Нелиса — ехидно ухмыльнулся Тириус.
Девочка фыркнула.
— Еще чего! Тогда я вообще не буду в это участвовать. Зачем мне твой поцелуй? Давай если у меня не получится, то я напишу за тебя доклад к следующему четвергу? Хоть раз получишь что-то выше тройки. Но если я выиграю, ты всем во дворце в течении месяца будешь меня хвалить и говорить, что я самая красивая. Только, чур, не командуй своему Ренею меня сбрасывать или что-то вроде того!
Тириус явно больше хотел спорить на поцелуй, но все же согласился. Тефания удивилась тому, что Нелисе нужно словесное подтверждение ее красоты. Ведь у нее были на удивление яркие медные волосы, вьющиеся до поясницы, и янтарные глаза с горящим пламенем в радужке. Пусть все это и было отличительным признаком вообще всех одаренных огнем, но Нелиса казалась ярче других. Возможно, из-за кукольных черт лица и длинных пушистых ресниц многие при дворе и так находили ее самой красивой. Тефания неожиданно почувствовала маленький укол зависти, ведь ее бирюзовые волосы и синие глаза, хоть и признавались здесь экзотичными, но не считались особенно красивыми.
Несколько ребят отвлекли тренеров и под вымышленным предлогом увели их с тренировочной площадки. Таким нехитрым способом дети остались наедине с драконами, но никому не было страшно. Одаренные огнем, они могли лишь пострадать от драконьих зубов, но до такого бы не дошло, ведь за годы тренировок драконы уже привыкли к постоянной смене лиц. Тефания тоже не боялась, так как была уверена в собственной способности погасить пламя водой.
Нелиса осторожно приблизилась к темно-зеленому дракону Тириуса и протянула руку. Тот повернул к ней массивную голову и безразлично моргнул. Казалось, он понимал, что стал предметом спора, но ему все равно.
Так как зверь ничего не делал, девочка усмехнулась и увереннее сделала шаг вперед. Погладив дракона по носу, она совсем осмелела. Обходя его сбоку, приближаясь к седлу, она проводила рукой по его блестящей чешуе. Обернувшись, Нелиса победно улыбнулась Тириусу, но слишком резко схватилась за седло и сильно потянула на себя. Реней взревел, распрямил спину и взмахнул крыльями, отчего девочка потеряла равновесие и выскользнула из стремени. Его левое крыло со всего маха задело Тефанию, которая сидела как раз сбоку от дракона на скамье, опрокидывая ее на спину.
— Тефания! — бросился к ней Дамиан, пока Тириус спешил успокоить взбешенного дракона, а другие дети помогали подняться Нелисе.
На самом деле обеим девочкам крупно повезло, и они отделались ушибами и ссадинами. Однако, поднимаясь, Нелиса раздраженно отряхнула юбки, уязвленная до глубины души тем, что наследный принц первым делом устремился к этой мелкой дочери советника, а не к ней, родовитой аристократке.
Услышав рев дракона, тренеры спешно вернулись. Сказать, что они были в ярости — особенно на тех, кто их обманом увел с площадки — ничего не сказать. Тренеры пообещали, что со всеми виновными разберутся позже, а пока нужно было отправить девочек в лазарет, чтобы осмотреть их травмы.
Никто кроме Нелисы не слышал, как Тириус самодовольно шепнул ей вслед:
— Ты проиграла спор.
Дамиан вызвался вместе с одним из тренеров проводить девочек в лазарет, хотя потребности в том не было.
— Все в порядке, правда, — в очередной раз сказала ему Тефания.
— Ты слишком часто падаешь из-за драконов. Твой отец меня убьет.
Тефания рассмеялась:
— Вряд ли он готов спровоцировать такой международный конфликт.
— Ты будто не знаешь своего отца и то, как сильно он тебя любит, — проворчал Дамиан. Он очень уважал Эдитона, а потому боялся показаться каким-то не таким в его глазах, а пока все говорило не в пользу Дамиана.
Нелиса, шедшая рядом с ними, незаметно прислушивалась к их разговору. Ей всегда казалось, что принца и Тефанию связывает странная дружба: он же принц огня, но проводит так много времени с одаренной водой. Как-то Нелиса подслушала, что ее отец в разговоре с князем Каэлиусом упомянул, что такое поведение «политически недальновидно». Что это означало, она не поняла, но фразу запомнила, чтобы однажды использовать ее, демонстрируя свой ум перед друзьями. Задумавшись, она вскинула голову и очень удивилась, заметив предмет ее воспоминаний.
Каэлиус как раз направлялся на тренировочную площадку со срочными новостями для принца. Встретив принца в компании тренера и двух девочек, он сам немало удивился.
— Мой принц, у меня важные новости, — сосредоточившись на главном, сказал младший брат короля.
— Я сейчас немного занят, — ответил Дамиан.
Князь едва заметно поморщился от такого пренебрежительно отношения, но спокойно продолжил, оценивая ситуацию:
— Что бы ни произошло, я уверен, тренер справится без вашего непосредственного участия. Разве что вы не пострадали во время занятия и нуждаетесь в лекаре?
Поджав губы, Дамиан кивнул и отошел с дядей в сторону, а девочки с тренером продолжили путь.
— Нам сообщили, что у Даарии вылупилось потомство. Выводок оказался слабым, лишь один дракон выжил. Но этого достаточно, — быстро сообщил Каэлиус.
— Что? — не понял принц.
— У вас до сих пор нет личного дракона, а Даария — единственная, кто дал потомство за долгие годы. Народ желает, чтобы у молодого принца был молодой дракон, который будет сопровождать его всю жизнь. К тому же новорожденного гораздо легче приручить.
— Дядя, предлагаешь мне попросту выкрасть детеныша? Не мне напоминать тебе, что приручение происходит не так, и дракон сам выбирает хозяина. Если вообще выбирает. Мне известно, что многие князья опаивают драконов снадобьями с чарами, чтобы привязать к себе. Я так не хочу.
Каэлиус чуть наморщился, будто это его обвиняли в таком непотребстве, хотя его дракон действительно сам выбрал его хозяином.
— Я лишь пытаюсь помочь. Просто взгляни на Даарию и ее детеныша. Каждый, кто приручил дракона, однажды с чего-то начал, и тебе не стоит сидеть сложа руки.
Дамиан посмотрел дяде в глаза, такие похожие на его собственные, и кивнул, давая понять, что все же прислушается к его словам.
— Пап, ты совсем устал, — заметила однажды Тефания, когда они ужинали в своих покоях, и Эдитон едва не задремал за столом.
— Есть немного… Ты что-то говорила?
— Я спросила, когда мне можно будет дебютировать?
Едва взявший в руки вилку, Эдитон напрягся:
— С чего такие вопросы?
— Сегодня я слышала, как девочки постарше обсуждают бал дебютанток.
— Дебютируют обычно в пятнадцать. Но лучше — еще позже. Лет в восемнадцать.
— В пятнадцать… Как Гидеону сейчас?
— Ну да.
— Я буду такой взрослой, — поморщилась Тефания.
Эдитон не удержался от улыбки.
— Конечно. Ты уже такая взрослая, хотя мне кажется, что родилась только вчера.
Не зря девочки постарше обсуждали бал
