оплетают мою талию.
— Ты делаешь меня счастливой, — произношу я. — И я так сильно люблю тебя. Конечно, я бы согласилась.
— Моя малышка, — бормочет он и целует так, как умеет только мой жених — нежно и проникновенно. Так чувственно, что у меня дрожат колени.
Эпилог
Я едва ли помню день нашей свадьбы. Он пролетел, как счастливое, сумасшедшее мгновение и как мираж. Мне каждый раз приходится напоминать себе, что это был не сон. В этом мне помогают снимки с роскошной фотосессии в Индонезии, куда мы полетели сразу после торжества, и где сделали самые безумные, но очень трогательные фотографии в наших свадебных нарядах.
Оля была подружкой невесты и ответственно подошла к своей задаче. Ради смеха друг Сергея, Максим, украл у меня туфлю, а Оля потом за нее торговалась так, что Максу чуть не пришлось доплатить моей свидетельнице, чтобы только она уже забрала туфлю.
Спустя месяц на приеме у гинеколога я узнала, что беременна. А спустя еще три нас с Сережей шокировали, что у нас будет двойня.
Сегодня я наконец вышла в декрет. Скорее по настоянию мужа, чем по велению души. Но он прав, мне нужно больше отдыхать.
— Ир! — слышу голос от калитки, и поворачиваю голову.
Смотрю на то, как ко мне торопится Оля, держа под мышкой какую-то коробку.
— Что это у тебя? — спрашиваю.
— Купила на распродаже маленькие табуреточки. Дети на таких зубы чистят.
— Оль, — смеюсь. — Я еще даже не родила, а ты уже хочешь, чтобы они чистили несуществующие зубы?
— Знаешь, ты даже глазом моргнуть не успеешь, как мои внуки уже скажут первое слово.
Я закатываю глаза, а потом улыбаюсь.
— Спасибо.
Оля ставит коробку на деревянный настил террасы в нашем с Сережей доме и садится в соседнее садовое кресло.
— Это все, что ты ела? — спрашивает, кивая на пустую упаковку из-под чипсов.
— Так вредности захотелось, — поглаживаю живот. — Аж скулы сводило.
— Ты не голодная? Может, что-то приготовить?
— Лина Марковна тебя опередила, — смеюсь.
Моя нынешняя свекровь, как и бывшая, ведут себя, словно наседки. Кружат надо мной, следят, чтобы я ела и вовремя ложилась спать. Мама Сережи даже предлагала до родов пожить у нас, но муж запретил ей. Сказал, что она меня залюбит до смерти, пока рожу, а потом я не захочу возвращаться из роддома.
— Накормила уже? — хмыкает Оля.
— Ага. Окрошку приготовила, я наелась от пуза. Ты лучше скажи, что там Стас.
— Ой, не спрашивай, — качает головой бывшая свекровь. — С очередной работы выгнали.
— За что?
— За… не знаю, как это назвать. Неблагонадежность. Что-то там кому-то сказал. Или эта профурсетка его новая где-то проговорилась. В общем, это оказалось какой-то коммерческой тайной. Не будет с него толку, — вздыхает Оля, а я глажу ее руку.
Мне совершенно не жаль моего бывшего мужа. Он сам выбрал этот путь.
После того, как я его послала, он совсем сорвался с катушек. Девушек менял, как перчатки. Оля говорит, что каждая следующая оказывалась хуже предыдущей. Дошло даже до какой-то дамы с низкой социальной ответственностью. Но это Оля так думает, сам Стас такого ей не говорил.
Бизнес Стаса, о котором он говорил, вроде начался неплохо, а потом он совсем прогорел. Сначала он впустил туда одну из своих девок, и она вытеснила самого Станислава из этого дела. Оставила его с голым задом. Потом он начал устраиваться наемным работником, но постоянно творил какую-то дичь, и его увольняли.
Оля поддерживает с ним связь, но не впускает его ни к себе домой, ни на дачу. Она говорит, что он прогуляет последнее, что у нее осталось.
После того, как вышла замуж за Николая Федоровича, переехала к нему, а свою квартиру сдала. Летом они живут на ее даче, а зимой — в городе.
Думаю, Оля финансово помогает сыну, но без фанатзима. Все же у нее есть здравый рассудок, и она все еще не теряет надежды, что Стас рано или поздно возьмется за ум.
Теперь, когда она рассказывает о нем, я чувствую, будто говорит о незнакомом мне человеке. Словно Станислав никогда не был моим мужем. Никогда я не признавалась ему в любви и не крахмалила воротнички его рубашек.
— Печально, — отзываюсь на слова Оли.
— Это карма, моя дорогая, — качает головой бывшая свекровь. — Она кого угодно настигнет. Кстати, я тут вчера вечером гадала… — начинает она, а я смеюсь и делаю глоток апельсинового сока, приготовившись слушать очередной прогноз бывшей свекрови, который ей выдали карты таро.
Вот так мы теперь и живем. Готовимся к рождению наших с Сережей деток. Страшно до трясучки, конечно. Мне-то уже не двадцать. Но моя врач уверяет, что я абсолютно здорова, так что бояться нечего.
Сергей по-прежнему один из самых крутых адвокатов в городе. Но после свадьбы выстроил график так, чтобы уменьшить свою занятость и больше времени проводить со мной.
Нас постоянно кто-то навещает. То мои родители приезжают, то Оля приходит, то мама Сережи.
И мы точно знаем, что если в будущем нам нужно будет время для двоих, нам всегда будет с кем оставить детей. А как иначе? У них же целых три бабушки, готовых выручить и помочь.
— Ириш, ты здесь? — слышу голос Сережи из дома и оборачиваюсь, когда Оля заканчивает свой новый прогноз.
— Мы на террасе.
— О, привет, Оль, — здоровается мой муж. Прямо в костюме присаживается на корточки у моего кресла и сначала целует меня, а потом — живот. — И вам привет, мои родные, — ласково произносит он.
— Ты рановато, — говорю мужу.
— Так получилось. Кстати, я купил детям бассейн с шариками. Макс говорит, его сын от такого тащится.
— Бассейн, табуретки для чистки зубов, — перечисляю я. — Хоть кто-то догадается купить подгузники, например?
Через два месяца на свет появляются Алина Сергеевна и Марк Сергеевич. Наши сладкие булочки. Любимые бусинки.
Конечно, к тому времени в доме появляются и подгузники, и бутылочки, и куча навороченных гаджетов, потому что в последний месяц беременности нас с будущим молодым отцом было не остановить. Мы скупали все, что видели.
Из роддома Сережа забирает нас сам по моей просьбе. А еще запрещает родственникам появляться у нас целый месяц. Это только наше время с малышами. Им надо окрепнуть, а нам — насладиться первыми днями родительства.
Молодые бабушки, конечно, рвутся в бой, но мы остужаем их пыл, каждый день отправляя видео с малышами. Так нам удается сдержать их порыв.
Перед сном я лежу на кровати рядом со своими детками и
