Лена действительно была особенной. Не такой, как все те женщины, которых я встречал раньше. В ней не было ни капли фальши, ни грамма корысти. Она была как свежий глоток воздуха в душном мире лицемерия и лжи.
Именно поэтому я не собирался ее отпускать. Я был готов ждать, сколько потребуется. Готов доказывать ей свои чувства. Готов завоевывать ее сердце, раз за разом.
Я встал с кровати и подошел к двери ванной комнаты.
– Лена, – позвал я. – Все в порядке?
– Да, – ответила она из-за двери. – Просто… дай мне немного времени.
– Хорошо, – сказал я. – Я буду ждать. Сколько потребуется, – и сейчас я говорил не про сборы на работу, а про наши отношения в принципе.
Я отошел от двери и направился на кухню. Нужно было приготовить завтрак.
Пока я заваривал кофе, меня осенило: а может, стоит рассказать тете Маше правду? Объяснить, что мы с Леной просто друзья, разыгравшие спектакль ради ее спокойствия?
Но тут же я отмел эту идею. Во-первых, тетя Маша сильно расстроится. А мне не хотелось причинять ей боль. Во-вторых… В глубине души я надеялся, что наш спектакль перерастет во что-то большее. Может быть, даже в ту самую любовь, о которой так мечтает моя тетушка.
Поэтому я решил продолжить игру. Но на этот раз я буду играть по своим правилам.
С этими мыслями я закончил готовить завтрак. Кофе и тосты, это то, на что хватило моей фантазии. Оставалось только дождаться, когда Лена выйдет из ванной. И я был уверен, что когда она выйдет, я буду готов ко всему. Даже к тому, что она закатит мне громкую истерику и потребует немедленно прекратить этот фарс. Я был готов ко всему, кроме одного – потерять ее.
– Я готова, – произнесла девушка, появившись в дверях кухни полностью одетая и готовая идти на работу.
– Хорошо, дай мне пять минут, – я сперва хотел поговорить, попытаться успокоить ее, но затем решил, что пусть все будет как будет, а сближаться лучше постепенно.
Глава 17.
После того памятного утра, когда Андрей вывалил на меня признание, что я ему нравлюсь, прошло около двух недель. Две долгих недели, наполненных неловкими взглядами, случайными прикосновениями и тягостным молчанием.
Мы по-прежнему изображали влюбленную парочку. Ходили вместе на работу, обедалиу него в кабинете, иногда ужинали в дорогих ресторанах, но большую часть времени конечно проводили у него в квартире. Вместе.
Все как положено у новоиспеченных жениха и невест. Андрей даже поговорил с тетей Машей и робко попросил ее не торопить их со свадьбой. Он сказал, что мы еще не готовы к такому ответственному шагу и нуждаются во времени, чтобы лучше узнать друг друга. Тетя Маша, хоть и с некоторым сожалением, согласилась дать нам передышку.
Но, несмотря на внешнюю идиллию, внутри меня бушевал настоящий ураган. Я не могла выбросить из головы его слова о том, что я ему нравлюсь. После этого признания я ждала. Ждала чего-то этакого. Что он начнет заигрывать со мной, склонять к чему-то большему. Продолжит наш незавершенный разговор. Но Андрей вел себя так, словно ничего и не было. Будто то утреннее откровение – всего лишь плод моего воображения.
Он был вежлив, внимателен, даже заботлив. Но не более того. Никаких намеков, никаких попыток сблизиться. Ничего.
И я решила, что он передумал. Что, увидев мою дурацкую реакцию на его признание, он решил, что такая дурочка ему не нужна. Что он просто пожалел о своих словах и теперь старается всеми силами замять эту неловкость.
Эта мысль терзала меня, как назойливая муха. Я становилась раздражительной, рассеянной, постоянно копалась в себе, ища причины его внезапной перемены.
"Ну конечно, – говорила я себе, глядя в зеркало. – Кому ты вообще можешь понравиться? Ты же самая обычная, ничем не примечательная девушка. Слишком наивная, слишком эмоциональная, слишком… настоящая".
В конце концов, я устала от этих самокопаний и решила взять ситуацию в свои руки. Хватит ждать у моря погоды! Нужно расставить все точки над "i" и выяснить, что происходит на самом деле.
Однажды вечером, после работы, когда мы ужинали в его квартире, я набралась смелости и заговорила.
– Андрей, – сказала я, стараясь говорить как можно спокойнее, – нам нужно поговорить.
– О чем? – спросил он, отрываясь от тарелки.
– О нашем… соглашении, – ответила я.
– О каком соглашении? – нахмурился он.
– О нашем договоре изображать влюбленную пару, – пояснила я. – Мы ведь не обсуждали его сроки действия.
– А, об этом, – протянул Андрей. – Ну, я думал, что мы просто будем играть эту роль до тех пор, пока тетя Маша не успокоится и не перестанет меня доставать.
– И все? – спросила я.
– А что ты предлагаешь? – поинтересовался он, внимательно глядя на меня.
Я почувствовала, что щеки начинают предательски краснеть.
– Я предлагаю обсудить условия, – сказала я. – Если точнее сроки.
– А что со сроками? – Андрей явно напрягся.
– Ну я же не могу все время изображать твою невесту, – я пожала плечами. – У меня в конце концов есть своя личная жизнь, – я смотрела в тарелку, пытаясь изобразить некий налет безразличия. Просто если бы я подняла глаза, то Андрей увидел бы, что о безразличии нет и речи. Что я вся дрожу от страха в ожидании его ответа.
– В смысле? – мужчина смотрел на меня. Я чувствовала это на интуитивном уровне. – У тебя кто-то появился?
– Нет, но… – замялась я, не зная, как закончить фразу. Хотелось сказать, что и не появится, если я буду продолжать играть роль его невесты, но гордость не позволяла выдать, насколько мне важен этот "контракт".
– Но что? – Андрей настаивал, его глаза прожигали меня насквозь.
Я подняла глаза, встретившись с его внимательным взглядом. Он ждал. Ждал, когда я откроюсь, когда признаюсь в своих чувствах. Но я не могла. Я слишком боялась быть отвергнутой, боялась разрушить хрупкое равновесие, которое установилось между нами за последние недели.
– Но я не могу вечно быть твоей фальшивой невестой, – выпалила я, стараясь придать своему голосу как можно более холодный и отстраненный тон. – У меня есть работа, друзья, увлечения. Я не могу все свое время посвящать тебе и твоей тете.
