выглянул за дверь:
– Подслушивать нехорошо.
Хэлла снова покраснела.
– Обиделась?
– За что?
– Не знаю. За то, что видела меня голым?
– Нет, Магистры помогите, – Хэлла мотнула головой раздраженно, проходя к своей комнате, – давай без обсуждения твоей любви к наготе.
– Ладно… Тогда на то, что успела услышать?
Хэлла остановилась у двери, повернула голову к Рие. Он смотрел внимательно на темные глаза в обрамлении ресниц цвета смоли, на немного встрепанные волосы и выбившиеся из косы прядки.
Хочется расплести их, пальцами утонуть в ее мягких волосах и…
Пришлось быстро моргать, чтобы вернуться в собственное сознание и не подслушивать чужие мысли. Хэлла уже подумала, что связь ослабла, что уже не посмотрит его глазами, но, похоже, она ошиблась.
– Нет, Рие, я не обиделась. И ты прав, лучше думать о твоих «идиотских выходках». Лучше думать о тебе.
– Рад, что я лучше мертвецов. Это поднимает мне самооценку.
Хэлла рассмеялась. И тут же ощутила всплеск эмоций Рие. Почувствовала, как по его спине пробежали мурашки, а в его животе что-то приятно защекотало, как тонкие крылья бабочек…
Она подошла ближе к нему, так что пришлось сильнее запрокинуть голову, а ему опустить.
– Ты впервые при мне смеялась, – еле слышно пробормотал он.
– А ты чувствуешь… Ну…
– Связь? Да. Последнее время старался… держать это под контролем.
– У тебя выходило.
– Да.
– Думаю, если постараешься, сможешь ее оборвать.
– Если скажешь, оборву. Но я не хочу этого делать.
Хэлла прерывисто вдохнула воздух вместе с ароматом Рие. Древесный, смешанный с кофе и чем-то холодным…
– Почему?
– Так я не чувствую себя одиноким, – он криво ухмыльнулся, прячась за этим выражением лица, как за маской. – Я эгоист, видишь ли. Не хочу быть один.
– Я тоже, – призналась Хэлла. – Так что… Наверное, мы могли бы помочь друг другу, а потом…
– Не стоит строить долгосрочных планов.
На какое-то время установилась тишина. Их сбила только соседка, которая, зевая, поздоровалась с ними, проходя наверх. Только тогда Хэлла отпрянула.
– Знаешь, у меня уже чисто, можешь проверить, что я не создал новый бардак.
Предлог был неплохим, так что она зашла к нему в спальню. Теперь все ощущалось иначе. До того разум Хэллы был слишком затуманен горем, с которым ей приходилось медленно справляться. Рие был раздражающим сторожем, после стал помощью, а сейчас…
– Так… Ты точно не в обиде, что пришлось увидеть меня голым?
Хэлла закатила глаза.
– Нет.
– Просто Макс сказал, ты выглядела немного напуганной…
«Да, имповым размером!» – пронеслась мысль в голове.
– Просто никогда не видела мужское… «орудие» так близко.
– Орудие? – Рие расхохотался, но резко прервался, изумленно уставившись на Хэллу: – Погоди-ка… Что значит «не видела»? Ты…
– Девственница, – хмуро завершила она его фразу.
– Оу, я думал, магессы более раскрепощенные…
– Ага, поэтому светское общество и считает, что мы шлюхи. Ну да.
– Извини, если я тебя задел… И извини, что показал то, что пониже живота, я не рассчитывал, что ты…
– Все нормально. Я рисовала натурщиков и видела мужские тела.
– Отлично! Нарисуешь меня как-нибудь?
Хэлла покраснела, вспомнив недавний набросок.
– Может, когда у меня будет собственная мастерская.
– Обещаешь?
– Обещаю. Но не забесплатно!
Рие усмехнулся. Все медленно возвращалось на круги своя. Хэлла переоделась в сорочку и забралась под одеяло, Рие же лежал рядом поверх него. Он задумчиво покусывал губу и смотрел в потолок.
– Слушай, – наконец заговорил он, – ты не занималась сексом, но ты… Ты целовалась?
– Зачем тебе это знать?
– Хочу иметь о тебе представление. Нельзя?
– А сколько половых партнеров было у тебя?
– Хм… Двенадцать. Твоя очередь отвечать.
Хэлла почему-то покраснела. Проклятый Рие! У него был опыт.
– Целовалась.
– С языком?
Хэлла кинула на него злобный взгляд.
– Значит, нет. Честно, я удивлен. Ты… ты выглядишь, как…
– Фэм фаталь?
– Да! Знаешь, что это значит?
– Ну… представляю.
– Роковая женщина. Смертоносная, уверенная в себе, она очаровывает своей опасностью.
– А я не такая…
– В этом и дело, – Рие перевернулся на бок, привставая, чтобы лучше видеть ее, – что ты такая! Но я и представить не мог, что femme fatale, что… Что elle est vierge[94]!
– Сколько ты еще собираешься об этом думать? Сутки? Сезон? Год?
– У меня представление о мире рушится! Ладно, больше не буду…
Рие перевернулся на бок, выбирая из стопки книг, оставленной на его тумбочке, чтиво на ночь.
– А вообще-то, чужой язык был у меня во рту… – задумчиво проговорила Хэлла.
Рие заинтересованно обернулся.
– Твой.
Он облизнул губы, опуская взгляд.
Мурашки не заставили себя ждать, они рассыпались по коже приятной щекоткой.
– Хотя это не было поцелуем…
– Это досадное упущение всегда можно исправить, – хищно усмехнулся Рие.
Хэлла чувствовала то, что чувствовал он. Он пытался сделать вид, что шутит, но на самом деле он ждал с надеждой… Вот же!
– Я не умею целоваться.
– Ты научила меня убирать, я научу целоваться. Взаимовыгодный обмен, что скажешь?
Она сглотнула. Казалось, что она почти слышит звон. Это разбивалось ее благоразумие. Хэлла села в кровати, дожидаясь, когда он тоже сядет напротив. Она ничего не отвечала. Не заговорила и когда Рие осторожно взял ее за подбородок, чуть приподнимая ей голову.
Шуршание одеяла, теплое дыхание… Он наклонялся, сокращая расстояние медленно, давая шанс остановить его. А затем…
Сначала только прикосновение горячих, немного влажных губ к ее губам, а потом… поцелуй. Тягучий и сладкий, как патока. Истома разливалась по телу, пока язык Рие переплетался с языком Хэллы. Она старалась повторить его движения, но не могла сосредоточиться. Она растворялась, ощущая, как одна его рука зарывается в ее волосы, а вторая обхватывает ее за талию.
Хэлла ахнула прямо в рот Рие, когда он притянул ее ближе.
– Так будет удобнее, – шепнул он.
– Л-ладно… И как я справляюсь?
– М-м-м, – протянул Рие, – ты умница.
Почему-то эта похвала заставила сердце учащенно забиться. Внизу живота что-то блаженно заныло, ощущение это усилилось, когда Рие накрыл ее рот своим. Новый поцелуй был требовательным. Хэлла едва успевала дышать от обрушившейся гаммы ощущений. Каждое касание распаляло ее сильнее. Она опустила руки на грудь Рие и прошлась пальцами по его шее. Он же оторвался от ее рта, целуя ключицы, оттягивая ткань сорочки, но тут же остановился, отстраняясь.
Хэлла была ему за это благодарна. Уверенности в том, что у нее хватит сил остановить это, не было. Рие постепенно восстанавливал обычное мерное дыхание, пока Хэлла делала прерывистые вдохи.
– Думаю, для первого занятия хватит? – Рие явно пытался сказать это утвердительным тоном, но вышел вопрос. Наверное, он хотел, чтобы она согласилась на продолжение. Однако, получив перерыв, Хэлла отвела взгляд,
