лишь непонимающе дернул бровью. Я потянулась через стол и положила свою руку поверх его. Прикрыла глаза и сосредоточилась на своем потоке. Магия, как ласковая кошка, тут же откликнулась на зов хозяйки. Из целого потока я выдернула нужную нить и направила ее в сторону Урракса. Вторым зрением видела, как поток нерешительно докуснулся до чужой сильной ладони и, не встретив сопротивления, обвился вокруг нее. Ощущение спокойствия перетекло в дракона, даря ему умиротворение.
— Так лучше? — Открыла глаза и снова взглянула на Урракса, который теперь смотрел на меня с некой нежностью во взгляде. Засмущавшись в очередной раз за этот визит, медленно убрала руку и вернула все свое внимание к карте малыша.
— Если бы я не знала, что это ребенок, то заподозрила в его крови запрещенные вещества, — но это было в принципе невозможно. Я не думаю, что Урракс Вальтрекс допустил бы такое в отношении собственного сына. — Не понимаю, — пробормотала я еле слышно, вчитываясь в строчки проведенных обследований.
— Вы все верно поняли, доктор Асташевская. Идемте. — Он снова поднялся из кресла.
— Куда?
— К вашему будущему пациенту. Из всей демоновой прорвы врачей, вы единственная смогли увидеть, что не так с Дариусом.
Глава 14
Почему-то я была уверена, что Урракс повезет меня к себе домой. Именно туда, где он жил. В прессе периодически возникали красочные картинки, как он под ручку с очередной пассией выходил из той или иной своей квартиры. Не то, чтобы я пристально следила за жизнью этого Дракона, но и ослепнуть резко тоже не могла. Покупая с утра газету, в желании прочесть городские новости, нет-нет, но натыкаешься на колонку новостей о «Главном Сердцееде Пармиры». Заголовки порой были достаточно занятными.
Так вот. Своих женщин он мог брать куда угодно, но только не в дом, который считается его личной крепостью. Лишь одна драконица удостоилась такой чести… Его невеста. Бывшая, как я слышала, или нынешняя — неважно. Что-то значит было в этой женщине раз ее допустили в святая святых.
Воздух в примусе был густым, давящим. Несмотря на то, что Урракс держал себя в руках, его интерес сложно было не ощущать. Я нервно поерзала на своем месте, не отрываясь от созерцания пролетавшего мимо пейзажа. Щека горела. Мужчина явно разглядывал меня.
— Как вы появились в Пармире? — Вопрос оказался слишком неожиданным. Я была готова к обсуждениям больного мальчика. Но никак не предполагала, что могу стать той, чья жизнь может заинтересовать этого дракона.
— Приехала на баранбусе (местный вид автобусов — прим. авт.), господин Вальтрекс, — пожала плечами в ответ.
— Ну это очевидно, — хмыкнул он. — Я наводил справки о вас, Тория. — Да что же он прицепился. Я раздраженно смахнула мешающуюся прядку волос, упавшую на глаза. — Вы поздно поступили в Целительскую Академию. Ваше личное дело тонкое, пустое… Как будто свою жизнь Тория Асташевская начала лишь когда ее нога ступила на порог этого заведения.
Что я могла ему ответить? Правду? Вряд ли. Столько лет жить практически в тени, чтобы первому влиятельному дракону раскрыть все свои карты? Не думаю, что мы с ним настолько близки.
В какой-то степени я понимала Урракса Вальтрекса. Для него я была неизведанным, интересным проектом. Новым, будоражащим. С чего-то я привлекаю его, как женщина. А, учитывая мой явный отказ, его интерес день ото дня становится все сильнее. Я сама не заметила, как руки сжали край платья, выдавая мою нервозность. Прикладывала все усилия, чтобы дышать ровно.
— Вам не за что переживать, Тория, — он накрыл своей огромной ладонью мою руку. — У всех есть секреты. Просто я хочу, чтобы в один из долгих дней вы смогли бы мне приоткрыть эту завесу.
Его голос звучал настолько вкрадчиво, тихо, умиротворенно, что я едва не поддалась мужскому обаянию. Но мое одиночество выработало привычку не доверять посторонним.
— Простите, господин Вальтрекс. Думаю, мы не успеем с вами сблизиться настолько, чтобы мы смогли поговорить «по душам». Не уверена, что глава «Вальтрекс Монументс» будет согласен поведать о своих грязных тайнах простому врачу из небольшого госпиталя. — Я аккуратно высвободила кисть из его теплого плена.
Сложно было отрицать: Урракс чертовски привлекал меня, в качестве любовника. От его взглядов и прикосновений кровь становилась горячее. И лишь осознание последствий останавливало от того, чтобы сделать роковой шаг на встречу ему.
— Приехали, господин Вальтрекс, — внутри салона, огороженного непроницаемой ширмой, раздался голос водителя.
— Благодарю, Мартимус, — не отрывая взгляда от меня, произнес дракон. — Вы ошибаетесь, доктор Асташевская.
— В чем же, господин Вальтрекс?
— Тайны у меня есть. Но не такие страшные, как вы думаете. И вы далеко не «простой врач», Тория. Никогда не умаляйте собственных достижений, — на этой фразе он рывком открыл дверь и вышел из примуса. А спустя какое-то время дверь открылась уже передо мной. Мужчина галантно предложил свою руку, чтобы помочь выйти наружу. Подобных жестов я давно не наблюдала со стороны мужчин. Как правило, те, кто пытался за мной ухаживать не заботились о том, чтобы где-то придержать мне дверь или помочь выйти из транспорта. Маги и ведьмаки, которым удавалось затащить меня на единственно свидание, больше старались расписывать собственную персону и почему мы обязательно должны были закончить вечер либо «у него» либо «у меня». Этот же дракон снова и снова заставлял меня краснеть.
Когда Урракс отступил чуть в сторону, я наконец увидела, куда мы приехали. Здание отдаленно чем-то напоминало его огромную корпорацию. Разница состояла лишь в том, что этажей здесь было всего шесть и корпус был всего лишь один. Идентичное черное стекло покрывало все этажи, создавая впечатление неприступной стены. На входе я видела двух до зубов вооруженных демонов. Куда он меня притащил? Мурашки против воли пробежали по телу, заставляя зябко обхватить плечи руками.
— Вам нечего опасаться. Для Дариуса — это единственно место, где я смогу обеспечить безопасность его и окружающих. — Легкий ветерок пошевелил непослушную челку мужчины, так же бросая прядки на глаза. Он тряхнул головой, убирая мешавшие волосы. — Когда я говорил вашему отцу, что рядом со мной безопасно, то не лгал. Мне правда нужна ваша помощь, Тори. Вернее одному маленькому мальчику.
Урракс не давил на жалость. Он просто констатировал факт.
— Тогда идемте. Не скажу, что мне по нраву это место. Но если для малыша здесь лучше, то кто я такая, чтобы разыгрывать из себя кисейную барышню.
Холл нас встретил легкой прохладой и горящими белым флуоресцентным светом лампами. Обстановка здания давила своей атмосферой. На протяжении всего пути, пока
