усмехнулся:
– Как я погляжу, все знают, что мне делать. Вердани хотят, чтобы я отдал им Лииру. Но часть нашей магии уже в ней и введение в другой род она не переживет. А раскрывать им тайну…
– Вы не хотите?
– Мой брат не стал объяснять Тайву, отчего не женился на его сестре,– серьезно сказал герцог,– значит, у него была причина держать их подальше. Хотя я, убей меня боги, не вижу этой причины. Но…
– Но тогда вы застыли в той точке, из которой все пути одинаково неприятны,– шепнула я.
Он кивнул, а после добавил:
– До гимназии еще целый год!
По лицу дракона прошла судорога, и он, поднявшись, скомкано попрощался.
Проводив его взглядом, я встала, подошла к роялю и провела ладонью по клавишам. Прохладные. Обойдя по кругу музыкальный зал и полюбовавшись садом, я вышла. Поманила за собой Шайлу, и мы вместе направились к полигону.
– Я ведь говорила, что они всегда несут с собой суету,– тихо вздохнула служанка.
– И была полностью права,– согласилась я.
Меня мучил вопрос – неужели было так необходимо поднимать эту тему в присутствии ребенка? Неужели они не могли обговорить все это с герцогом наедине?
«Или это все для Лииры? Ведь до появления девочки Софьеррель и не вспоминала про гимназию. А драконица, в конце концов, не рыбка, с памятью у нее все должно быть в порядке. Как по мне, так вместо песен надо было поговорить, чтобы не травмировать ребенка».
Но это только в том случае, если Вердани действуют во благо Лииры.
– Ты не знаешь, они богаты?
– Вердани-то? Вроде бы по их земле течет река, в которой золото моют,– Шайла вздохнула,– но я не знаю. Но в театры всякие они ходят, а это очень дорого.
– Ясно.
У дверей полигона Шайла замерла, а после посмотрела на меня:
– Можно мне стул?
– У меня нет,– растерянно ответила я.
Она хихикнула:
– Нет, я не про то. Вы хотите, чтобы я стояла, пока вас жду, или сидела?
– Сиди конечно,– фыркнула я,– найдешь где полежать, так и полежи.
Она присела в подобии поклона, а я прошла на полигон.
И первым делом принялась озираться, выискивая, ради чего ушел тригаст Альрани.
– Нечего искать, птица души моей, нечего,– засмеялся маг, сидевший в кресле. – Я просто не люблю все эти семейные склоки.
– Вы знали, что так будет?
– А «так» это как? – он отложил книгу и встал. – Я несколько месяцев помогаю Лиире развивать свой дар, пока что просто советами, это еще не полноценное обучение. Но…
Я прищурилась и, решившись, прямо спросила:
– Вам тоже кажется, что девочку настраивают против герцога?
– Софьеррель и Тайверри Вердани выбрали очень выгодную тактику, они внезапно прибывают, привозят подарки и сладости, посвящают несколько дней девочке, а после уходят так, будто их выгнали,– тригаст Альрани закатил глаза,– только такой несносный, но наивный дракон, как наш герцог, может считать все это случайностью.
– Или он считает, что заслужил их ненависть. Убийц ведь так и не удалось найти, и он винит себя в этом, потому и позволяет родственникам слишком многое.
– Или так. Но в любом случае мы тут ничего сделать не сможем.
«Еще немного, и в сердце малышки Лииры поселится жгучая ненависть к родному дяде», мысленно вздохнула я. «А все благодаря двум ядовитым гадам».
– С вами очень приятно разговаривать, каддири, но давайте все же перейдем к занятию.
Он подвел меня к столу.
– Это – магнераловая шкатулка. Ну да вы и сами это чувствуете, верно?
Посмотрев на дракона, я тяжело вздохнула. Интуиция мне подсказывала, что стоило быть честной с наставником. Все-таки магия весьма и весьма непредсказуемая штука. Но…
«Ладно, попробую правильно сформулировать! С хьёмсами же вышло, никто ничего не заподозрил!».
– Если честно, то такую вещь я вижу впервые, а флер, окружающий ее… Нет, мне не знакомо.
– Что ж, значит вам повезло,– дракон широко улыбнулся,– но про магнерал вы, в целом, знаете?
– Это минерал такой,– я скользнула взглядом по каменной шкатулке,– его добыча сопряжена с изрядной долей опасности.
В этом я была уверена просто потому, что добывать камни опасно и в родном мире, невзирая ни на какие достижения прогресса! Так что и здесь это не должно быть простым делом.
– У каторжников, вдыхающих магнераловую пыль, гниют легкие,– фыркнул тригаст,– а вы назвали это «изрядной долей опасности». Как изящно, я позволю себе воспользоваться вашим речевым оборотом!
Мне оставалось только улыбнуться и согласиться.
– Итак, внутри шкатулки зернышко, сделайте с ним хоть что-нибудь,– приказал тригаст Альрани.
Я потянулась силой к шкатулке и, через секунду, поняла, что ее не существует!
– Я… Я не чувствую, что эта вещь здесь.
– Да, магия не способна воздействовать на магнерал, но я прошу вас воздействовать на зернышко, которое внутри.
Я представила, что моя сила заключает шкатулку в пузырь. Что магия, наполняющая этот пузырь, подобна воде и…
Крышечка шкатулки чуть дрогнула, а через несколько секунд на свет появился тонкий, бледный росток.
– Отлично! Вы – интуит,– гордо возвестил тригаст Альрани. – Вы доверяете своей силе больше, чем самой себе. Этот подход позволяет вам создавать то, что не может создать никто другой! Я дам вам детские упражнения на контроль, а все остальное… Все остальное вы будете постигать сами. Интуита учить – только портить!
Остаток урока я нагревала своей силой специальные тренировочные камешки. И, к своему стыду, ни одно не смогла нагреть правильно!
Температура зависела от двух факторов – количества магии и скорости ее передачи.
– Все идет правильно, это учит вас дозировать силу.
– Это превращает ваши учебные пособия в черные угли,– буркнула я.
И тут маг провел ладонью над камешками и они вновь стали прозрачными.
– До завтра, каддири. Тренируйтесь, а снять черноту сможет и герцог.
Он забрал магнераловую шкатулку и ушел. А я, собрав камешки в бархатный мешочек, задумалась об обеде – второй завтрак все-таки не задался!
Глава 5
Целую неделю я мучилась с камешками. Герцог даже заказал еще несколько наборов – он просто не успевал откатывать их назад!
И только на восьмой день мне удалось идеально «прогреть» один артефакт. Замерев, я начала тихо попискивать от счастья и… И, конечно же, не удержала боевой настрой и «сожгла» камешек.
– Так, спокойно. Получилось один раз, получится и второй.
Через пару минут я поняла, что силу нужно подавать на выдохе. Я же могу подуть на свечу так, чтобы ее затушить, и так, чтобы пламя лишь немного «потанцевало», верно? Вот
