у него на коленях. Он обхватывает мое бедро, а его рука ложится близко – слишком близко – к моей ягодице.
Я широко распахиваю глаза, шокированная столь возмутительным поведением.
– Грубиян, – хнычу я, упираясь руками в его плечи. – У тебя снова откроются раны.
– Ш-ш-ш, – говорит он и прикладывает палец к моим губам, не сводя с меня пристального взгляда, словно до сих пор не может меня разгадать – и это несмотря на его способность читать мои мысли.
Если только…
Он не может делать это постоянно.
Он снова прижимается ко мне и делает глубокий вдох.
– Ты не замужем, – заявляет он.
– Откуда ты знаешь?
Уголки его губ приподнимаются.
– Любой мужчина в здравом уме, заполучив тебя, оставил бы свою метку, – отвечает он и кладет ладонь мне на щеку, чтобы повернуть мое лицо к себе. – Ты пахнешь свежестью, Села. Как нетронутая маргаритка.
– Ты д-должен меня отпустить, – смущенно шепчу я.
– Дай мне секунду, – шепчет он, наклоняясь вперед и касаясь своей щекой моей.
Тепло его кожи передается мне, и я внезапно замираю. В голове вспыхивают непозволительные мысли – сцены, которые я никогда не должна была представлять.
Но его притяжение слишком сильно – настолько, что я невольно подаюсь вперед и втягиваю запах его кожи, восхищаясь сладким мускусным ароматом.
Сочетание крови и пота должно вызывать у меня отвращение, но во мне, напротив, пробуждается неведомый прежде жар и трепет.
Я тихо вздыхаю и зарываюсь носом в его волосы, глубоко вдыхая запах, а он делает то же самое со мной. Не знаю, что это за безумие, что за коварные силы овладели мной, но мое тело живет своей жизнью – оно способно подчиняться только ему.
Он утыкается лицом в ложбинку между моим плечом и шеей и издает низкий, почти звериный рык. Его губы скользят по моей коже, а зубы слегка царапают плоть.
И этого легкого укола боли достаточно, чтобы ко мне вернулось самообладание, и я вырываюсь из его объятий.
– Тебе пора уходить, – говорю я, четко выделяя каждое слово.
Его глаза меняют цвет на темно-красный, ноздри раздуваются, и я чувствую исходящую от него дикую энергию. Особенно когда он встает на ноги и делает шаг ко мне.
Но стоит ему потянуться ко мне, как он внезапно прислушивается и недовольно морщится.
– Я вернусь, Села.
Я и глазом моргнуть не успеваю, как он исчезает, словно его никогда тут не было.
Всего через несколько секунд дверь дома распахивается и мать вместе с несколькими солдатами врывается в мой сад.
– Где он? – требует мама, дико озираясь по сторонам.
– О ком ты говоришь? – Я хмурюсь.
– Мятежник должен быть здесь! Обыщите все вокруг!
Солдаты разбегаются по всему дому, обыскивая каждый уголок.
– В чем дело, мама? – резко спрашиваю я.
– Это кровь. Чья она? – шипит она с укором.
– Моя, – смело вру я. – Порезалась, когда ухаживала за садом. В общем, ничего необычного. – Я закатываю глаза.
Она не сможет потребовать показать раны, как и не захочет подпускать солдат слишком близко ко мне, опасаясь, что те начнут задавать вопросы.
Одарив меня многозначительным взглядом, она отступает и выносит последнее предупреждение:
– Подумай дважды, прежде чем мне врать, Села. Иначе последствия тебе не понравятся.
Ее слова пугают меня, равно как и злобное выражение лица, которого я никогда раньше не видела.
– Ладно, – говорю ей, что само по себе является ложью.
Недовольно фыркнув, она разворачивается и приказывает солдатам следовать за ней.
Вскоре я остаюсь совсем одна, поражаясь тому, как вообще угодила в такую историю. Сколько бы я ни думала об этом, что-то глубоко внутри подсказывает мне, что моя жизнь, какой я ее знаю, вот-вот изменится.
И все из-за устрашающего воина с прекрасным лицом, который теперь будет преследовать меня во снах.
Ночью в доме царит жуткая тишина. Я ворочаюсь в постели, понимая, что вряд ли теперь усну – уж точно не после самого бесстыдного сна в моей жизни.
Опять этот грубиян.
Это все из-за него и его ужасающих глаз.
Но тебе ведь понравилось.
Я фыркаю и встаю с кровати, а затем накидываю шаль на плечи и выхожу на балкон.
Легкий ночной ветерок ласкает мою кожу. Я глубоко вздыхаю и запрокидываю голову, наслаждаясь чистым воздухом.
Бушующие внизу волны разбиваются о скалистые утесы, приятно лаская слух, и я перегибаюсь через перила, чтобы осмотреть уже знакомый пейзаж.
Кем он был?
Вот уж не в первый раз после того, как он исчез, я размышляю об этом несносном незнакомце.
По словам матери, он мятежник.
И я вполне могу в это поверить, учитывая его облик.
Он был таким большим и сильным, а его тело – пугающе мускулистым. И все же он не причинил мне вреда. Не считая первого укола клинком, он ничего мне не сделал.
Возможно, я придаю этому слишком большое значение. В конце концов, я впервые столкнулась с представителем мужского пола. И это не только напугало меня, но и…
Румянец заливает щеки, когда я осознаю, куда устремились мои мысли.
Именно поэтому он вторгся в мои сны. Потому что, несмотря на первоначальный страх, я также почувствовала… желание. По крайней мере, мне так кажется.
От одного его прикосновения моя кожа покрылась мурашками, а пульс участился.
А когда он заглянул мне в глаза, я ощутила, как каждую клеточку тела обдает жаром, а внизу живота появляется странное покалывание.
Оглядываясь назад, я понимаю, что все мои чувства могли быть вызваны тем, что он первый мужчина, которого я увидела так близко – слишком близко.
Всю жизнь я общалась лишь с матерью, ее друзьями и различными слугами, которых она нанимала. Так стоит ли удивляться тому, что его впечатляющая внешность поразила меня?
Однако я сомневаюсь, что любой другой мужчина может сравниться с ним. По крайней мере, в книгах, которые я читала, они никогда не казались такими большими или… манящими.
Я дважды хлопаю себя по щекам, ругая себя за такая мысли. О чем бы я ни думала, вывод всегда один: он меня заинтриговал. Пожалуй, даже слишком сильно.
Хотя до рассвета остается еще несколько часов, я бросаю попытки уснуть и спускаюсь на кухню, чтобы проверить, что Мели приготовила для меня.
И с радостью обнаруживаю множество готовых блюд и закусок из мяса, которые она щедро присыпала солью, чтобы не испортились до конца недели.
Конечно, мама старалась обеспечивать меня всем необходимым, но при этом никому не позволяла жить со мной. Ведь чем дольше человек находится рядом со мной, тем больше у него шансов раскрыть
