и следующему, пока это не дошло до Коргираша.
Старик издал глубокий гортанный смешок, его острые черные глаза уставились на меня.
-Похоже, твой отец уже предъявил на нее права.
-Да это так . Я хотел бы заключить сделку. Ее душа для другого.
-И что это за сделку, которую вы предлагаете?
Я дотянулся до плеча Сорета и перевернул обмякшего ангела на спину.
-Чистый элизианец. Он ученый.
Дворяне заерзали на своих местах, несомненно, соблазненные таким предложением. Один из мужчин несколькими сиденьями ниже, одетый в украшенную галерузжу- традиционную одежду для его породы демонов - поднял нос в воздух и принюхался.
-Я не чувствую запаха витаилема в этом деле.
-Он замаскировал запах, ваша светлость. Я могу заверить вас, что его крылья белы как снег, а глаза - синие сапфиры. Возможно, наиболее красноречивые черты элизиумерийцев.
Коргираш на мгновение задумался, затем наклонился к одному из ближайших к нему мужчин. Казалось, они обменивались шепотом, произносимыми так тихо, что я не мог их разобрать.
Сделка с Соретом была нелегкой. Одна из тех, над которой стоит задуматься. Ученый мог бы дать им преимущество перед ангелами в случае нападения. По сути, я отдавал ноксерианцам гарантированную победу в случае войны.
И все же они совещались.
-Хотя ваше предложение довольно щедрое, мы не в том положении, чтобы торговаться.
Шок прокатился по задней части моей шеи, тугой кулак сжал мои легкие.
-Могу я напомнить вашей светлости, что такое подношение довольно редкое явление.
-Возможно, да. И нам больно отказываться. Но договор гласит, что твой отец имеет право на души, на которые по праву претендует совет. Согласиться на эту сделку означало бы нарушить такой договор и рисковать войной с Эрадией.
-Ты забыл, что я единственное существо во всех пяти мирах, способное уничтожить его?
-Мы этого не делали. Конечно, ты не настолько невежествененн.
Я опустил взгляд, глубоко дыша, чтобы успокоить ярость, кипящую в моей крови, потому что последнее, что мне нужно было сделать прямо сейчас, это убить древнего старейшину.
-Я прошу вас пересмотреть свое решение. Для блага всего.
-Мы поддерживаем наше решение, - ответил Коргираш.
Стиснув зубы от ярости, я расправил плечи, отчаянно пытаясь сохранить самообладание.
-Тогда я хотел бы установить связь с этой женщиной, со свидетелем, чтобы убедиться, что он также не претендует на ее лоно.
Последовала долгая пауза, и когда я поднял глаза, то заметил злую ухмылку, растянувшуюся на лице старейшины.
-Мы также не были бы в состоянии удовлетворить вам подобную просьбу.
Сжав руки в кулаки, я наклонился вперед.
-Я сражался бок о бок с тобой! Против моей собственной крови!
-Ты сделал, да. И только из благодарности за вашу верную службу все эти годы я позволю вам свободно уйти с этой встречи, не подвергаясь тюремному заключению за то, что ты ушёл. Тебе ничего не должны, Ван Круа. Уходи немедленно, в любом случае, пока мы не решили конфисковать ангела.
Черт.
Черт!
Они раскрыли мой блеф об убийстве моего отца, угрозы, которой они боялись, пока я был в их лапах. Зная, что я был способен убить его, освободить Летифера и обречь на гибель все пять королевств, они всегда были осторожны со мной. Их ответ не имел смысла, пока я не обернулся и не увидел епископа Венейбла, или Барчиела, когда он проходил мимо в те дни, пересекая двор. Без сомнения, этот ублюдок рассказал им о моих утраченных способностях.
Взвалив Сорета на плечо, я зашагал туда, где он стоял, раздавая свой наркотик "Восторг" знати, как конфеты.
Когда он снова посмотрел на меня, оценка в его глазах сменилась шоком.
-Ван Круа?
-Я уверен, что вы весьма удивлены.
-Я не ожидал твоего возвращения из Ex Nihilo.
-И ты взял за правило говорить о том, что произошло. Что ты сделал, Барчиел, сказал им, что это ты ударил меня?
-То, что ты вернулся, не сулит мне ничего хорошего. Благодаря твоей смерти я приобрел авторитет. И теперь они будут смотреть на меня как на лжеца.
-Ты лжец. И если бы перспектива убить тебя дважды не утомляла меня до слез, я бы обязательно сделал это сейчас, на глазах у всех твоих новых друзей. К счастью для тебя, мне есть где быть. -Сгорая от ярости, я прошагал мимо него, игнорируя все, что он кричал мне вслед, когда я возвращался по коридорам во двор, где нас ждали лошади. Я забросил все еще бессознательное тело Сорета в седло и вывел лошадей за ворота.
48
БАРОН
Карета замедлила ход и остановилась перед особняком.
Главным.
Прошло два года с тех пор, как барон в последний раз видел это место, или свою мать, если уж на то пошло. После смерти Соломона она отправила его в Кавендейл, университет недалеко от Рима. Как бы барон ни ненавидел ее и ни боролся против того, чтобы оставить ради чего-то столь тривиального, каким в то время казался академизм, она настояла, заверив его в огромном облегчении, которое это принесет ей. Ибо, пока он был в школе, внимание его отца было направлено в другое место, и барон только надеялся, что в это время оно не было направлено на его мать.
Она стояла перед входом на верхней площадке лестницы в прекрасно сшитом голубом платье, которое эффектно скрывало хрупкое состояние ее тела.
В течение двух лет барон с головой ушел в учебу в Кавендейле, пока однажды курьер не прислал известие о том, что состояние леди Прецепсии начало ухудшаться. В этот момент его вызвали домой.
В ее улыбке не было и намека на страдание, но в глубине ее глаз оставались тени, которые барон заметил, выходя из экипажа ей навстречу.
-Мой сын, - сказала она, широко раскинув руки, когда он подошел к ней и упал в ее объятия. -Ты вернулся мужчиной!
-Я скучал по тебе, мама. Как у тебя дела?
-Теперь, когда ты здесь, мне лучше. Расскажи мне о своей учебе в Кавендейле.
-Я мог бы угостить вас историями о том, как растет трава, что было бы гораздо более интересной темой, чем Кавендейл.
Его мать издала смешок, ведя его вверх по лестнице, взяв его под руку.
-Как я понимаю, ты там неплохо справился.
-Больше ничего не является секретом? - спросил он, его голос звучал насмешливо.
-Нет. Мать знает все.
-Где отец?
-В своих покоях. Он договорился о визите епископа Венейбла.
