ему Ворон.
— Так с Орлом можно вообще ничего не делать. Приходишь и говоришь: «Отдайте мне эту картину». И тебе отдают, — занудствовал Носов.
— Зачем ему просить, если ему нравится воровать? — удивилась Маруся. — Я его отлично понимаю. Просить — это скучно…
— Хорошие у тебя дружки, — проворчал Носов. — Да и сама ты…
— Между прочим, этого «дружка» посоветовал мне ты, и отзывался ты о нем с восторгом!
— Ничего не с восторгом. Я просто хотел как-то заполнить паузу, потому что мы поругались, а ты молчала. Не люблю, когда ты молчишь.
Маруся вздохнула. Какое трогательное признание. Наверное, лучше было бы полюбить Носова, и тогда в мире стало бы хоть на каплю больше справедливости. Но мир жесток, и чем сильнее Носов влюблялся, чем больше он проявлял свои чувства и даже осторожно выражал их в словах, тем меньше Марусе удавалось воспринимать его в качестве «объекта желания». Он становился другом, в какой-то степени любимым, но совсем не той любовью, на которую рассчитывал. А может быть, ей просто нравились плохие парни с чувством юмора, и добрый мальчик, который в любой момент готов прийти на помощь, казался чем-то полезным и оттого, как все полезное, — невкусным.
В руке задрожал телефон. Ответное сообщение: фотография маленького блестящего Орла.
— Он достал Предмет, — сказала Маруся, включила камеру и сделала снимок кафе. — Я вызываю его…
— Убери пока… — Носов кивнул на Ворона.
— Ага…
Маруся взяла Ворона и зажала в руке. В глазах потемнело. Маруся испуганно положила Предмет обратно.
— Ты чего?
— Какой-то он…
— Что?
Маруся снова сжала металлическую птицу в кулаке. На этот раз потемнело так быстро, как будто в помещении резко вырубили свет. Ощущение было настолько пугающим, что Маруся отбросила Предмет и схватилась руками за кресло.
— Странный он… — сказала Маруся. — Или я не умею им пользоваться?
— Что с ним странного? — спросил Носов и протянул руку, чтобы взять Ворона со стола.
— Не надо! — остановила его Маруся.
— Почему?
— Сейчас…
Ей показалось, что она что-то чувствует.
— Подожди…
Маруся в третий раз взяла Ворона, крепко сжала его в ладони и закрыла глаза. Но теперь вместо темноты она увидела яркий свет.
Постепенно на ровном белом фоне стало проступать нечеткое изображение. Маруся постаралась сосредоточиться на нем. Почему она ничего не видит? Возможно, надо загадать, что именно ты хочешь увидеть? Задать параметры поиска? Маруся задумалась, перебирая в голове разные варианты. Найти, найти… Кого же ей надо найти? Изображение замигало и вдруг «включилось», словно экран монитора.
Уже через секунду оно снова стало белым, но Маруся отчетливо увидела Бунина! Он смотрел прямо на нее из-под полуприкрытых распухших век. Профессор был жив! Профессор! Думать о профессоре. Увидеть его снова. Еще одна вспышка — и снова профессор. Совсем рядом. Можно дотронуться рукой.
Где же он? Лицо Бунина стало отдаляться, будто Маруся мысленно масштабировала картинку. Лежит. Лежит на кафельном полу, и он связан по рукам и ногам. Где? Что это за место?
Нужно увидеть все помещение! Комната? Нет… Больше похоже на подвал. Достаточно темно. Сверху электрический яркий свет. Значит, нет окон. Гараж? Дальше. Увидеть еще дальше. Что за дом? Изображение замигало и включилось снова. Маруся увидела дом большой, очень большой, просто огромный дом… Пятиэтажный особняк, окруженный лесом…
Она узнала его. Не могла не узнать. Слишком часто попадались на глаза рекламные ролики и проспекты. Это был знаменитый особняк Нестора.
Маруся очнулась от того, что кто-то больно схватил ее за плечи. Она несколько раз открыла и закрыла глаза, потрясла головой и с удивлением разглядела прямо перед своим лицом встревоженного Носова.
— Отпусти!
Носов убрал руки.
— Ты свихнулся?
— Я испугался.
— Чего?
— Ты не отвечала и выглядела так, будто умерла.
— Как умерла? Сидя, что ли?
— Да ну тебя!
Носов выглядел совсем расстроенным. Маруся потерла виски — голова болела, и немного шумело в ушах.
— Вон твой японец, явился не запылился…
Маруся обернулась.
Юки стоял у соседнего столика и мило беседовал с каким-то парнем с накладной бородой.
Вот так вот встретил знакомого? Или познакомился уже сейчас? Хоть бы подошел и поздоровался для приличия…
Словно услышав Марусины мысли, Юки повернул голову, посмотрел в их сторону и подмигнул, а незнакомый парень запрыгнул на стол, скинул с себя мантию и начал танцевать. Юки засмеялся и подошел к Марусе.
— Привет, — поздоровалась с ним Маруся по-русски.
Юки показал ей на уши и вопросительно поднял брови.
— Забыла, — улыбнулась Маруся.
Юки полез в карман и протянул ей микродинамики. Маруся послушно вставила их в уши.
— Ты так разоришь меня, — засмеялся Юки.
Настроение у него было отличное.
Он кивнул Носову и сел за столик.
— Что это за парень? — спросила Маруся, показывая на танцующего мага.
Юки пожал плечами:
— Впервые вижу. Не удержался, хотел проверить Орла.
— Ты что? Приказал незнакомому человеку станцевать на столе?
— Первое, что пришло в голову!
Посетители кафе заметно оживились и начали аплодировать танцору. Маруся покосилась на Носова. Тот был мрачнее тучи.
— Чего ты дуешься?
— Не люблю цирк.
— Не будь занудой!
Юки выкинул на стол руку со сжатым кулаком. Видимо, в нем был тот самый гордеевский Орел. Маруся протянула ладонь, но Юки покачал головой.
— Сначала ты!
— Теперь я что? Должна тебя во всем слушаться, да? — усмехнулась Маруся.
Она полезла в карман, вытащила Ворона и положила на стол перед Юки.
Японец разжал кулак и совершенно спокойно позволил Марусе забрать Орла.
— Ну что, все? — нетерпеливо спросил Носов. — Концерт окончен, можем расходиться?
Маруся быстро взглянула на него, потом сжала Орла в руках и уставилась на Юки.
— Отдай мне Ворона.
Юки замер в нерешительности.
— Ты что творишь? — громко прошептал Носов.
— Он не нужен тебе, — отчетливо проговорила Маруся, глядя японцу прямо в глаза.
Тот послушно положил Ворона на стол.
— Теперь отдай мне свой Предмет.
Маруся не видела Носова, но чувствовала, как тот затаил дыхание.
Юки, глупо ухмыляясь, полез в карман и достал из него Змейку.
— Я все верну. Мне нужно на время… Отдай, пожалуйста.
Юки положил Змею рядом с Вороном.
Маруся сгребла все Предметы и быстро поднялась из-за стола.
— Я напишу тебе. Не обижайся, — Маруся погладила Юки по руке. — Сиди тут полчаса, потом свободен. Уходим, — приказала она уже Носову.
Такси мчалось в сторону аэропорта. Марусе было плохо: тело ломило, живот крутило, тошнило, и сильно разболелись глаза. Сразу три Предмета в кармане — это не шутка.
— Ты просто убиваешь меня! — Носова аж трясло от возмущения.
— Чем я тебя убиваю?
— Так нечестно! У нас был договор. И он выполнил
