душевной.
Пока я сидела, пытаясь восстановить дыхание и успокоить сердцебиение, по залу разнёсся грохот упавших на пол весов. Через всё помещение Мэтью подошёл к Грейсону, выпрямившись во весь рост. Божество плавно опустило штангу на пол, прежде чем Мэтт толкнул его.
Не раздумывая ни секунды, я вскочила на ноги, но Сал уже заметил агрессивное поведение и перегнулся через канаты ринга.
— Парни! — рявкнул он, и его голос донёсся до них. — Хотите подраться — идите в ринг! Я не устраиваю драки на полу в своём зале!
Я побледнела от этого предложения. Судить физическую схватку между ними сегодня в мои планы точно не входило.
— Звучит как отличный план, — сказал Грейсон, бросив взгляд через плечо на Сала.
Через мгновение оба мужчины уже стояли в ринге, пока Сал объяснял правила. Старик всегда настаивал на контролируемой агрессии и помог мне справляться со злостью, пока я не перестала взрываться из-за каждой мелочи. При любых других обстоятельствах мне, возможно, было бы интересно посмотреть на бой, но я сильно сомневалась, что эта парочка сможет держать себя в рамках.
— Снимите украшения, — сказал Сал, указывая на браслет на запястье Грея.
— Сал. — Я сделала шаг к нему, пока паника ещё не переросла в оцепенение.
— Ты знаешь правила, Скотт, — ответил он.
Проглотив нервный ком, выросший в горле, я вытащила ключ из кармана леггинсов и подошла к Грейсону. В его глазах сверкнул озорной блеск, опасно граничащий с чем-то куда более тёмным.
— Лучше играй честно, — пробормотала я себе под нос, достаточно громко, чтобы он услышал.
— Ты указываешь мне, что делать? — спросил Грейсон, глядя на меня сверху вниз.
— Может быть, если бы ты попросила как следует.
Он протянул ко мне руку. Я расстегнула браслет и осторожно сняла его, стараясь не касаться его обнажённой кожи. Эрик оставил после себя слишком сильное впечатление, а его сила была связана с любовью. Я не хотела даже допускать мысли о том, на что способна сила Грейсона. Какие ужасные вещи он мог бы вытащить на поверхность.
— Грейсон, — сказала я серьёзно. — Никто больше не должен узнать.
Он больше не смотрел на меня. Его внимание было полностью приковано к Мэтью.
— Грейсон, — повторила я, пытаясь достучаться до него, но это было бесполезно.
Сал вывел меня из ринга, и я встала как можно ближе, готовясь наблюдать, как разворачивается это безумие.
Было забавно наблюдать, насколько легко оказалось вывести Холдена из себя. Его злость лежала на самой поверхности, бурля под бумажно-тонкой маской славного парня, и требовалось совсем немного подначки, чтобы вытащить её наружу. Холден был человеком, который принимал всё на свой счёт. Он считал себя типичным альфа-самцом и терпеть не мог, когда его ставили под сомнение или брали верх над ним, и потому, разумеется, я сделал и то и другое.
Чего я не ожидал, так это того, что его можно будет довести до состояния, при котором он согласится на физическую драку. В тот момент, когда Сал упомянул ринг, я был более чем рад согласиться и показать Холдену, почему ему не следовало быть таким идиотом. В ту же секунду, как он согласился, он подтвердил отсутствие функционирующих нейронных сетей в комке серого вещества между его ушами.
— Ты совершил серьёзную ошибку, — сказал я ему, вставляя свежую капу.
Скотт сняла наручник с моего запястья, и я с отвращением натянул поношенные боксёрские перчатки. Как странно, что Смертные дерутся кулаками. Никаких вспыхивающих цветов сталкивающихся аур, как у Богов.
— Тебе не следовало открывать рот, — прошипел Холден.
Волна за волной нервной энергии исходила от Скотт. Она зависла прямо у ринга; её лицо выглядывало между настилом и нижним канатом. Для неё было полезно терять контроль над ситуациями. Жёсткое напоминание о том, что она не господин и властелин собственной судьбы.
Мы с Холденом коснулись перчатками в центре ринга — символ уважения, до которого ни одному из нас не было дела.
Я знал это так же точно, как и то, что Мэтью Холден — невежественный и высокомерный человек. Он регулярно молился мне, преклоняя колени в храме и дома из-за самых пустяковых вещей, и теперь, когда я стоял перед ним, он верил, что сможет со мной справиться. После всех молитв, на которые я ответил, у него хватило дерзости пойти против меня.
Не было ни единой мысли, пробегавшей в его голове, которую я не мог бы прочитать, и потому я знал каждый ход, который он собирался сделать.
Ныряя и уклоняясь, я подпитывался злостью и разочарованием Холдена, позволяя им делать меня острее и сильнее. Когда я наносил удар по нему, я старался сдерживать свою силу, но даже так это отправило Холдена пошатываться назад, к канатам.
Смертный оттолкнулся и двинулся обратно ко мне, и мы обменялись ударом за ударом. С моей стороны это требовало минимальных усилий — я едва вспотел, отражая каждый удар, летевший в мою сторону. Чем дольше тянулась драка, тем труднее мне становилось удерживать свои силы в узде. Слишком много было того, чем можно подпитываться.
Злость, тревога, хаос — всё это подталкивало меня, и если я не буду осторожен, я потеряю контроль над своей аурой.
Ещё несколько мощных ударов — и Холден поцеловал настил. Я чувствовал, как моя ярость кипит у самой поверхности, пока я возвышался над мужчиной, но Сал толкнул меня в грудь, пытаясь оттащить.
— Мэтт!
Скотт скользнула в ринг и опустилась на колени рядом со своим коллегой. Его лицо было красным и уже начинало распухать. У Холдена будет прекрасный синяк на щеке — под стать тому, что уже красовался на его шее.
С её помощью он медленно сел, ошеломлённый схваткой.
— На этом всё! — крикнула Скотт мне вверх.
К тому времени, как мы вернулись к её дому, Скотт была настолько взбешена, что отказывалась смотреть на меня и не произнесла ни слова. Холден стал её главной заботой, поскольку он отказался обращаться к врачу, оставив Скотт исполнять роль его личной медсестры. Её злость распространялась и на Холдена, но, похоже, она сдерживала её, когда дело касалось Смертного.
Вместо того чтобы сидеть в тишине, будучи врагом номер один, я изменил свои планы. Изначально я не собирался присутствовать на сегодняшнем собрании совета, всё ещё кипя от злости из-за того, как они вели дела и устроили этот цирк, но это оказалось более привлекательным вариантом.
Хантер и Ларкин жили в
