Денис Кавченков - Обратная сторона жизни

Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397

Обменявшись никому не нужными и противоречащими друг другу знаками внимания, узники уставились вперед, но не на машущих жутким оружием сатиров, а себе на ноги. Двое же придурковатых поросят ходили туда-сюда, разбавляя жуткие вопли узников бараноподобного Низама звонким цоканьем копыт и отвратительным скрежетом мачете об холодный каменный пол. Их красные глазки внимательно всматривались в пленников, ожидая резкого движения, дабы пустить в ход зазубренное лезвие тусклого клинка, но люди понимали это, поэтому замерли, как оловянные солдатики, лишь изредка моргая и ожидая более вменяемых наблюдателей, например их третьего собрата.

Тем временем позади вновь послышалось боязливое, но звучное шлепанье босых ног, изрядно разбавляемое тусклым звяканьем поржавевших цепей, что означало следующую вереницу пленников. Любопытный Дима не стал поворачивать взлохмаченную голову, побоявшись ее лишиться, а просто дождался приближения ведущего узника, после чего скосил глаз, уже зная ответ.

Сопение еще одного мусульманина было настолько шумным, что даже следующий безумный вопль во второй раз потерявшего яйца парня не смог перебить громкий свист воздуха выходящего из мощных легких правоверного, ставшего по другую сторону от «Спящих». Чего он так дышал, этот смуглолицый человек — непонятно. Может каким-то образом отфильтровывал плотную вонь волосатыми ноздрями и втягивал уже горный воздух, а может думал, что задыхается, а перед смертью, как говорится — не надышишься. Это его дело и только, поэтому вмешиваться парень не собирался, ибо хватало своих забот.

Однако, чисто из любопытства, получше вглядевшись скошенным глазом, юноша понял, что этот пленник не похож на умирающего страдальца, а так дышит наверняка из-за кошмарной вони, по крайней мере, судя по гадливому выражению, созданному напряжением мимических мышц. В остальном серое в темноте лицо правоверного являлось настолько же умиротворенным, как и у смуглолицего собрата, видимо все-таки сбылся кусочек загробной жизни, обещанной Аллахом, правда гурий не хватало, но это дело поправимое. Осталось добраться до Небес через хорошую работу на рогатых хозяев, ну или, в крайнем случае, присутствовал вариант с полной цепью девок, где за гурий могут сойти, как минимум штук десять, вот только захотят ли они этого?

«Наверное нет… Загнанным девкам сейчас не до любовных утех, хотя бывают же еще сильней заводящиеся бабенки, когда нервничают или боятся, что их поймают на горячем… Как вариант здесь таких, хоть одна, но имеется… Идет такая, цепью гремит и представляет, как ее натягивают в темноте, пока сатиры, собакоголовый и Варгх не видят… Или натягивает один сатир, а его напарники не видят… Или натягивают все сатиры, а не видят люди… Тьфу ты… Чего только в голову не лезет… Хотя с другой стороны последние часы довольно нервные… Вот вернусь на бескрайние просторы Вселенной сгустком свободной энергии, буду рассказывать себе подобным, как на Земле друг друга в темноте натягивают, пока никто не видит, только показать не смогу… Не поймут… Даже, если картинки привезу — не поймут…», — Дима не удержался и еле-еле смешливо фыркнул, обратив внимание на быструю адаптацию к непрерывным воплям и кошмарному зрелищу с обеих сторон, а еще на встрепенувшиеся уши карликового садиста напротив.

— Так! — раздался вспыхнувший кровожадной надеждой гнусавый голос свиноподобного черта, обладающего отличным слухом. — Кому там весело? А-а-а? — услышавший «фырк» сатир не понял, кто его издал, ибо в тот момент показывал напарнику, как по-особенному умеет закручивать тусклый клинок. — Тебе животное?! — он вальяжно зацокал к только подошедшему, шумно-дышащему мусульманину, тут же потерявшему внешнее спокойствие. — Что смешного, скотина?! — кончик тусклого клинка аккуратно врезался в смуглый подбородок, немного прорезав серую во тьме кожу человека, случайно попавшего под раздачу чужих пряников. — Может еще хмыкнешь?! — мерзкое дыхание свиноподобного демона овевало лицо трясущегося мусульманина ветром сортирной части трущоб Камбоджи, слегка касаясь омертвевшего Дмитрия. — Я тебя спрашиваю! — клыкастый свин смотрел на высокого человека снизу-вверх, не смущаясь своего карликового роста, а капелька крови уже скатилась по зазубренному лезвию.

— Эт…Эт… Это… Не… Я… — заикаясь пробормотал правоверный, боясь сильно раскрывать рот, где разрезанная кожа уже срослась, кроме того места, куда оставался воткнутым кончик клинка.

— Не ты?! Верю!! — зло рявкнул низкорослый черт и опустил кошмарное лезвие, понимая, что наглая брехня в Аду редкое сокровище. — А кто? Не подскажешь?! — гнусавый голос карликового демона вгонял мусульманина в дрожь, а пальцы на жирной пятерне свина шевелились, словно ища за что ухватиться.

— Н-н-не… Зн… Знаю… — несчастный узник видимо не смел и предположить, кто смешливо хмыкнул, хотя по-любому думал на Диму, Такеши или Лкетинга, однако на сто процентов сказать не мог.

— Так-так-так… — пробормотал сатир, чувствующий истинную правду, и перевел взгляд на другого мусульманина, отчего-то пропустив среднюю цепь со «Спящими». — А может ты?! — на этот раз главным действующим лицом стала рука демона, крепко вцепившаяся в «бубенцы» несчастного правоверного, заставив того скривить лицо и честно-пречестно замотать головой, совершенно не обращая внимания на грязное животное, держащее его за яйца. — И снова не ты… Верю! Верю! — дважды кивнул озлобленный карликовый черт, и еще сильней сдавив причиндалы заскулившего бедолаги, отпустил жирную пятерню от волосатых «бубенцов», уставившись на похолодевшего Дмитрия.

— Значит ты… Только ты, самый юный и наглый «Спящий»! — голос злобного свина угрожающе понизился, а сзади слышались беспорядочные шаги и позвякивание женской цепи. — Чего же здесь смешного?! Расскажи мне, а?! — сатир крутанул свиной головой, указывая на окружающую действительность, где из радостного было только то, что все живы, да и то… — Как можно веселиться в таком месте!? — толстожопый демон подошел к нему впритык, коснувшись свиным пятаком солнечного сплетения и яростно посмотрел в лицо глазами, налитыми кровью даже в темноте.

От источаемого сатиром запаха, перебивающего даже коридорные миазмы, худощавого юношу передернуло, отчего он совсем не нарочно почесал поросячьи ноздри редкими волосинками, торчащими с груди. Красноглазый демон не ожидал подобной пакости от голожопого узника и сам того не желая, смачно чихнул, саданув зазубренным клинком об пол, то есть ознаменовав подход женского коллектива брызгами искр и яростным звоном железа, явно смахивающим на приветственные фанфары.

Ознакомительная версия. Доступно 60 страниц из 397