тепло там, поскольку его раны быстро заживали, как это обычно бывает в наши дни. У него было чувство, что если бы он не был нежитью, то был бы уже полностью мертв. За неимением других вариантов для разговора он спросил:
- Вы взорвали и другой мост?"
Алиша нахмурилась.
- Какой другой мост?
Где-то поблизости Хорст услышал, как заработал двигатель. Он поднялся на ноги с кошачьей грацией пьяного орангутанга и увидел, как старый грузовик с открытой платформой выезжает из фермерских построек и ждет с работающим двигателем на холостом ходу. Пожилой мужчина с академическим видом распахнул дверь и крикнул им:
- Не могли бы мы поторопиться, пожалуйста? Они переходят дорогу!
Быстрый взгляд показал истинность этого; в то время как мост был разрушен по двум из трех свай, оборотни собирались в кучу, чтобы пробраться по уцелевшим кускам разрушенного дерева и перепрыгнуть через проломы, в то время как зомби — с простительным видом многострадальца — пытались пересечь реку на манер армии муравьев. Из-за огромной численности и кровожадности тех, кто уже не имеет смысла жить, будучи мертвыми, они входили в реку и цеплялись друг за друга в попытке образовать мост, который был если не живым, то, по крайней мере, одушевленным. Были и такие, которых уносило течением, и они делали это медленно, колотя по воде и крутя ногами, как будто демонстрируя, как утонуть. Некоторые, наполовину скелеты и пробоины ниже любой ватерлинии, которую можно было нарисовать, исчезали из виду и шли по руслу реки, как по поверхности Луны. К несчастью, из-за плохих навигационных навыков это мало помогло им, и они с такой же вероятностью добрались бы до моря пешком, как и все остальное. Другие, по крайней мере, слегка раздутые газами разложения, покачивались на поверхности, как надувные пляжные игрушки, предназначенные для детей, которых хотят травмировать. Примеры тех, кто не смог присоединиться к мосту, можно было увидеть уплывающими с выражением тупого смущения на лицах, в то время как те, кто был включен в состав моста, оказались использованными в качестве понтонов, что было едва ли лучше. Какими бы неэффективными ни были их усилия, было ясно, что барьер, создаваемый рекой, будет преодолен в считанные минуты.
Поэтому Хорст и члены Общества Ди быстро сели в грузовик и покинули эту адскую сцену в густом облаке выхлопных газов, которое по совпадению заставило их всех подумать "карбюратор", хотя на самом деле они этого не произносили.
Хорст ехал сзади с молодым человеком, которого, как оказалось, звали Ричард.
- Что ж, - сказал Хорст, когда они подпрыгивали на платформе, рикошетя от металлических бортов, - это стильное путешествие.
Действительно, грузовик двигался с большим энтузиазмом, стремясь оказаться подальше от окрестностей замка, и рельсовая колея фермы во многом способствовала тому, что эта энергия перешла в вертикальное движение, когда они прокладывали себе путь к предполагаемой безопасности.
- Как ты думаешь, теперь с нами все будет в порядке? - спросил Ричард, очевидно, уже пресытившийся совместной угрозой оказаться в плохо управляемой машине с вампиром.
- Откровенно? - переспросил Хорст. - Понятия не имею. Я бы ничего не ставил выше Министерства. - Он оглянулся на замок, и то, что он увидел, мало развеяло его дурные предчувствия. - Mein Gott! Что они делают?"
Замок сиял. Не только окна, но и стены вокруг верхних этажей сооружения, башни и зубчатые стены, и даже где-то далеко в ночном небе пульсировали фиолетовым свечением, которое было почти невидимым, мерцающим на грани восприятия. Это был странно оживляющий эффект, как будто свет был в каком-то смысле живым и осознанным, и в сознании наблюдателя росло подозрение, что свечение не столько исходит от замка, сколько сидит на нем, как жуткая, призрачная жаба.
Ричард постучал по стеклу в задней части кабины грузовика.
- Профессор! Профессор! О, остановитесь! Смотрите!
Профессор услужливо остановился, одновременно нажав на педали тормоза и сцепления, отчего Хорста и Ричарда с неудобной инерцией отбросило к задней стенке кабины. Пока они распутывались, он распахнул дверцу со стороны водителя и высунулся, чтобы оглянуться на замок.
- Безумие! - воскликнул он. - Они бросились в какое-то грандиозное дело и при этом утроили опасность!
- Что это за штука? - спросил майор, высовываясь со своего борта. Алиша, сидевшая посередине скамейки, оглянулась через стекло.
Профессор покачал головой не столько в ответ, сколько в недоумении.
- Честно говоря, я не могу сказать. Они занимаются ритуалами, которые не практиковались веками или даже тысячелетиями. Ни один живой глаз не видел их, и не сохранилось никаких достоверных свидетельств о них. Но все, что я могу сказать, это просто посмотрите на этого ублюдка. Это дурное предзнаменование, разве ты не чувствуешь этого до мозга костей?
- Знаешь, - сказал Хорст непринужденным тоном, - они могли бы этого не сделать, если бы ты их не спровоцировал.
- О, хорошее замечание, - согласился профессор. - Вы, конечно, правы. Мы должны были просто оставить их завоевывать регион и отдать его смертных жителей в рабство или что похуже. Почему мы об этом не подумали? Так намного проще. Благодарю вас за то, что указали на это, милорд.
- Сарказм, - сказал Хорст.
- Да, - сказал профессор.
- Я так и думал, - сказал Хорст. - Мой брат часто пользуется этим. Я научился распознавать это.
Неземное сияние волнами переливалось через парапеты, и даже самые бесчувственные из них могли почувствовать какую-то ужасную зачаточную энергию, витающую в воздухе, и где-то внутри нее - определенную эмоцию.
- Это чувство. … радость, - сказал Ричард. - Какая-то ужасная радость.
- Я хотел сказать "Ликование", - сказал майор. - Думаю, этот раунд мы проиграли. - Он выбрался наружу и обошел машину со стороны водителя. - Отодвиньтесь, профессор. Я поведу.
Слегка поворчав, профессор подчинился. Когда майор сел за руль, Хорст почувствовал острую боль в подушечках больших пальцев, которая заставила его задохнуться, в отличие, например, от удара по лицу, нанесенного головорезом-оборотнем. На каждом большом пальце выступили капли крови, резко контрастирующие с его бледной кожей. Боль быстро прошла, сменившись мертвящим онемением, а большой палец левой руки начал спазматически подергиваться. Он недоверчиво посмотрел на них, затем услышал за спиной прочувствованное ругательство. Он оглянулся через плечо и увидел, что профессор тоже смотрит на капли крови на больших пальцах Хорста, но там, где Хорст был ошеломлен, профессор был в ужасе.
- Веди, парень! Веди! - рявкнул он майору. - Сюда приближается что-то ужасное! - Он посмотрел на Хорста. - Тебе не показалось,
