Ирина Мельникова - Невеста по наследству

Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 107

Они подошли к столу. Сергей сдвинул образцы в сторону и присел на край стола.

— Все шурфы показывают одно и то же. Нет никакого сомнения — мы вышли на эту жилу, дорогая! Мы нашли ее! Представляешь, пробили десять шурфов, это более двух верст с запада на восток, и везде мощный кварцевый слой, который буквально пропитан золотом.

— Ну что, племянница, когда будем пить шампанское? — раздался за их спинами веселый голос Равиля. — Где твоя заветная бутылочка? Думаю, у нас есть все основания обмыть завершение работ!

— А я думала, дядя Равиль, вы забыли о ней?

— Ну, уж нет! — Равиль развел руками. — Правда, сейчас у меня самое большое желание скорее помыться и переодеться в чистое. — Он отошел от стола, а Настя повернулась к Сергею. Муж успел снять ружье, патронташ, расстегнул фуфайку и, сняв накомарник, подставил лицо прохладному ветерку.

Заметив, что Настя смотрит на него, улыбнулся, обнял ее за плечи и привлек к себе.

— Как я благодарен тебе за то, что вытащила меня в тайгу. У меня здесь душа точно очистилась и, кажется, последний камень с сердца свалился.

— Ну, слава богу, — рассмеялась Настя, — наконец-то я знаю о тебе все! — Она прикоснулась мизинцем к его усам и прошептала:

— Почему бы их не оставить? Они так идут тебе!

— Увы, Настенька! Ничего не получится! В нашей семье испокон веку заведено, что усы мужчина имеет право завести лишь после тридцати двух лет. Так что еще годик придется потерпеть!

— Ничего, я терпеливая, дождусь и твоих усов,

— Терпеливая и настойчивая. — Сергей быстро поцеловал ее. — Впервые в жизни я встретил женщину, которая с таким упорством идет к цели.

— Я просто должна была сделать это, — тихо сказала Настя и подняла взгляд на дальние сопки, залитые расплавленным закатным золотом.

— Наверное, папа тоже видел и эту тайгу, и эти горы, — она сглотнула комок, вставший в горле. — Он когда-то сказал мне, что во всей прославленной Аляске нет столько золота, сколько в нашей Енисейской тайге. Если разумно распорядиться этими богатствами и заняться промышленной разработкой, а не придерживаться прежних кустарных способов, когда вся добыча держится на старательских артелях, то Сибири по силам перегнать даже Трансвааль, а вложенный капитал принесет огромные прибыли…

— Настя, как ты назовешь прииск, именем отца?

— Нет, Сережа, я много думала над этим и решила назвать его «Отчаянным». Ведь только самое что ни есть отчаянное счастье помогло нам отыскать это месторождение. — Она помолчала некоторое время и задумчиво произнесла:

— Свой долг перед отцом я выполнила. Думаю, где-то в конце апреля я выполню свой долг и перед своим мужем.

— Настя, дорогая, — прошептал Сергей потрясенно, — если я правильно понял?..

— Ты исключительно понятливый муж, Сережа, — рассмеялась Настя, — понимаешь все с полуслова. Да, на следующее лето тебе придется отправиться в тайгу без меня. А я займусь воспитанием нашего сына, которого, если не возражаешь, я хотела бы назвать Костей в честь папы.

— Конечно, не возражаю, — улыбнулся Сергей, — похоже, мы будем сегодня пить шампанское не только за счастливое будущее прииска «Отчаянный», но и за нашего сына, — он обнял жену и заглянул ей в глаза. — Жаль, что будущие бабушка и дедушка слишком заняты своими проблемами и не смогут приехать порадоваться вместе с нами. Теперь у них хлопот полон рот! Молодцы они у нас, правда? Постарались на славу! Бывает же такое: сразу и сын, и дочь! — Сергей склонился к Настиному уху и прошептал:

— Неужто мы позволим им обогнать нас?

— Ни за что и никогда! — рассмеялась Настя и тоже обняла мужа.

Прошли годы. Безжалостные ветры перемен разбросали детей и внуков графов Ратмановых по всему свету. Теперь их потомки живут не только в России, но и в Канаде, Аргентине, Франции, Великобритании и даже в Южной Африке… А в далекой Сибири до сих пор дает золото рудник «Отчаянный».

В поселковой школе, которая располагается в бывшем графском доме, есть маленький музей, рассказывающий об истории прииска. И в нем на самом видном месте, напротив входа, висят живописные портреты двух молодых и очень красивых людей — Анастасии и Сергея Ратмановых.

Январь — март 1998 года г. Абакан

Эстергази — майор Генштаба французской армии, шпионивший в пользу Германии. Вместо него был обвинен и осужден в 1895 году за шпионаж капитан Дрейфус, еврей по национальности. Дело Дрейфуса получило большой общественный резонанс.

Трансвааль — сейчас Южно-Африканская Республика, жители которой, буры (африканеры), вели освободительную войну (1899-1902) против англичан.

Лестригон — великан-людоед из поэмы Гомера «Одиссея».

Унция = 29, 860 грамма.

«Боже мой, боже мой! Для чего ты оставил меня?» (др-еврейск.).

То есть глухарка.

Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 107