преобразиться? — с улыбкой проговорил брат.
— Ты просто постоянно головой крутил, а ту, кто была рядом, не замечал. Такое часто бывает. Надеюсь, ты не заставишь её страдать? Не бросишь, после одной ночи, как ты это делаешь? — глядя в упор на Тёму, спросила я. Потому что за Милу я искренне волновалась.
— Если ты думаешь, что я с ней уже переспал, то ты ошиблась. Мы с ней ночью гуляли по городу. Тут оказывается столько интересных достопримечательностей. Не говоря уже про то, как красив наш город ночью.
— Ага, а если ещё и компания правильная, — хмыкнула я.
— Ну да… В общем, мы с Милой до утра погуляли, а потом к тебе поехали, но тебя ещё дома не было. Я звонил твоему коллеге, и он сказал, что ты ничего не помнишь, и лучше тебе обо всём рассказать после работы, потому как он не успел.
Ага. Значит, за завтраком он хотел мне про это всё рассказать, а я сбежала. Да уж. Завтра обязательно его поблагодарю.
— И знаешь, нормальный мужик такой. Этот твой доктор.
— Он не мой, Тём…
— А глаза отводишь. Понравился?
— Тём, давай не будем об этом? Хорошо?
— Хорошо… Но, если что, я постараюсь помочь, чем смогу. — Подмигнув, проговорил брат и широко улыбнулся.
— Спасибо! Подкинешь до дома?
— Обижаешь! Конечно! И это даже не обсуждается.
Ночью я смогла поспать от силы часа три. В голове вертелся ворох вопросов, на которые я так и не смогла найти ответы. А ещё… Кажется, Алексей Сергеевич зацепил меня куда сильнее, чем я думала.
Алексей
Столкнувшись с Элей в дверях, я понял, что она сильно волнуется из-за утра… В общем, перегнул палку. Не надо было шутить и лезть к ней с поцелуем… Нет, о последнем я не жалею, но надо было сразу ей всё рассказать, как и почему она оказалась у меня. Вздохнув, бросил ещё один взгляд в окно моего кабинета. Тут дверь открылась, и в кабинет, покачивая бёдрами и с соблазнительной улыбкой на губах, вошла моя медсестра.
— Добрый день, Лёша!
— Добрый, Валерия Тимофеевна. И я, кажется, ещё вчера предупредил, что наш поход в клуб ничего не значит, к тому же, не припомню, когда мы перешли с вами с формального общения на неформальное.
— Да? — хлопнув глазами с опахалами, проговорила Валерия и вот её взгляд мне не понравился. — А с Элей, значит, вы уже не только на неформальное обращение перешли, но и на горизонтальные отношения?
— Валерия Тимофеевна, моя личная жизнь вас никоим образом не касается. Это раз!
— А два, у меня есть фото вас с Эльмирой на руках, которые я могу передать Арсену Вазгеновичу, что вы тогда будете делать? — хмыкнув, спросила Валерия.
— Ничего. Потому что я помог Эльмире Вячеславовне вчера и не более того. И отчитываться перед вами, я точно не буду. В любом случае у меня есть свидетели, которых я могу привлечь в случае, если вы решите показать руководству свои фотографии. Поэтому если не хотите сесть в лужу, то советую хорошенько подумать перед тем, как бежать и стучать руководству.
Тут в дверь раздался стук, и зашла Эля, неся карту первого на сегодня пациента, выполняя, между прочим, работу моей медсестры. Посмотрел на Валерию, которая всё ещё не переоделась в рабочую форму и, поблагодарив Элю, позвал первого пациента. Тут, наконец, до Валерии дошло, что она не форме и та, выхватив из шкафа свою форму, рванула в перевязочную. Да уж…
Первым на сегодня был парень, пострадавший в аварии, но после того, как его прооперировали в нашей же клинике, он решил, что на перевязки сможет добираться и из дома, потому что живёт рядом. Ничего криминального. Кроме того, что кто-то, видимо, вместо того, чтобы беречь ногу, и не мочить шов до заживления всё сделал с точностью наоборот.
— На что жалуемся? — задал привычный вопрос, отметив, что парень не может нормально усидеть на стуле.
— Доктор, нога в области шва стала болеть и чувство распирания появилось…
Я уже прикинул, что меня, вероятнее всего, ожидает начало нагноения, судя по повязке, которая с одной стороны имела желтоватый цвет…
— Евгений Викторович, скажите пожалуйста, а как вы ухаживали за своим швом? — подняв взгляд на молодого человека, уточил я. — Вас проинформировали, что шов нельзя мочить до тех пор, пока не снимут нити? В идеале, конечно, до образования рубца… — тихо добавил, но тут же продолжил: — Что надо обрабатывать антисептиком и…
— Объясняли! — перебил меня пациент. — Я что, по-вашему, вообще ничего в этом не смыслю?
— Что ж, — проговорил я, когда из перевязочной вышла Валерия, — тогда проходите в перевязочную.
Весь масштаб проблемы стал ясен уже в процессе снятия бинта… Внимательно посмотрел на парня-всезнайку и на его воспалённый шов. Вот и как он обрабатывал шов?! Кожа вдоль шва приобрела классический при инфицировании багрово-синюшный оттенок, да ещё и отёк появился… В принципе, в появлении серомы после операции нет ничего удивительного. Но! Даже без пальпации уже видно, что ничего хорошего.
— Евгений Викторович, я даю вам направление на повторное стационарное лечение.
— Что?! Я же сказал, что не люблю больницы! Просто сделайте так, чтобы не болело, и всё! Дальше я сам.
— Если вы хотите ходить на своих двоих, то вам придётся пролечиться в хирургическом отделении, — внимательно глядя на вмиг притихшего парня, проговорил я. — Если бы вы пришли сразу же, как только у вас появился небольшой дискомфорт в области шва, то таких проблем бы не было. А у вас мало того, что сам шов имеет синюшный оттенок, что указывает на инфекцию, так ещё и отёчность с выделениями.
— Я… — парень вскинул на меня настороженный взгляд, а потом проговорил: — всё настолько серьёзно?
— Судя по нездоровому румянцу на щеках, я так думаю, что и температура у вас тоже есть. Я прав?
— Да…
— Я не привык ходить вокруг да около. Поэтому настоятельно рекомендую позвонить знакомым и лечь либо к нам в стационар, либо в обычную больницу, тут уж решайте сами, но обычным консервативным методом лечения, тут не обойтись.
— Меня снова будут оперировать? — ужаснулся парень.
— А вы как думаете?
— Мне надо позвонить маме…
— Я выписываю направление на стационар?
— Да… — недовольно буркнул парень и тут же позвонил маме, после чего с того конца телефона послышалась ругань и его мать напоследок рявкнула, чтобы он не покидал больницу, пока она не приедет.
Дальше день проходил стандартно. Осмотр швов, перевязка, несколько консультаций по предстоящим операциям, а одному парню прямо в перевязочной пришлось зашивать порез
