вот такая я, к жизни не приспособленная, — развела руками.
— Короче, на отчаявшуюся бедную вдову ты не похожа. Богатенькие наследницы по площадям казней одни тоже не шляются. И обычная горожанка не таскает за собой сумку со своими пожитками. В такое чудо, как эксцентричная путешественница, которая заглянула посмотреть казнь и пожалела несчастного осуждённого, я не поверю. А вот в то, что кому-то надоела содержанка, или любовница неожиданно понесла и стала слишком много требовать, вполне. Девица спасает репутацию, бастард получает имя рода, а преступник — жизнь.
— Ну, честный обмен так-то, — кивнула я. — Но нет. Я не беременна и меня никто не выгонял.
— А свою репутацию испортила и вышла замуж ты от нечего делать?
— А может, я, как это, действовала без корыстных мотивов, сугубо из альтруистических побуждений?
— Я в такие сказки не верю.
И он откусил от очередного румяного гренка. Вот же проглот!
— Тебе плохо не станет? Столько жареного на пустой желудок...
— Не должно. Тему не меняй, Алиса. Зачем?
— А что, если правду не узнаешь, то пойдёшь и голову сам в петлю засунешь? Или если тебе мои мотивы не понравятся, то побежишь явку с повинной писать?
Что-то у меня от усталости язвительности прибавилось.
— Нет, конечно. Просто я сегодня собираюсь покинуть этот гостеприимный город, и от твоих мотивов зависит, какова будет твоя дальнейшая судьба.
Я подобралась. Нож, которым я нарезала ветчину, лежал на тумбочке за спиной. Встать, шаг, рукоять ложится в ладонь. Хват прямой без киношных вывертов.
Трой отпил чаю.
— Удивляешь, — хохотнул он.
— А ты меня пугаешь, — призналась я.
И подумала: «Чего ещё ждать от уголовника», — но оставила эти слова при себе.
— Убивать я тебя не планировал. Был вариант отвезти в одну тихую деревушку, где у моей семьи неплохой дом. Или дать отступных и разойтись, как в море корабли. Ну, или забрать с собой. Семейную жизнь и всё такое не обещаю, но я бы нашёл тебе жильё, помог с работой, а там бы каждый устроил свою жизнь по собственному разумению.
— Звучит разумно, — кивнула я.
Я расслабилась и опустила нож, но пока не вернула его на место и осталась стоять, прислонившись к тумбе.
Помолчали.
— Трой, — тихо начала я. — Ты что-нибудь слышал о теории множественных вселенных?
Ага, нашла, Алиса, что спросить. Да еще у вора-домушника. Да тут ещё законы Кеплера, наверное, не открыли.
Муженёк аж чаем поперхнулся.
Прокашлявшись, он посмотрел на меня полными слёз глазами.
— Алиса?
— Тут я назвалась Алисой Лидделл, как та девочка, прототип героини Кэррола, которая прыгнула в кроличью нору и нашла там целую Страну чудес. Я никуда не прыгала, конечно, но пришла из другого мира.
А брови-то поползли вверх, и глазки округлились у бедолаги. Удивляется человек. Да, шок — это по-нашему.
— Не читал?
— Не-а. Ты это, ножик положи, дорогая.
— Думаешь, я сумасшедшая?
— Знаешь, если женщина с ножом в руках рассказывает, что взяла имя героини сказки и пришла из другого мира...
Я рассмеялась.
Трой дёрнулся.
Вернула нож на тумбочку.
— В общем, дело было так. Я пошла на свидание с одним парнем в парк. У нас это нормальное, приемлемое поведение. Но он стал вести себя странно, нёс какую-то ахинею, а потом я потеряла сознание. И очнулась здесь. Вот, почти двое суток уже мотаюсь по городу...
Трой хмыкнул.
— И у вас там в ходу наряды по моде Вельты?
— И близко нет. Короче, дело было так...
На тебе, дорогой, правду, кушай и не обляпайся. Ты там обещал защищать и всё такое, вот и приступай.
По мере моего рассказа у муженька даже несколько раз даже дёрнулась щека.
— В общем, кто из нас больше влип — это дискуссионный вопрос, — с улыбкой завершила свою историю я.
Трой сидел за кухонным столом почти что в позе Роденовского мыслителя. Темная прядь красиво падала на лоб. Градус пафоса снижал лишь надкушенный кусок жареного хлеба на тарелке.
Я молчала, давая мужчине осмыслить ситуацию. А параллельно не только разглядывала его, но и анализировала реакцию на свой монолог.
И те выводы, к которым я приходила, мне очень не нравились, настолько, чтобы незаметно сместиться поближе к отложенному в сторону кухонному ножу.
Глава 13
Я напряжённо ждала реакции Троя. На языке вертелось заглавие фильма: «Кто вы, доктор Зорге?»
Или вот ещё другие слова: «Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу».
Мой нечаянный муж помолчал, поднёс к губам пустую чашку и раздосадовано отставил.
— Алиса, как много ты знаешь о теории множественных вселенных? — с какой-то кривой улыбкой спросил Трой.
— Что она существует. И что, по мысли физиков, есть бесконечное множество вселенных. Каждый сделанный выбор порождает реальность, где человек проживает иной вариант развития событий... Короче, что есть параллельные миры.
Я чувствовала себя, как на экзамене по истории на первом курсе, когда вытащила билет про Семилетнюю войну. Вроде на лекциях о ней немного говорили, и в школе проходили когда-то давно, точно знаю, что она была, годы и пару фамилий назову, а вот осмысленно проанализировать, что, почему и как вышло — и не просите.
Трой снисходительно хмыкнул.
Я почувствовала себя прогульщицей на сессии, которая смиренно стоит перед строгим преподавателем и выпрашивает вожделенную отметку в зачётке. Долила нам подостывшего чаю и села напротив за стол.
— Всё устроено несколько не так. Миры располагаются на Нитях, иначе Ветвях, и их бесконечное множество. Где начало Нити, мы не знаем, так далеко наши исследователи еще не забирались. Смысл в том, что условно выше некой точки отсчёта на каждой Нити располагаются более высокомагические миры, а чем условно ниже — тем слабее магия. В некоторых местах Нити есть Узлы, то есть пересечение с перпендикулярной Нитью, которое даёт соскользнуть на параллельную. За точку отсчёта у наших учёных принято принимать Эррис, наш мир. В этом же уровень развития магии несколько ниже, второй сосед. А вот откуда ты родом — понятия не имею.
— Обалдеть! — искренне ответила я.
Что ж, школьном курсе физики не хватает пары важных разделов, зато учебник ОБЖ ни словом не соврал. Не надо ходить куда-либо с незнакомцами — проблем потом не оберёшься.
— И здесь об этом каждый знает? Может, у вас и поезда по Нити курсируют?
Трой рассмеялся.
— Нет, конечно. Я, кажется, не совсем чётко выразился. Мы в мире Томер, а я пришёл сюда из Эрриса. Эррис, затем Ли-ин, затем Томер.
— А зачем?
Что ж, неспроста мне в голову лезли фильмы про разведчиков.
