плавится под драконьим пламенем. Он взмахнул могучим топором, снося голову чудовищу…
— Синдри…
Он замер: ветерок донес до него его имя. Но это не был голос матери.
— Синдри…
Звук шел из-под каменных глыб, что было странно — ведь под ними не водилось ничего, кроме кроличьих нор. Мальчик притих, заглядывая в знакомые щели и дыры. Наконец он обнаружил лаз, которого раньше не замечал. Там, где барсуки разрыли рыхлую почву, зияла дыра, в которую он вполне мог протиснуться. Синдри опустился на четвереньки, вглядываясь в пустоту.
— Эй! — крикнул он. Эхо вернуло ему его собственный голос. В темноте что-то шевельнулось. Там кто-то был.
В душу закралось сомнение, и он отпрянул. Мать скоро начнет его искать. Он прикусил губу, взвешивая, стоит ли нагоняй того, чтобы исследовать это тайное сокровище.
Искушение победило: жажда приключений перевесила скучную обязанность пасти стадо, и мальчик полез в сырой лаз. Хрупкие плечи с трудом протиснулись в отверстие, он отчаянно дрыгал ногами, проталкивая себя глубже. Тоннель оказался длиннее, чем он думал, но поворачивать назад было поздно — он уже ушел в землю по пояс. Цепляясь руками и работая ногами, Синдри продирался сквозь прохладную землю.
На миг его охватила паника, придавшая сил, и наконец он буквально вывалился из тесного лаза в подземную полость. Одинокий луч света пробивался сквозь щель, едва разгоняя густую тьму. Шерстяная рубаха и шоссы были перепачканы грязью. Пока он сидел, приходя в себя, мимо промелькнул краулер — дюжина его тонких лапок хаотично задвигалась, унося раздутое тельце прочь.
Сердце в маленькой груди Синдри бешено колотилось, пока глаза привыкали к сумраку. Пещера была достаточно высокой, чтобы он мог встать в полный рост, но дальше пол уходил под уклон. Земля была усыпана обломками камней, а вода прорыла в горной породе глубокие борозды. Синдри улыбнулся: восторг захлестнул его — наконец-то с ним происходит настоящее приключение.
Оставалось только одно: спуститься глубже.
Глава 12
Люди были созданы умными, смелыми и изобретательными. Одаренные жаждой познания, они стремились постичь устройство божественных творений. Они наблюдали за рыбами и птицами и мечтали занять их место. Они изучали магию и искали ее исток.
История Брейто, том 1, Б. Суик
Гвит бросил нас, поспешив к женщине, которая его ждала. Я осталась с Тараном и Казом. Те обменялись обеспокоенными взглядами, после чего повели меня внутрь через распахнутые исполинские двери. Цитадель возвышалась над нами, вонзаясь шпилями башен в самое небо. Дверной проем зиял, точно пасть великана, готовая проглотить нас поодиночке. Я послушно шла за мужчинами, радуясь лишь тому, что удалось скрыться от пристального взора Капитана.
Внутри я невольно замерла. Вестибюль был похож на огромную пещеру с высокими сводчатыми потолками и величественной лестницей, закручивавшейся вверх прямо напротив входа. Солнечный свет лился из высоких окон, играя бликами на темно-синей плитке пола, украшенной золотой вязью. С балок свисали синие знамена с гербом дома Тревельян — золотым медведем.
Я застыла посреди этого великолепия, вытаращив глаза как последняя деревенщина, пока Каз не подтолкнул меня в спину.
— Идем, — шепнул он. — Если будешь пялиться на каждый угол, мы тебя и до ночи не поселим.
— Касворрон, веди себя прилично, — осадил его Таран.
Это имя мгновенно вывело меня из оцепенения. Я хмыкнула:
— Погоди, так это твое полное имя?
Каз сердито зыркнул на Тарана, но тот лишь невозмутимо улыбнулся краем губ.
— Ага. Но «Каз» вполне сойдет, спасибо большое.
С галереи над нами донеслись крики. Мерсер распекал пажа, который вел его вглубь замка. Мне стало искренне жаль бедного ребенка — он ведь просто выполнял свою работу.
Каз выдохнул, глядя вслед удаляющемуся Мерсеру:
— Напомните еще раз, почему мы не можем от него избавиться?
Таран пожал плечами:
— Об этом спорь с Гвитом, не со мной. Будь моя воля, я бы оставил его еще в Муспелле. Паршивое животное.
Приятно было осознавать, что не я одна так отношусь к этому человеку. И что в этой компании вполне допустимо желать ему всяческих увечий.
— Он что, не из ваших? — спросила я, пока мы поднимались по лестнице.
Таран горько усмехнулся:
— Упаси нас Сенуна, нет. Мерсер здесь в качестве эмиссара герцога Орстадланда. Он прибыл с нами из Муспелла, их столицы. В тех краях он считается кем-то вроде лорда, но их стандарты, очевидно, сильно упали за эти годы. Его величают Тан Ивар Мерсер, сын Игри Мерсера.
— На севере не слишком жалуют все эти рыцарские штучки, — добавил Каз. — Там все как-то… по-домашнему, по-простому.
Он подмигнул мне, заметив, как нахмурился Таран.
Мимо нас по парадной лестнице то и дело проходили люди. Замок внутри оказался настоящим лабиринтом: коридоры ветвились, переходили один в другой, и каждый был украшен картинами, гобеленами и статуями великих людей прошлого. Я не узнавала ни одного лица. Как тут вообще можно ориентироваться, не заплутав в первые пять минут? Я была рада, что меня ведут Каз и Таран, но в душе рос страх: как я найду дорогу, когда останусь одна?
— Не переживай, — успокоил меня Каз, когда я призналась в своих опасениях. — Гвит велел нам приглядывать за тобой, так что мы будем рядом. Твои покои совсем близко к нашим. Если что-нибудь понадобится, просто попроси слуг — они помогут, если нас не окажется поблизости.
Таран остановился в конце коридора, который на вид ничем не отличался от десятка предыдущих, и отпер дверь.
— На время пребывания здесь это твои комнаты. Располагайся. Я распоряжусь, чтобы ужин принесли сюда. Вряд ли у тебя есть силы спускаться сегодня в общий зал.
Этот неожиданный жест сострадания застал меня врасплох, и я почувствовала, как к щекам прилил жар.
— Это… это было бы замечательно. Спасибо.
— Сэр Таран! — раздался в конце коридора сухой, скрипучий голос.
К нам приближался худощавый мужчина с длинными седыми волосами и такой же бородой. Его темные глаза впились в меня, а губы сжались в узкую нить. Каз негромко застонал.
— Сэр Таран, это и есть та женщина, о которой нас предупреждали? — спросил вошедший.
Таран выпрямился, представ во весь свой внушительный рост.
— Лорд Энерман, — произнес он тоном человека, глубоко разочарованного этой встречей. — Да, это Сара. Она находится здесь под покровительством сэра Гвитьяса.
— Я так и понял, — он смерил меня взглядом через плечо, даже не пытаясь скрыть брезгливости. — Надеюсь, это ненадолго.
Каз свирепо посмотрел на него. Было видно, что он едва сдерживает колкость. Напряжение в воздухе стало почти осязаемым.
— Сара пробудет здесь столько, сколько сочтет нужным, — ровным голосом ответил Таран. — Если у вас
