возмущенно ахает Костикова мадам. – Ты знаешь, сколько я в него вбухала! Сначала снимала свои кувыркания, скрытой камерой! Потом лицо меняла!
– Ев, а зачем? – мне противно.
И, кажется, я не могу скрыть гримасы отвращения.
– Неужели ты не чувствовала, что я к тебе абсолютно равнодушен, – пожимаю плечами. – Я же однолюб. Я Лиску свою любил, люблю и буду любить. Всегда. Всю жизнь, а ты…
– Да мне на фиг не сдалась твоя любовь! – чуть не выплевывает мне в лицо эта пьяная дрянь. – Мне от тебя достаточно было бы только денег!
– Ну и денег же не получила, – хмыкаю, не понимая.
– От тебя да, – тянет разочарованно, – от тебя не получила, но! – она восторженно вскидывает палец. – Появился Костик!
– Бедный Костик, – вздыхаю я.
– Не-ет! – ухмыляется эта стерва, касаясь своими наманикюренными когтями моей груди. – Костик богатый!
И довольно покачивая бедрами, удаляется.
А я стою как оглушенный.
Боже, да я и не рассматривал это существо, как женщину, а она… Она, получается, мне жизнь испортила!
Шумно вздыхаю, тру лицо, пытаясь оттереть от себя даже воспоминания об этой дряни, резко оборачиваюсь и…
Лиска…
.
Глава 20
Смотрит на меня растерянно, глазками часто-часто хлопает.
– Лис, – боже, ну что она сейчас подумает?
Ну нет! Только не это! Нет!
– Алис, я… – и слова застревают в горле.
– Любил, любишь и будешь любить? – тихо повторяет она. – Меня? Не Машку.
– Нет! Машку тоже! Навсегда! – таращу глаза. – Безоговорочно!
– Стас, – тихо смеется Алиска и все же не удерживает слезы.
– Лиса, – шагаю к ней, ловлю ее лицо в ладони, грозя испортить все старания жеманного мужчинки номер два. – Лис, ты выйдешь за меня?
– Стас, я…
Ба-бах!!!
Черт!
Мандарины!
Гувернеры!
Два!
Нет! Три!
Да блин!
Да пофиг!
– Мужики, снаряды подвезли, – орет уже веселый Леха, подхватывая оранжевый шарик.
И первый фрукт летит в кучку испуганно замерших детей.
– Леха! Псих! Они же сейчас…
И я не успеваю…
Они ответили!
С диким гвалтом толпа малолеток влетает в кучу рассыпанных мандаринов и с визгом, гиканьем и топотом принимается швыряться во взрослых!
– Стоп! – ору я. – Отставить! Стоять!
И тут я слышу громкий свист, от которого чуть не лопаются бокалы.
О! Папаша Фомичев! Вот, что значит опыт!
– Все оделись и на улицу! – рявкает хорошо поставленным басом он. – Кто не вышел за пятнадцать минут, автоматически считается побежденным!
И…
И как же хорошо, что мы купили десять вечерних платьев!
Няньки в ужасе полетели за одеждой.
Мамочки с тем же выражением лица помчались подальше от входа.
А папаши…
Ну…
Нет, в этой тусовке есть те, у кого дети или выросли, или еще не родились…
Но я вам скажу, что и некоторые из них уже выскочили! Петренков вон ложку из мороженицы аж утащил – снежки лепить.
– Алиса, – беру я ее за плечи, – ты понимаешь, как хозяин дома я просто обязан!
Крепко целую любимую в губы!
Наконец-то! В губы! Горячие, нежные, манящие!
И я к ним обязательно вернусь! Сегодня же!
Только…
– Отцы выстраиваются вдоль бассейна! – отдаю команду и, забив на смену обуви, вылетаю во двор через веранду.
Три гектара – это три гектара…
На десять минут снега хватит!
.
Глава 21
– Согласны ли вы…
Нудно читает регистраторша…
Блин! Выездная регистрация, заснеженное шале… Красиво, но я бы лучше быстрее в тепло ушел! Хотя… Мы же в горнолыжке…
– Согласен, согласен, – киваю быстрее, чем тетка заканчивает.
Она смотрит на меня строго, переводит взгляд на Лису.
– Согласны ли вы…
– Она тоже согласна! – отвечаю за свою будущую я.
– Я должна услышать невесту! – злится тетка.
– Да согласна она, согласна! – вторит мне снизу тонкий голосок. – Ей его Дед Мороз подарил!
Машка!
Нахожу ее взгляд, улыбаюсь!
И так сразу тепло на душе!
Моя Машка!
И моя Лиска.
– Большинство голосует “за”, – я нагло смотрю на регистраторшу.
Алиса шумно вздыхает, укоризненно смотрит на меня, на дочь…
– И как вы думаете, есть ли у меня выбор? – качает головой она. – Конечно, согласна!
Регистраторша недовольно поджимает губы.
– Объявляю вас, – начинает, делает паузу, испытующе смотрит на меня. – Мужем… – снова пауза, а я не выдерживаю и чуть не смеюсь от счастья. – И женой! – хлопает она папкой, что держит в руках.
– Можете поцеловать невесту!
Я притягиваю к себе мое сокровище в белом комбинезоне, впиваюсь в ее губы! Счастье! Мое счастье! Любовь моя! Волшебство мое!
– Ура!!! – вопят откуда-то снизу почему-то три голоса.
А! Фомичевы. Трындец застолью! Ну и фиг с ним…
– Ура! – вторю я мелюзге и подхватываю Лиску на руки.
– Дедушка Мороз подарил папу мне и мужа маме! – орет на весь склон Машунька. – Он был настоящий! Папа, он был настоящий!
А я прижимаю к себе свою любимую, нежно смотрю на дочь…
Настоящее волшебство. Вот такой вот подгон от Деда Мороза! Больше тридцати лет копил мой подарок, старый засранец! И вот выдал, всю порцию разом! Мне! Моих девочек!
– Лис, – обращаюсь к жене тихонько, – а роди мне мальчика?
– Ага, – в ужасе округлив глаза, хмыкает она. – Сразу двоих.
Я бросаю оценивающий взгляд на близнецов…
– Не… – морщусь. – Двоих опасно! Хотя! – воодушевленно смотрю на жену. – Будет же большая разница в возрасте!
.
Эпилог
Примерно через одиннадцать месяцев в семье Ржевских действительно родились близнецы. Девочки. Папа был безумно счастлив, но от идеи родить мальчика не отказался.
Декабрь 2024 года
