Я сам решууу, или Мама, я подаю на развод! - Кира Юрта

— В твоей любви я сомневаюсь, ведь ты спокойно случаешь эту ересь.

— Вот именно! Это же глупости, Мил. Неужели можно относиться к этому серьёзно? — муж снова хмурится, и мне хочется разгладить морщинку между его бровей пальцем, но вместо этого я отстраняюсь.

— Можно. Когда ты родишь САМ, а потом на тебя выльют ведро помоев, тогда поговорим. Уйди…

— Малыш, — муж растерянно смотрит, а его руки повисают вдоль тела.

— Уйди, Вит. Потом поговорим. Мне нужно выдохнуть. Я правда ужасно устала. И хочу лечь.

— Конечно, давай я возьму сына и тихо посижу рядом, — предлагает и тянет руки, но я не даю.

— Я хочу побыть одна. Подумать. Нужно ли мне это всё, — повторяю, а его лицо каменеет.

— Ты серьёзно про развод? Из-за мамы? — его брови приподнимаются.

— Я — да. И предлагаю тебе тоже хорошо подумать. А сейчас оставь нас, пожалуйста. Если в тебе есть хоть капля понимания… — мне правда тяжело находиться уже и рядом с ним.

— Что ж… Ладно. Я надеюсь, ты остынешь. Это всё гормоны, — он поджимает губы и всё же выходит, а я укладываюсь сама и кладу кроху рядом, давая грудь, чтобы успокоить.

Сынок тут же перестаёт попискивать, начиная мило кряхтеть. А я думаю… Готова ли я на самом деле развестись с ним? Могу ли я так поступить и оставить сына без отца фактически? Да, я очень его люблю, безумно, но его мать… Это просто невыносимо. И кажется, Виту реально придётся выбирать, или она — или я…

Глава 4

Знакомство с Витом

День выписки наступил куда скорее, чем мне бы хотелось. Запретив пускать к себе кого бы то ни было, я провела аж целых четыре дня в одиночестве, стараясь скорее научиться быть мамой — понимать без слов, что нужно крохе, когда и как его кормить, как купать, как заворачивать. Моё тело тоже потихоньку приходило в норму. По крайней мере боль притуплялась, и я могла немного ходить, не корчась от неё, как было изначально. Но всё же окончательно здоровой я себя не чувствовала. Зато морально немного успокоилась. И мысли о разводе отошли на второй план.

В конце концов мужа я действительно очень любила. Мы сначала подружились на работе, несмотря на соперничество за должность, оба помогали друг другу. Однажды я не успевала вовремя подготовить документы для сделки, чтобы уложиться в план — и он остался после рабочего дня, чтобы сделать их вместе со мной. А когда всё успешно завершили, пригласил на кофе.

Там как-то и разговорились, проводил до дома. Я тогда жила с родителями на окраине города, и на прощанье он просто поцеловал мне руку. А утром принёс шоколадку. Следующим — ещё одну. И как-то вот так плавно стал ухаживать.

Без наседания, не торопя, держа дистанцию и позволяя мне самой решать, когда настанет время её сократить.

Первый поцелуй случился спустя месяц, наверное. Мы тогда сбежали с корпоратива вдвоём и гуляли по ночному городу. В какой-то момент он развернул меня к себе и посмотрел в глаза, нежно поглаживая по щеке, а я встала на цыпочки, потянулась к нему и наши губы встретились.

В тот же вечер мы оказались в его новой квартире — совсем пустой ещё, только купленной с ремонтом от застройщика. Из мебели — обустроенный санузел и старый диван в углу. Вот на нём мы и проснулись утром после сладкой-сладкой ночи, полной взаимопонимания и страстных ласк.

Никогда и ни с кем мне не было так хорошо, как с ним. Никогда и никто не понимал меня так хорошо, как он. И моё сердце окончательно растаяло, когда он не поленился сбегать в лавку за углом за моими любимыми круассанами к завтраку и кофе.

С того дня мы больше не расставались. Уже через неделю все мои вещи оказались у него в квартире, а вечерами вместе доделывали ремонт. Вместе выбирали мебель. Вместе строили планы.

Из всего, что меня смущало — что ещё до переезда я познакомила его со своей семьёй, и мои родители его одобрили. Взрослый, адекватный, амбициозный, вежливый, не скряга. Впрочем, и я была от него без ума. А вот меня со своими родными Вит не торопился знакомить, находя различные отговорки.

То у сестры болеет ребёнок, то мать заразилась от него же, то у отца какие-то проблемы с машиной, которые вообще не ясно, какое отношение имели ко мне и к нашему знакомству.

И всё же когда речь зашла о свадьбе, и мы уже назначали дату, заранее решив, что обойдёмся без пышного торжества, а вместо него отправимся на медовый месяц в путешествие. Ну как на месяц, отпуск нам дали две недели. Вот в них-то мы и собирались уехать к морю.

Однако, уже одно знакомство прошло незабываемо.

Если коротко, то сначала меня обвинили в корысти, ведь жених с квартирой и при деньгах, будто бы я на них претендовала и не покупала сама тоже мебель в наше будущее гнёздышко. Затем потребовали брачный контракт, но тут Вит осадил зарвавшуюся родню, напомнив, что я не бесприданница, а его коллега и зарабатываю столько же, а иногда с премиями — и больше. Потом его мать потребовала отложить свадьбу, чтобы мы узнали друг друга получше. А после короткой перепалки согласилась, но с условием, что хотя бы с беременностью мы подождём.

Мол, разводы в стране ещё не отменили, а ребёнок — это слишком серьёзный шаг, нужно понимать, от кого его заводить. И я так поняла, что это она сомневается, подходят ли их семейке мои гены…

В тот день мы впервые поссорились с Витом. До этого причин для ссор не было и находили общий язык во всём. Тут же он говорил, что это его семья, и поменять её он не может. Я пыталась объяснить, что это не норма — вот так отзываться о его невесте. И упрекать стоимостью помолвочного кольца!

— Ты просто первая женщина, которую я привёл, малыш, — обнял он меня тогда. — Дай им время привыкнуть. Они узнают тебя получше и поймут, что я сделал правильный выбор, — прошептал мне на ушко, увлекая за собой на новенькую кровать.

Судя по всему, в ту ночь мы и зачали сына. Потому что убеждал он меня в том, что всё будет хорошо, очень долго и основательно.

Вот только после свадьбы мало что изменилось.

Свекровь лезла в