хотели «хорошие фотки с подружками невесты». А с опухшими лицами мы будем похожи на рекламу средства от похмелья.
Кудрявая, темноволосая Карина рассмеялась, откидывая гриву волос назад:
— Ой, не нуди, Кравец! Ну выпили по грамульке, чисто для блеска глаз. Видишь, чай гоняем, реабилитируемся.
Я оглянулась по сторонам. Огромные окна в пол выходили на террасу. Оттуда тянуло прохладой, но дверь была закрыта.
— А где все-то? — спросила я, чувствуя лёгкий укол беспокойства. — Тишина, как в библиотеке.
Светка, не отрывая взгляда от телефона, где она с пулемётной скоростью строчила кому-то сообщение, дунула на свою длинную белобрысую чёлку.
— Парни, кто где, — лениво ответила она. — Федька с Серёгой пошли помогать украшать арку, говорят, там каркас хлипкий. Илья с Вадиком, герои наши, поехали на станцию встречать тамаду. У этой звезды корпоративов, видите ли, машина сломалась на полпути, пришлось ей на электричке пилить. А мы теперь спасательную операцию организуем.
Она, наконец, оторвалась от экрана, прищурилась и хитро улыбнулась:
— А муж твой сказал, что пойдёт по посёлку прогуляться. Волнуется небось. Проветриться захотел перед «казнью». Хотя чего волноваться? Всё уже... Охомутала наша тихоня жеребца, накинула седло, затянула подпругу. Теперь никуда не денется.
— Не завидуй, Свет, — парировала я, наливая себе воды. Стакан в руке слегка дрогнул. — Будет и на твоей улице праздник. Лучше присмотрись к Федьке. Головастый парень, Бауманку закончил, между прочим. Перспективный.
— Ага, перспективный, головастый и ушастый, — фыркнула Света. — Душный, как наша бухгалтерия перед годовым отчётом.
Я подошла к окну. Солнце действительно заливало двор, заставляя мокрую после вчерашнего дождя траву сверкать, как рассыпанные изумруды. Рабочие в синих комбинезонах возились у конструкции, напоминающей скелет кита — будущей арки. Федя и Серёга стояли рядом, размахивая руками и, судя по жестикуляции, давая «ценные указания».
Димы нигде не было.
Глава 2
Странно. Мой теперь уже муж не любил бесцельные прогулки. Он называл их «тратой ресурса». Если куда-то шёл, то у него была цель. Магазин? Нет, всё закуплено. Проверить второй дом? Вряд ли там старики.
Я прижалась лбом к холодному стеклу. Моя интуиция, та самая, что помогала безошибочно определять поддельные печати, вдруг тихонько царапнула изнутри. Еле слышно. Как мышь за плинтусом.
Что-то не так.
— Пойду найду его, — сказала я, ставя стакан на стол. — Может, помощь нужна, а телефон забыл.
— Ой, да оставь ты мужика в покое на пять минут! — крикнула вслед Карина, но я уже накинула на плечи джинсовку поверх халата и сунула ноги в уличные кроссовки, стоявшие у двери. Вид у меня был ещё тот: белый махровый халат, джинсовая куртка оверсайз и грязные «найки». Невеста века.
Я вышла на крыльцо. Воздух был чистым, звонким, пах листвой и немного дымком, кто-то из соседей уже топил баню или жёг прошлогодние ветки.
Я прошла мимо рабочих.
— Бог в помощь! — кивнула я.
— Стараемся, Полина Андреевна! — отозвался Федя. — Арка будет — во! Век простоит!
— Век не надо, достаточно до вечера. Диму не видели?
— Да он туда пошёл, — Федя махнул рукой в сторону небольшой рощицы, которая отделяла участок от декоративного пруда в центре посёлка. — Минут двадцать назад. С телефоном был. Мрачный какой-то. Я ему говорю: «Димон, расслабься!», а он только рукой махнул.
Мрачный. С телефоном.
В груди снова шевельнулось неприятное чувство. Может, по работе? В субботу утром? В день свадьбы? У него был принцип: выходные — это святое.
Вокруг было тихо, только где-то вдалеке лаяла собака. Коттеджный посёлок ещё спал. Богатые люди любят поспать в субботу.
Пройдя по дорожке, выложенной плиткой, я вошла под тень деревьев. Здесь было зябко. Запахнув поплотнее куртку, я поправила очки, которые всё время сползали на кончик носа. Зрение у меня было минус шесть, и без очков этот лес превратился бы в набор импрессионистских мазков. А я любила чёткость.
Мужа нигде не было. Я ещё немного постояла, чувствуя, как начинаю замерзать, и пошла назад к дому. Войдя в освещённый холл, я с разочарованием отметила, ничего не изменилось.
— Ладно, я в душ. Надо голову помыть, — сказала я, направляясь к ванной.
— Давай иди, — кивнула Карина. — А то парикмахерши скоро придут. В соседнем домике, кажется, уже все хорошие. Я сейчас там была. Боже, что творится! Дым коромыслом, танцы, смех. Какого-то соседа с гармошкой нашли. Бабульки — красотки, в платьях дефилируют по двору. Вот умеет же их поколение веселиться, не то что мы, — Карина вздохнула. — Иди уже, соня, а то чуть свадьбу не проспала.
Я улыбнулась. Это было так похоже на мою черноглазую подружку. Всегда немного драматизировать, но при этом излучать неподдельный восторг. Я действительно была соней. И сейчас, когда в животе что-то тревожно сжималось, мне вдруг показалось, что проспать этот длинный, сложный, эмоциональный день было бы идеальным вариантом.
Дальше всё понеслось, как в калейдоскопе. Душ, завтрак, который пришлось проглотить на ходу. Прибежали девчонки, парикмахеры-визажисты. Началась суматоха, смех, разговоры, от которых у меня начала слегка побаливать голова. Они щебетали, красили, завивали, подбирали невидимки.
В скором времени я сидела возле зеркала и смотрела на своё отражение. Передо мной была совершенно незнакомая, потрясающая девушка с изысканным макияжем, который так удачно оттенял мои большие, синие глаза. Тушь удлиняла ресницы, тени добавляли глубины взгляду. Даже очки не портили этот образ, а подчёркивали элегантность. Мои тёмно-русые волосы, слегка растрёпанные утром, были аккуратно уложены в сложную причёску.
Уже наряженные подруги с восхищением поглядывали на меня улыбаясь. Светка даже прослезилась, помахивая рукой перед глазами.
— Господи, Полька, я не верю! — всхлипнула она. — Моя девочка, умница, красавица! Наконец-то!
В этот торжественно-слезливый момент дверь резко распахнулась, и на пороге появился Дима. Он выглядел непривычно собранно.
Каринка тут же замахала на него руками, вставая между ним и мной, как стена.
— Куда, куда? Нельзя пока видеть невесту! Примета плохая!
Но Дима не обратил на её слова никакого внимания. Его взгляд, кажется, прошёл сквозь неё, остановившись на отражении в зеркале. Он шагнул вперёд, минуя подруг, и тихо сказал, не отводя глаз от моего лица:
— Выйдите все. Мне нужно поговорить с Полиной. Наедине.
Его лицо было сосредоточенным, застывшим. Девчонки переглянулись, визажист замерла с кисточкой, Света открыла рот, чтобы что-то сказать, но Карина, более чуткая, потянула её за рукав. Повисла странная, неловкая пауза, и я повернулась к нему, всё ещё улыбаясь.
— Уже почти готова, — сказала я, и голос прозвучал неестественно звонко в этой внезапной тишине. — А ты почему не одеваешься? Галстук не можешь выбрать?
Он просто смотрел на меня,
