class="p1">— И думать не хочу!
— А надо.
— Я вообще домой хочу, знаешь и, а не вот это вот всё.
Голос позорно меня подвёл, уйдя почти в ультразвук. Я медленно задышала, считая про себя. Чёрт-те что, а не жизнь, даже в истерику впасть некогда.
Трой всыпал в мой остывающий чай сахара прямо через край банки.
— Пей.
Я подчинилась. Кривилась, конечно, и никакой радости не испытывала, но глюкоза — для мозгов штука полезная, говорят.
— Кстати... — вдруг вспомнила я и опять рванулась к своей сумке. — Вот!
Я вынула забытый в кармане непрошенный подарочек от странного парня Данила, с которого всё-то и началось.
Трой посмотрел на мою раскрытую ладонь, на которой лежал круглый медальон на цепочке, таким взглядом, будто я ему принесла сколопендру. Притом, реликтовую и представляющую особую научную ценность. Но все равно ядовитую и губоногую дрянь.
Глава 14
Через пару минут я была вынуждена признать, что мои новоприобретённые лингвистические способности далеки от совершенства. Из речи Троя я поняла лишь предлоги и пару матерных слов. Остальные словесные экзерсисы остались, увы, загадкой.
— Ты где это взяла? — переспросил он.
— Я же тебе говорила. Тот странный парень, с которым я пошла гулять, постарался впихнуть мне в руки какую-то вещь. Мы боролись, он говорил на непонятном языке, а потом я пришла в себя... Здесь.
— И ты не знаешь что это за штука и кто их делает?
— Нет, конечно. Я даже ещё не открывала этот медальон.
— Кстати, можешь и открыть.
— Точно? — острожно протянула я.
— Да, — улыбнулся он, подбадривая.
Внутри медальона оказался компас. Одинокая стрелка на исчёрканном непонятными стрелочками и закорючками циферблате. Чем дольше я всматривалась, тем больше в кажущемся хаосе рисунка я видела логики. Винтовая симметрия относительно невидимых воображаемых линий? По осям, которые неизвестный гравёр не удосужился провести, были разбросаны стрелочки, которые указывали в разные стороны, крестики, точки, восьмёрки и ещё прорва наползающих друг на друга и порой искажённых символов.
— Эй, Алиса! — Трой грубо тряхнул меня за плечо.
— Сдурел? Мне больно! — огрызнулась я.
— Извини, но я тебя уже минуты три зову и тормошу. Моя ошибка. Ты открыла крышку и впала в транс.
— Да не было никакого транса, я просто рисуночки разглядывала. Там столько мелких символов. И симметрия интересная. Вроде и хаотично, но на самом деле есть какая-то логика. Прикольно, в общем.
— Вот как, — протянул Трой.
— И символы такие разные... И стрелки, и восьмерка, и всякие кружочки-треугольнички...
Я осеклась. Уж больно у собеседника округлились глаза.
— Трой, что не так?
— Понимаешь, я вижу стрелку на сером фоне. Таком перламутрово-сером, как будто на скорлупке или ракушке с несколькими золотистыми трещинками. Всё. А ты мне про симметрию и узор рассказываешь.
— Я не сумасшедшая.
— Верю. Вот мне и интересно, почему этого всего не вижу я.
— Может, только на женщин настроено? — предположила я.
— Возможно, — пожал плечами Трой.
И тут-то индеец Зоркий Глаз, то есть очень внимательная Алиса, заметил ещё одну странность.
— Трой? А это нормально, что компас не показывает на север?
— Для обычного компаса ненормально. Но для этого — естественно.
— Трой, давай в другой раз поиграем в загадки? — раздражённо попросила я.
— Понимаешь, это межмировой компас, который указывает путь к ближайшему тонкому месту границы, откуда можно совершить переход в другой мир. Чем ближе ты к грани, тем больше он жжётся. Ну, в данном случае. Некоторые другие артефакты подобного рода, наоборот, холодят руки. Или вибрируют. Есть звуковые ещё и меняющие цвет. Может, и ещё какие-то.
— Интересно. И чем тебе эта штука не понравилась? Кажется, это удобное приспособление для ваших реалий.
— Как тебе сказать... Их изготавливают демоны.
— И что?
— Алиса...
— Прости. Но для меня демоны — это некие абстрактные мифологические сущности. Рога, крылья, копыта, кровожадность, языки пламени и страшенные ритуалы призыва. В общем, набор клише из фильмов ужасов. Ты знаешь, что такое фильмы, кстати?
— Да. Но страшилки в кино у нас непопулярны.
— Ага, у вас и так не жизнь, а сказка.
И почему меня тянет на подколки? Тон у него назидательный, что ли? Или так усталость прорывается раздражением? Нет. Надо быть честной. Достала меня эта чужая реальность, где не работают привычные законы природы, эта неопределённость и неустроенность. Ну их, этих демонов, к чёртовой матери! И все эти параллельные и перпендикулярные миры! Хочу домой. К дивану, печенькам, чаю, автобусам и офисным дрязгам. В привычную жизнь.
Я вдохнула и выдохнула. Кажется, Трой мою пассивную агрессию не считал. Ну и хорошо. Как ни крути, а я от него завишу. Не стоит портить отношения.
— Трой, я профан в ваших магических делах, — постаралась я объяснить, стараясь, чтобы мой тон звучал миролюбиво. — Для меня что демоны, что маленькие зелёненькие человечки, что любые другие персонажи — ожившая сказка. Я не знаю, чего стоит бояться, а чего — нет. И нового вокруг столько, что мой разум спасают только ирония и пофигизм. Объясни, что плохого в демонах, пожалуйста.
— В демонах, Алиса, плохо всё. Мы не знаем, на какой Нити они живут. Потому что они появляются на любой. И в любом мире. И где бы они ни объявились — всюду льётся кровь и происходят катастрофы. Демоны сильнее всех известных нам разумных в плане магии, да и физически им мало равных. И мы для них — материал, ресурс, который можно взять и использовать. Или помеха, которую не возбраняется устранить, если что. К счастью, они не стремятся к гегемонии и редко обращают внимание на другие расы. У демонов чуждая нам система ценностей и психология, их магия часто требует крови, а те, кто связался с этими тварями, в итоге и сами частенько гибнут. Демоны берут очень высокую плату за свою помощь.
— В общем, похоже на наши рассказы, — кивнула я.
— Знаешь, как они делают эти компасы? Сначала они берут человека или другого разумного, выгуливают его по множеству миров на разных Нитях, а после чертят по циферблату знаки его кровью.
Я захотела отбросить и расколотить об пол страшную вещицу. Но сдержалась. Аккуратно отложила компас на стол. Трой же сказал, что чертят кровью, но не сказал, что убивают ради этого. А если даже убивают... Надо иметь уважение к покойному. Добровольно или нет, но кто-то отдал жизнь, чтобы эта вещь появилась. Похоронить её будет как-то порядочнее, ну, или там сжечь. Или утопить. Как-то порядочнее, чем разбить этот компас об кухонный пол.
— А теперь вопрос. Откуда эта гадость у парня из
