Здесь было с полдюжины человек в окружении компьютеров и телефонов, когда Мэлори добралась до третьего этажа Вестника, где находился офис Флинна. Она увидела его сразу, так как стены его кабинета были стеклянными.
Он вышагивал взад и вперед перед столом, перебрасывал яркую серебристую пружинку Слинки из одной руки в другую, и, казалось, был занят беседой с самим собой.
Она поразилась, как он может работать в такой обстановке. Никакой уединенности, постоянно на виду. И непрекращающийся шум. Со всеми этими кликами, звонками, разговорами и сигналами она бы просто сошла с ума, пытаясь сформулировать одну единственную творческую мысль.
Мэлори так и не поняла, с кем он разговаривает. Она не нашла никого, кто бы выглядел как личный секретарь или ассистент. И не смотря на ретро-игрушку в руках Флинна, она внезапно поняла, что он очень занятой человек. И важный человек. Не тот человек, к которому можно заявиться без предупреждения.
Пока она стояла в нерешительности, Флинн сел на угол своего стола, снова и снова переливая Слинки из одной руки в другую. Его волосы были взъерошены, как будто прежде чем взяться за игрушку, он не раз запускал в них пальцы.
На нем была темно-зеленая рубашка, заправленная в брюки цвета хаки, и, вероятно, самые древние спортивные кеды, какие она только видела.
Она почувствовала легкий трепет у себя в животе и беспомощный глухой удар где-то у самого сердца.
Нет ничего плохого в том, что он ей нравится, допустила Мэлори. Но позволить этому перерасти во что-то более серьезное, тем более так быстро… Это не только разумно, но и не безопасно. Это даже не…
Тут он посмотрел сквозь стекло, их глаза встретились на одно короткое мгновение, и он улыбнулся. Трепет стал отчетливее.
Одно движение запястьем, и Слинки плотными звеньями собралась в его руке, другой рукой он пригласил ее к себе.
Она стала пробираться сквозь нагромождение столов и назойливый шум. Остановившись у открытой двери офиса, она с облегчением увидела, что он говорил не сам с собой, а по громкой связи.
По привычке она закрыла за собой дверь, потом посмотрела в направлении героического храпа и увидела Мо, развалившегося пузом к верху между двумя шкафами с подшивками.
Ну что можно сделать с человеком, который берет с собой на работу большого, неуклюжего пса? Более того, как можно устоять перед подобным мужчиной?
Флинн поднял палец в знак того, что просит подождать минутку, так что у нее было время изучить его рабочее пространство. Большую часть стены занимала огромная пробковая доска, вся увешанная различными заметками, статьями, фотографиями и бумажками с телефонными номерами. У нее просто руки чесались навести порядок в этом хаосе, а также разгрести свалку на его столе.
Полки были полны самых различных книг, а так же медицинских и юридических журналов. Здесь были телефонные справочники Пенсильвании, сборники знаменитых цитат, книги о музыке и кино.
Вдобавок к Слинки, у него были Йо-йо и собрание воинственных фигурок. Несколько почетных грамот и наград — газете или персонально Флинну — были свалены в кучу, как будто он не нашел, куда их повесить. Она бы тоже не знала, куда их повесить, с учетом того, что та небольшая поверхность стен, что он имел в распоряжении, была занята доской и не уступающим ей по размеру настенным календарем на сентябрь.
Она обернулась, когда он закончил разговор. И отступила назад, когда он сделал шаг в ее сторону.
Он остановился.
— Проблемы?
— Нет. Может быть. Да.
— Выкладывай.
— Я почувствовала трепет в животе, когда увидела тебя здесь.
— Спасибо, — сказал он с широкой улыбкой.
— Нет. Нет. Я не знаю, готова ли я к этому. У меня и без того забот достаточно. И я пришла сюда говорить не об этом, но вот — я уже отвлеклась.
— Задержи эту мысль, — сказал он ей, когда его телефон снова подал голос. — Хеннесси. Угу. Угу. Когда? Нет, никаких проблем, — продолжил он, нацарапав что-то на листке бумаги. — Я позабочусь об этом.
Он повесил трубку и отключил телефон.
— Это единственный способ убить эту скотину. Расскажи мне еще про этот трепет.
— Нет. Я не знаю, зачем сказала тебе об этом в первую очередь. Я здесь насчет Джордана Хоука.
— Что насчет него?
— Он купил картину в Галерее около пяти лет назад…
— Картину? А мы говорим об одном и том же Джордане Хоуке?
— Да. На картине изображен молодой Артур, вытаскивающий меч из камня. Я думаю, я почти уверена, это тот же художник, что и у наших картин. Мне необходимо увидеть ее снова. Это было несколько лет назад, и я должна быть уверена, что правильно помню детали, а не выдумываю их по собственному желанию.
— Если ты права, это чертовски большое совпадение.
— Если я права, это вообще не совпадение. Это было определено изначально. Все это. Ты можешь с ним связаться?
Обдумывая возможности, Флинн снова взял в руки Слинки.
— Да. Если он путешествует, это может занять некоторое время, но я разыщу его. Я не знал, что Джордан бывал в Галерее.
— Его имени нет в списке наших клиентов, так что, скорее всего, это было одноразовое посещение. По мне, так это только подтверждает неслучайность происходящего.
Ее голос стал взволнованным.
— Флинн, я почти купила ее сама. Тогда это не вписывалось в мой бюджет, но я была готова на все, чтобы найти деньги на покупку. Ее продали тем утром, когда я собиралась идти к Джеймсу, чтобы просить его продать мне эту картину в кредит. Это не может быть простым совпадением.
— Я свяжусь с Джорданом. Хотя я бы предположил, что он купил ее для кого-то. Он не любит окружать себя вещами, в отличие от Брэда. Он предпочитает путешествовать налегке и сводит сборы к минимуму.
— Мне нужно снова увидеть картину.
— Я понял. Я разузнаю, что смогу сделать, и сообщу тебе сегодня за ужином.
— Нет, это плохая идея. Это очень плохая идея.
— Ужин — плохая идея? Люди поддерживали правило ежевечернего поглощения пищи на протяжении всей истории. Это задокументировано.
— Наш совместный ужин — плохая идея. Мне нужно замедлить события.
Он отложил в сторону игрушку, подошел к ней вплотную, обхватил ее руку, не позволяя увеличить расстояние между ними, и рывком притянул ее к себе.
— А кто-то тебя гонит?
— Скорее что-то. — Она почувствовала бешеный темп собственного пульса — в запястьях, в горле, даже в неожиданно слабых коленях. Было что-то от холодного расчета в его глазах, что-то такое, что напомнило ей о том, что он обычно думает на два-три шага вперед. — Слушай, это моя проблема, не твоя, и… Стоп, — прервала его она, когда его свободная рука оказалась на ее спине. — Это не очень удачное место для…
