог привести в ужас, но не Мориссона. Полковник заговорил спокойным и уверенным голосом:
— Господин Мориссон, пройдёмте со мной в кабинет.
— Как скажите!
Зайдя в кабинет гость заметил портрет на котором был изображён Черчилль. Всё было довольно скромно обставлено, присев на стул хозяин комнаты начал говорить:
— Джон, вы лучший из всех.
— Благодарю.
— Все старые агенты могут быть раскрыты КГБ, вы же не упоминаетесь в бумагах, то есть вас можно отправить заграницу.
— Что за миссия?
— Одна из важнейших. Развалить СССР.
— Это огромная честь! Неужели такая великая задача лежит на мне?
— Да. От документы —. Руководитель достал документы на британского туриста и вручил новобранцу.
— Джон Вайс?
— Да, за имя не благодари. Это чтобы ты не запутался.
— Куда я поеду?
— Изучать леса Сибири.
— Леса Сибири?
— Да, для тебя это очень интересно, а там ты погибнешь. Предположительно от морозов. Потом возьмёшь документы в одного из наших на Александра Шпиля и начнёшь свою работу. Держи краткую информацию о себе и задании. На изучение три дня.
— Когда в СССР?
— Когда изучишь все документы, через три дня.
— Будет сделано. Разрешите идти?
— Идите, да поможет нам бог.
— Поможет…
С кабинета Джон вышел в хорошем настроении, ему доверили историческую задачу. Наконец он сможет отомстить. Всё время, до поздней ночи он изучал свою легенду. Спустя три дня он наизусть знал всё. Вместе с другими туристами он полетел на территорию СССР. Самолёт приземлился на одном из главных аэропортов страны. А потом проверки документов, опросы. Так как Джон Мориссон должен был ехать через всю страну к нему поставили сержанта КГБ, который понимал по английскому. Тот подошёл к туристу:
— Здравствуйте, добро пожаловать в СССР.
— Спасибо.
— Значит вам нужно посетить леса Сибири?
— Да, очень интересный лес и климат.
— Тогда пройдёмте к вокзалу.
Шпион пошёл вместе с сотрудником КГБ, тот купил пирожки. Когда поезд тронулся сотрудник потянул руку с пирожком гостю и заговорил:
— Угощайтесь.
— Нет спасибо.
— А вы говорите по русски?
— Очень слабо.
— Так, а какова ваша задача?
— Вы так говорите будто я шпион. — Джон понимал что его конкретно проверяют и хотят подловить.
— Нет, вы что. Просто в документах написано что вы изучаете леса Сибири.
— Да, это очень интересная флора.
— А ещё что-то, кроме природы вас интересует в нашей стране?
— Нет, более ничего.
— Вы приехали в СССР, прошли столько кабинетов ради того чтобы взглянуть на дерево?
— На деревья Сибири, их количество, это удивительно.
— Я вас понял. — " Нудный какой то " подумал сотрудник, дальше они провели путь в молчании.
Наконец спустя долгого пути поезд остановился на небольшом вокзале. Построен он был уже при Хрущове. Всё скромно, минимально, как и должно быть в советском вокзале небольшого города. На улице было холодно, почти минус тридцать, для Джона такая температура была потрясением. Его готовили, говорили про холод, но кто знал что это такая холодина. Выйдя с вокзала гость с сотрудником КГБ сел в автобус. Теперь ему нужно было избавиться от навязчивого чекиста. Зайдя в небольшой дом Моррисон — лёг спать. Рано — в четыре утра, он начал будить своего наблюдателя:
— Господин сержант!
— Господа на Западе, а у нас товарищи, чего тебе не спится?
— Я иду в лес, изучать деревья.
— В четыре утра?
— Да.
— Там минус тридцать, шастают волки, рань. — Вялым и сонным голосом проговорил сержант.
— Я понимаю, но это моя работа. Вы идёте со мной?
— Сам сходишь? Только к шести вечера вернись, а то темнеть начнёт.
— Я же и иду, чтобы
